Лора Левендер – Из праха пришли мы (страница 2)

— Но разве всех этих несчастий сейчас нет? — осторожно спросила она. — Они же никуда не исчезли, даже если были запечатаны.

Старейшина ордена Земли, стоявший чуть поодаль, чтобы не участвовать в семейных разборках, наконец вмешался:

— Пожары и сейчас существуют, так почему бы тебе не бросить горящий факел в стог сена? И люди все равно умирают, можно убить еще парочку.

Он был высоким широкоплечим мужчиной, и раскатистый голос вполне соответствовал его внешности: таким только армией на поле боя командовать. Линь Вэй не осмелилась спорить.

— Нужно решить, что делать дальше, — сказала сестра. — Может, собрать совет орденов и сообщить...

— Как ты это представляешь? — перебил Линь Фа. — Расскажем всем, что мне в руки попал опасный древний артефакт, а я его не уберег? Что моя собственная дочь схватила его, как игрушку? Наш орден не отмоется от этого позора долгие годы. А я навсегда останусь главой, которому ничего опаснее ножа доверить нельзя.

Линь Вэй хотелось провалиться сквозь землю. Какой же стыд — отец распинал ее, как неразумного ребенка, хотя она не сделала ничего плохого. Взяла шкатулку, но разве она знала, какая опасность там скрыта?

— Ты поступила необдуманно, но сама не способна это исправить, — сказал Линь Фа, наконец обращаясь к ней. — Поэтому за твои ошибки придется расплачиваться другим.

— Я могу сама... — начала было она, но под взглядом отца решимость тут же испарилась.

— Нельзя так рисковать, — возмутилась Миань. — Мы должны сообщить всем, что произошло, и искать несчастья сообща.

— Хочешь, чтобы я отчитался перед другими орденами, что не смог сохранить артефакт? Только представь, к чему это приведет. Любой, кто захочет, сможет использовать это против меня. Против нас.

— А к чему могут привести людей несчастья? — спросила Миань. Она раскраснелась от волнения, и ее обычно неприметные серые глаза засияли, меча искры. — Мы не можем ставить свою репутацию выше чужой безопасности.

Линь Фа устало усмехнулся.

— Что такого страшного может случиться от безответной любви? Считай, что я прошу тебя не как глава, а как отец.

Старейшина ордена Земли облокотился о стену, оглядывая окружающих сверху вниз.

— Можешь на меня рассчитывать, — сказал он. — Я не забыл добро, которое ты для меня сделал. Думаю, пришло время вернуть должок.

Линь Фа кивнул, словно и не ожидал другого.

— Хорошо, что не придется впутывать людей со стороны, — сказал он, переводя взгляд на Миань. — Я рассчитываю на вас.

Поняв, что разговор окончен, Линь Вэй схватила отца за рукав.

— А как же я? Ты не скажешь мне идти с ними?

— Зачем? Ты и так сделала достаточно. Теперь твоей сестре придется это расхлебывать.

Он вырвал руку, будто ее прикосновение раздражало только сильнее, но Линь Вэй не сдалась:

— Я хочу помочь! Я сама должна исправить свою ошибку. Ты можешь мне поверить, я правда...

Она поняла, как глупо это было — убеждать отца довериться ей после того, что она натворила. Его холодный, отстраненный взгляд был вполне ясным ответом.

— Как я докажу, что заслуживаю доверия, если ты не даешь мне даже шанса? — спросила она в спину уходящему Линь Фа.

— Она права, — внезапно вмешалась Миань. — Пусть идет с нами. Так она научится отвечать за свои поступки, а я прослежу, чтобы с ней ничего не случилось.

Линь Вэй покосилась на сестру. Ее слова как всегда сочились надменной самоуверенностью, но сейчас это было к лучшему. Отец замер на месте, даже не повернув к ним головы, будто слишком для этого устал.

— Тебе давно пора повзрослеть, — сказал он. — Наверное, сейчас подходящий момент. Собирайтесь.

Они покинули орден на рассвете, когда лимонно-желтые лучи солнца едва показались из-за горизонта. Линь Вэй никогда еще не уезжала из дома надолго. Здесь она родилась, выросла, и вся ее жизнь тоже была здесь. Ее внезапно охватила такая тоска, что она сама себе удивилась — будто прощалась с домом навсегда. Пусть путешествие и не вызывало восторга, Линь Вэй точно знала, зачем это делает. Если не показать отцу, на что она способна, тот так и будет считать ее глупым бесполезным ребенком.

В сердце снова неприятно кольнуло. Пытаясь отвлечься, она начала рассматривать проплывающие мимо пейзажи, но однообразные поля и леса очень быстро ей наскучили. Чуть впереди крытого экипажа, в котором ехали они с сестрой, верхом скакали старейшина Цзян и его ученик, имя которого она опять забыла. Они о чем-то переговаривались, и ветер доносил раскатистый голос старейшины, но слов разобрать не получалось.

Линь Вэй проснулась от того, что сестра осторожно теребила ее за плечо:

— Вставай, Вэй-Вэй. Повозка сломалась.

Потирая сонные слипшиеся глаза, Линь Вэй по привычке отозвалась:

— Не называй меня так.

Она неуклюже вылезла в серые сумерки, но холодный воздух тотчас ее взбодрил. Старейшина Цзян и его ученик возились с отвалившимся колесом, а старый слуга сокрушался рядом:

— Как же так? Далеко от дома отъехали, обратно уже не вернуться. А где тут ближайший город? Вокруг глушь да леса.

— Столица довольно близко, — попыталась утешить Миань. — Мы сможем добраться и пешком.

Пока они обсуждали дела, Линь Вэй прошла чуть назад по дороге, пытаясь рассмотреть сквозь ветки первую звезду. Неужели им так и придется ночевать прямо здесь? Солнце давно село, и лес, обступающий дорогу с двух сторон, казался непроглядным черным пятном.

Она наступила на что-то мягкое и едва не вскрикнула. Сначала ей показалось, что эта мышь, но серый комок на земле не шевелился. Линь Вэй наклонилась, осторожно поднимая предмет — это была кроличья лапка на коротком потрепанном шнурке. Первым желанием Линь Вэй было выбросить ее подальше. Вряд ли талисман на удачу, найденный посреди дороги, действительно работает. Хотя, если кто-то носил его с собой так долго, что шнурок почти стерся... Она услышала шаги за спиной и, не раздумывая, сунула лапку в карман. Немного удачи лишней не будет.

— Повозка дальше не поедет, — сообщил ученик старейшины Цзяна. Линь Вэй обернулась, рассматривая его. Интересно, а он знает, по чьей вине они снова отправились в путешествие?

Сейчас они ехали в Бэйфан — ближайший крупный город на севере, в котором располагалась Большая Библиотека. Когда-то ее основал сын императорской семьи, сбежавший из дома, чтобы стать ученым. Она не принадлежала ни одному из орденов, но была самой огромной и, возможно, старинной из всех существующих. Отец надеялся, что там они найдут сведения об остальных несчастьях, и после этого отправятся на их ловлю, как он выразился.

Линь Вэй не бывала в этом городе уже несколько лет, но совсем не радовалась путешествию. Лучше бы она осталась дома и ходила на скучные занятия, чем и дальше терпела на себе взгляды, будто говорящие: «Мы исправляем глупость, которую ты совершила». Кажется, Жу Джанджи смотрел на нее именно так.

— Жу Жужу, ты боишься ночевать в лесу? — быстро спросила она, чтобы тот не успел упрекнуть ее первым.

— У нас с учителем есть лошади, — фыркнул тот. — Мы-то можем уехать, когда надо, а вот ты останешься. И кстати, если не запомнишь мое имя, я не буду отзываться.

Линь Вэй сунула в карман руку, сжимая кроличью лапку. Неожиданно этот круглолицый дал отпор, не уступая ей в ехидстве. Теперь она ощущала себя еще глупее, если такое вообще было возможно.

Между деревьями позади блеснул яркий огонек фонаря, а вслед за ним показалась и повозка. Возничий свистнул, останавливая лошадей.

— Эй, что у вас стряслось?

Уже через пару минут Линь Вэй с сестрой забрались в теплую просторную повозку, внутри которой сидел радушный пожилой господин. Он угощал их пряниками, беззаботно болтая:

— Это вам повезло, что я задержался и поздно выехал, иначе не встретились бы. Пришлось бы вам всю ночь на дороге стоять или пешком через лес идти. Вот уж не позавидуешь.

И правда, повезло. Линь Вэй неосознанно потянулась к кроличьей лапке в кармане. Неужели действительно работает? Ей очень не повезло с этой проклятой шкатулкой, так что она заслужила немного удачи взамен. Может, теперь сестра перестанет строить из себя спасительницу, без которой Линь Вэй ни на что не годится? Упиваясь этой мыслью, она уснула.

Город оказался еще более шумным и многолюдным, чем Линь Вэй его помнила. Отодвинув шторку, она выглянула из повозки и тотчас зажмурилась от яркого дневного света.

— Я как раз на постоялый двор еду и вас довезу, — мужчина достал очередную порцию сладостей, и Линь Вэй набила рот целой горстью засахаренного шиповника.

Она не привыкла, что вокруг происходит сразу так много всего. В ордене было спокойно и тихо, и жизнь всегда текла по привычному руслу. Но здесь со всех сторон ее окружали голоса, смех и крики торговцев, ржание лошадей и звонкий топот их копыт по мощеной дороге.

Возле постоялого двора их встречал хозяин, радушно кланяясь до самой земли. Линь Вэй задержалась у дверей, осматриваясь вокруг. Ей было любопытно и слегка неуютно. Казалось, людской поток мог подхватить ее, как веточку, и отнести куда-то далеко.

Рядом на дороге развернулись прилавки с таким количеством нарядов и украшений, что Линь Вэй невольно засмотрелась. Заклинательнице подобало одеваться достойно и сдержанно, поэтому в ее волосах была одна лишь серебряная шпилька с цветком на конце. А здесь продавали все — платья, подвески, резные гребни, даже ароматные румяна в маленьких коробочках. Вот бы ей...