Лоис Макмастер Буджолд – Паладин душ (страница 18)
Демоны же, в свою очередь, больше напоминают воров, сующих руки в чужие окна. Что теперь происходит внутри Фойкса? И если оба брата подойдут к ней сзади, сможет ли она, не глядя, отличить, кто есть кто?
Иста закрыла глаза, чтобы проверить ощущения. Скрип седла, звук шагов лошадей, лёгкий стук, когда копыто ударяется о камень; запах её коня, её пота, свежий аромат сосен… больше ничего.
Ещё её беспокоило, что же увидел в ней демон, когда они встретились взглядами.
Они разбили лагерь у очередного прозрачного ручья, когда стемнело уже настолько, что едва хватало света, чтобы найти хворост для костра. Но гвардейцы натащили целую кучу; у Исты появилось подозрение, что не она одна беспокоится по поводу возможного присутствия диких зверей. Для неё и Лисе соорудили шалаш из веток и сучьев, выстлав его наспех срезанной сухой травой. Особо надёжной защитой от медведей он не выглядел.
Фойкс решительно запретил относиться к нему, как к инвалиду, и вызвался вместе со всеми собирать дрова. Иста осторожно наблюдала за ним и заметила, что ди Кэйбон тоже украдкой следит за молодым человеком. Фойкс приподнял бревно внушительных размеров и обнаружил, что оно полностью прогнило и кишит личинками. Он уставился на находку с весьма странным выражением на лице.
– Просвящённый, – тихо произнёс он.
– Да, Фойкс?
– Я превращусь в медведя? Или в чокнутого, который думает, что он медведь?
– Нет, ни то ни другое, – твёрдо ответил ди Кэйбон. Хотя, положив руку на сердце, Иста подозревала, что и он не знает, как всё будет на самом деле. – Это пройдёт.
Ди Кэйбон хотел выглядеть уверенно, хотя сам, по-видимому, не был так спокоен. Ведь если демон будет всё меньше походить на медведя, то, значит, будет всё больше походить на Фойкса?
– Это хорошо, – облегчённо вздохнул Фойкс и поморщился. – Потому что вот это кажется вкусным.
Он отпихнул бревно обратно с гораздо большей силой, чем было нужно, и отправился искать валежник посуше. Ди Кэйбон подошёл к Исте:
– Леди…
Пятеро богов, его голос был не менее жалобным, чем секунду назад у Фойкса. Она едва смогла превратить ласковое «Да, ди Кэйбон?» в более строгое «Что?», чтобы он не подумал, что она его передразнивает.
– Я хочу спросить о снах. О снах, навеянных богами, что вы давно видели.
Не так уж и давно.
– И в чём же дело?
– Ну… как понять, что сон – вещий? Как вы отличаете пророчество от, как бы назвать, подделки?
– В пророчествах нет ничего хорошего. Всё, что я могу вам сказать, это что они никогда не врут. Они более реальны, чем память, ни больше, ни меньше, – от внезапного подозрения её голос сорвался. – А почему вы спрашиваете?
Он нервно коснулся своего пухлого бедра пальцами:
– Мне кажется, вы единственная, кто может быть мне в этом наставником.
– Ученик учит учителя? – Иста попыталась обратить всё в шутку, хотя в желудке стало холодно. – Храм это не одобрит.
– Не думаю, леди. Кто не станет просить совета у человека более сведущего? Что делать, если столкнулся с задачей, слишком сложной для тебя?
Иста прищурилась. Пятеро богов, – и это обращение было здесь как раз кстати, – какие сны привиделись ему? Неужели худой мужчина, лежащий на кровати в тёмной комнате… Она даже не стала гнать прочь это тайное видение.
– И что же вам приснилось?
– Мне приснились вы.
– Ну, что ж. Люди часто видят во сне тех, кого знают.
– Да, но это случилось раньше. Однажды во сне я увидел вас, как тогда, в первый день, едущей верхом по дороге в Валенду.
– Может быть… вы, ещё ребёнком, побывали в Кардегоссе либо ещё где-нибудь, где проезжали мы с Иасом? И ваш отец или кто-нибудь другой, посадил вас на плечо, чтобы вам было лучше видно королевскую процессию.
Ди Кэйбон покачал головой:
– И тогда с вами был сэр ди Феррей? А вы были одеты в лилово-чёрное и ехали по просёлочной дороге на лошади, которую вёл грум? И тогда вам было сорок, вы были грустны и бледны? Не думаю, госпожа, – он на секунду отвёл взгляд. – И демон-хорёк тоже знал вас. Что же смог увидеть он, а я нет?
– Не знаю. Вы не пытались выяснить это, прежде чем вернуть его в мир духов?
Он наморщил лоб и покачал головой:
– Я знал слишком мало, чтобы спросить. Следующие сны пришли позже и стали ярче.
– Какие сны, просвящённый? – Иста спрашивала почти шёпотом.
– Мне приснился тот ужин в замке Валенды. Как все мы отправляемся в путь, почти в этом самом составе. Иногда с нами Лисе, Ферда и Фойкс, иногда другие, – он опустил взгляд, а потом посмотрел ей прямо в глаза и признался: – Храм Валенды не посылал меня вам в проводники. Они поручили мне передать извинения просвящённой Товии и сказать, что она свяжется с вами, как только вернётся. Я украл ваше паломничество, госпожа моя. И я думал, бог требует от меня этого.
Иста судорожно вдохнула. Чтобы унять дрожь, она обхватила руками деревце, на которое облокачивалась, и постаралась, чтобы её голос звучал нейтрально:
– Продолжайте.
– Я молился. Я повёл нас в Касилшас, чтобы иметь возможность посоветоваться с моими наставниками. Вы… вы поговорили со мной. Сны прекратились. Мне посоветовали постараться действительно стать вашим духовным проводником, тем более что я и так зашёл слишком далеко, и, леди, я
Иста разжала ладонь, стараясь немного успокоить ди Кэйбона, но он едва ли увидел это в сгущающихся сумерках. Так, значит, все его странные заверения о её духовном даре, тогда, в Касилшасе, основывались на более серьёзных источниках, чем старые сплетни. Сквозь редкие деревья было видно, как из двух ям, выкопанных в песке на берегу ручья, бросая весёлый вызов ночи, стало появляться пламя. Огненные язычки казались… крохотными на фоне огромных холмов. Зубы Бастарда – так называется этот хребет, и, говорят, на перевалах они жестоко кусают путешественников.
– Но несколько ночей назад сны вернулись. Новые сны. Точнее, новый, повторившийся трижды. Дорога, очень похожая на эту. И окрестности, напоминающие эти, – белый рукав ди Кэйбона качнулся в темноте. – Меня хватает колонна солдат. Рокнарских солдат. Еретиков-четырёхбожников. Они сбрасывают меня с мула. И…
Он вдруг замолчал.
– Не все пророческие сны сбываются. Или сбываются так, как приснились, – осторожно сказала Иста. Его страдания были искренними, глубокими.
– Нет, это не может сбыться, – чуть ли не яростно воскликнул он. – Ведь каждую ночь они убивают меня различными жуткими способами, – в его голосе послышалось сомнение. – Хотя каждый раз они сначала отрезают мне большой палец.
А они с Лисе смеялись над его похмельем… Может, он топил сны в вине? Это не сработает. Она сама пробовала, давно, ещё при дворе Иаса.
– Вы должны были мне всё это рассказать! Ещё раньше!
– Но здесь не может быть рокнарцев. Для этого им пришлось бы пересечь две провинции. Вся страна уже на голове стояла бы, – он пытался разогнать тьму светом разума. – Этот сон, должно быть, рассказывает об отдалённом будущем.
Нельзя разогнать тьму светом разума. Всегда нужен огонь. Откуда пришла эта мысль?
Или вовсе не о будущем. Некоторые сны – просто предупреждения. Прислушайтесь к ним, и опасность исчезнет.
В темноте его голос был едва слышен:
– Боюсь, я подвёл богов, и это будет мне наказанием.
– Нет, – холодно ответила Иста. – Боги безжалостны. Если ты им больше не нужен, то ты для них не больше, чем сломанная, задеревеневшая кисточка для художника: тебя выбросят и заменят, – она помедлила. – А если они подхлёстывают тебя, заставляя идти вперёд, это значит, что они всё ещё хотят чего-то. Чего-то, чего у них ещё нет.
– Ох, – тихо произнёс он.
Иста держалась за деревце. Ей хотелось ходить. Можно ли сойти с этой дороги? Возвращаться в Виниаску дальше, чем идти вперёд. Смогут ли они пробраться вдоль русла ручья вниз, к равнинам? Ей представились водопады, колючие лианы, скалы, через которые невозможно ни переехать, ни перевести коней. Её сочтут безумной, если она станет настаивать на таком пути. По спине поползли мурашки.
– И всё же вы правы насчёт рокнарцев, – решила Иста. – Отдельные шпионы, хорошо замаскировавшись, могут проникнуть незамеченными далеко на юг. Но в любом случае ничего способного превзойти по силе наш хорошо вооружённый отряд, мы встретить не можем. Даже Фойкс в состоянии держать оружие.
– Верно, – согласился ди Кэйбон.
Иста прикусила губу, оглядываясь, чтобы убедиться, что молодой человек ушёл в лагерь и их не слышит:
– А что делать с Фойксом, просвящённый? На какой-то миг я видела – или было такое впечатление, что я видела, – дух медведя. Он был более измученным и угасшим, чем тело зверя, он извивался в огне разложения. Так Фойкс?..
– Он действительно в опасности, но ничего не случится сразу, – голос ди Кэйбона окреп, когда он почувствовал более твёрдую почву, его живот, обтянутый белым, подобрался. – Он случайно обрёл то, чего порочные и малодушные люди добиваются специально. Поймать демона и кормить его собой в обмен на его помощь – вот способ стать магом. На некоторое время. Для немногих, если они достаточно умны и аккуратны, – на весьма длительное время.
– И кто обрывает это сосуществование?
Он откашлялся:
– Почти всегда – демон. Рано или поздно. Но поскольку наш элементаль достаточно мал, Фойкс, если попытается, первое время сможет быть хозяином. Я не хочу обсуждать это с ним, не хочу ничего предлагать, и молю вас тоже быть осторожной, госпожа. Чем ближе они… сходятся, тем сложнее будет их разделить.