Bungie решила ускорить работу над Marathon и увеличить производство демоверсий, чтобы разжечь ажиотаж вокруг игры. Для этого в команду пригласили Алена Роя, разработчика, известного тем, что за несколько месяцев до этого он взломал антипиратскую защиту Pathways Into Darkness. Алекс Серопян, впечатленный талантом Роя, предложил ему временный контракт, и летом 1994 года он начал работу в студии. Рой занимался мелкими поручениями и быстро подружился с Джейсоном Джонсом, который, помимо прочего, жил с ним рядом. Он оптимизировал код Джонса и сделал Marathon еще более плавной. Он также принимал участие в работе Джонса над поистине незаменимой частью игры – мультиплеером. «Впервые запустив какую-либо игру, вы, конечно, испытываете удивление, но потом быстро понимаете, как все работает и как система реагирует на ваши действия, – объяснял Джонс во время разработки Marathon. – Поэтому я больше люблю сетевые игры, ведь только живые игроки по-настоящему непредсказуемы». Так что будущий проект нельзя было представить без соревновательного режима. Джонс и Рой целыми днями совершенствовали сетевой код Marathon, позволяя себе лишь короткие перерывы. Район, в котором располагалось здание Bungie, был далеко не туристическим местом, однако в нем все же имелись приятные сюрпризы: например, вкуснейшие буррито в La Cucina, куда вся компания Bungie наведывалась почти каждый день, и главное – умиротворяющий зеленый парк. Там, пока Рой расслаблялся под теплым солнцем, Джонс продолжал работать на маленьком ноутбуке, скрупулезно выверяя изменения в коде.
Когда работа над игрой почти подошла к концу, небольшая команда отправилась на выставку-конференцию MacWorld, чтобы наконец представить Marathon публике. Многое еще предстояло доработать, но Джонс и Серопян не сомневались в успехе. Выставка это подтвердила: игроки остались в восторге от идеи новой Marathon, и Bungie с гордостью сообщили, что игра будет готова всего через пару недель. Серопян решил не упускать шанс и сразу начал собирать предзаказы. Типичная ошибка новичка: на деле Marathon была закончена лишь к середине декабря. Вернувшись в Чикаго, команда решила запустить игру еще раз, чтобы протестировать одиночную кампанию. Каково было их разочарование, когда в игре обнаружился ворох мелких недостатков и ошибок. Возможно, проблема заключалась в почти болезненном перфекционизме Джонса; или в давлении отличных отзывов игроков в Бостоне; или попросту в свежем взгляде после нескольких дней за стенами студии. Так или иначе, Джонс и его команда переделали части игры. А потом другие. И еще, и еще, работая по четырнадцать часов в сутки, чтобы наконец пересобрать двадцать один уровень игры. Каждый выкладывался на полную. Серопян, например, прорабатывал уровни игры и одновременно создавал музыку и звуковые эффекты. Ему помогал Зартман, чей голос использовался для озвучивания некоторых персонажей игры. И это не все: Серопян также занимался дизайном упаковки игры, которая имела любопытную форму пирамиды. Она была крайне неудобна для хранения в магазинах, зато сразу привлекала внимание и выделялась на фоне остальных. В качестве помощника Серопян и Джонс наняли Джонаса Энерота. Выпускник Джорджтаунского университета, обладатель ученых степеней в финансах и компьютерных науках, Джонас много лет занимался разработкой модов для компьютерных игр. Он, несомненно, был талантливым гейм-дизайнером и привлек внимание Джонса и Серопяна, предложивших ему присоединиться к компании. Энерот согласился и сразу приступил к редизайну уровней Marathon. 14 декабря игру, наконец, доделали, и она вышла в свет.
Marathon имела оглушительный успех с первого дня. Через шесть месяцев удалось продать 100 000 копий, что было неслыханно для игр на Mac, не говоря уже об играх Bungie. Проблема была в том, что студия оказалась не готова к такому успеху. В январе на очередной выставке MacWorld дискеты с игрой расхватали фанаты, без раздумий отдававшие семьдесят долларов ошеломленным сотрудникам Bungie. Студия тонула в звонках со всего мира от потенциальных покупателей или игроков, у которых возникали технические проблемы с установкой и работой игры. Серопян разместил в Chicago Reader новое объявление: «Требуется специалист службы технической поддержки. Знание Mac – обязательно. Знание игр будет плюсом». На него откликнулся Мэтт Соэлл, который на тот момент учился в университете и на зимних каникулах играл в Marathon. Увидев объявление, он сразу понял, что это Bungie, и решил попытать удачу. Со студией ему удалось связаться не без труда: телефонные линии по-прежнему были перегружены. На звонок ответил сам Алекс Серопян. Он был так рад отклику от кого-то, кто знает Bungie и любит Marathon, что сразу предложил Соэллу место в студии. На Холстед-стрит Соэлл обнаружил охваченную паникой студию, из последних сил пытавшуюся справиться с тысячами ежедневных запросов. После возвращения с MacWorld студию заполонили коробки и прочий мусор. Однако во многом благодаря усилиям Соэлла дела наладились. Молодой человек много раз проходил Marathon и знал ее наизусть, потому с легкостью отвечал на вопросы игроков, у которых возникали проблемы со входом. В итоге он даже убедил Серопяна дать ему доступ к странице Bungie на AOL, где уже много месяцев не появлялось ничего нового. Соэлл использовал ее для ответов на многочисленные вопросы, валящиеся на студию. Годом ранее Ален Рой уже предлагал запустить собственный сайт Bungie, однако ему так и не удалось убедить Серопяна, считавшего это бессмысленной затеей.
Полноценная трилогия
После оглушительного успеха Marathon Джонс, который до этого избегал сиквелов, всерьез задумался. Некоторые идеи из первой игры, так и не дошедшие до реализации, не выходили из головы. В итоге интерес публики ко вселенной Marathon и секретам ее сюжета сподвиг Bungie начать работу над Marathon 2. Однако Джонсу было неспокойно. До сих пор Bungie состояла из двух людей, его самого и Серопяна. Все в Bungie было их решением, их детищем. Конечно, они не раз прибегали к помощи людей со стороны, таких как Колин Брент или Ален Рой, работавших над Pathways Into Darkness или Marathon, однако никто из них так и не вошел в штат компании. На тот момент Bungie стала бизнесом, которому требовались сотрудники. Это сильно беспокоило Джонса. «После выхода Marathon я вдруг осознал: „Господи, мы собираемся сделать еще одну игру, и люди захотят в нее поиграть, – признался он в 2013 году Райану Маккэффри из IGN. – Мы теперь реальное предприятие, люди приходят к нам работать, и у них есть жены и дети, которых они содержат на эти деньги. Мы даже страховку оплачиваем“». Студия продолжала расширяться, и в феврале 1995 года они наняли нового художника, Роберта Маклиса, а спустя еще два месяца – Марка Бернала. Тем не менее остальная часть команды оставалась неизменна. Джонс продолжал курировать проект, писать сценарий на пару с Киркпатриком и помогать Мартеллу в разработке. Ален Рой все так же консультировал игроков и работал удаленно. Трех художников студии ожидало серьезное испытание, ведь продолжение Marathon, нареченное Marathon: Durandal, разворачивалось уже не в закрытом пространстве космической станции, а на поверхности чужой планеты. Мир должен был стать гораздо обширнее и при этом не ощущаться пустым. Помимо этого, Джонс не упустил возможности переработать движок, чтобы он мог прогружать больше элементов. Он также добавил несколько новых механик, таких как возможность плавать или использовать одновременно два оружия. Все еще одержимый игрой, Джонс добавил в нее столько многопользовательских режимов, сколько было возможно. Самый важный из них – режим совместного прохождения сюжетной кампании Marathon. Именно эта особенность потом стала традиционной для всех игр студии. Команда быстро придумала основу будущего сценария: игроки просыпались в теле уже знакомого агента службы безопасности, похищенного и подчиненного искусственным интеллектом Дюрандаль. Вместе им предстояло продолжить борьбу с пфорами. На Лх’овоне (Lh’owon), родной планете с’фтов, агент отправлялся на поиски мощного артефакта, который помог бы одолеть инопланетян. По ходу игры выяснялось, что пфоры возродили ИИ Тихо. Это давало игроку понять, что именно Дюрандаль был ответственен за то, что пфоры сумели найти Marathon в первой части игры. Искусственный интеллект давно забыл свою главную задачу: его больше не заботила ни защита людей, ни тем более судьба с’фтов. На самом деле все это время он стремился раскрыть историю джаро, древней расы инопланетян, которая обладала тайными знаниями и которой С’фты поклонялись, словно божествам. Дюрандаль надеялся заполучить их технологии и стать богом. Затем главный герой должен был попасть в плен к пфорам, но освободиться благодаря лидеру оставшихся людей. Он отправлял главного героя найти и активировать древний ИИ с’фтов под названием Тот. С его помощью игрок возвращал на Землю последних выживших. Затем они вступали в контакт со С’фт’Кр (S’pht’Kr) – кланом, покинувшим Лх’овон до вторжения пфоров. Члены клана много тысяч лет мечтали отомстить захватчикам. Вместе им удавалось одолеть последних оставшихся на Лх’овоне пфоров, прежде чем те разрушили бы солнце планеты. Затем люди вместе со С’фт’Кр разграбляли родной мир пфоров. Игра заканчивалась коротким, но загадочным роликом, в котором Дюрандаль возвращался на Землю на огромном космическом корабле расы джаро. Добавив открытую концовку, Bungie оставила место для продолжения, которое должно было превратить Marathon в полноценную трилогию.
