Ллойд Ричардс – Каменные человечки (страница 46)
– Ты где? Ты понимаешь, что Брюс Говард оставил по меньшей мере шесть телефонных сообщений? Он спрашивает, как идет изучение материалов с фермы Клэрмонтов и есть ли результаты.
– Позвольте объяснить, сэр? Мы обнаружили значительные…
– Кристина, считай это дружеским предупреждением. Возвращайся в лабораторию как можно скорее. Ты рискуешь потерять работу.
– Но, сэр, мы обнаружили здесь вещественные доказательства…
– В лаборатории тебя ждут горы вещественных доказательств. Возвращайся туда и займись своей непосредственной работой.
Торн дал отбой.
Прюсик позвонила в лабораторию.
– Мне нужно, чтобы вы с Хьюзом как можно скорее приехали сюда и, не привлекая внимания, поработали на месте, – сказала она Эйзену, после чего подробно описала, где находится и как попасть в помещение рядом с выходом на крышу. В многоквартирных жилых домах старой постройки такие помещения предназначались для хранения кровельных материалов. Она также упомянула о грязном матрасе и стеклянных банках с крышками. – Пусть Хьюз обязательно захватит все, что нужно для снятия отпечатков пальцев и пятен. И коллектор для сбора тканей. Да, возьмите побольше сухого льда.
– На нас тут изрядно давит Говард, – с ноткой раздражения пожаловался Эйзен. – У нас почти двести пакетов с материалами из Уиверсвилла. Он уже несколько раз просил поговорить с тобой. Хочет знать, почему ты не в лаборатории и не занимаешься делом.
– Послушай, Брайан, сейчас не время пререкаться. Просто садись в машину и приезжай сюда. Пойми же ты, здесь логово этого гребаного убийцы.
– Ладно, ладно. Кстати, я тут получил интересную информацию от одного приятеля, освещающего работу полиции в «Индианаполис Стар».
Прюсик взяла телефон поудобнее.
– Что за информация?
– По его словам, какая-то женщина в возбужденном состоянии позвонила в местное отделение Бюро уже после полуночи в воскресенье и сказала, что подозреваемый в убийстве, которого показывали по телевизору, сидел рядом с ней в автобусе, следовавшем из Чикаго в Индианаполис. Утверждала, что он – точная копия убийцы. Это было в тот самый день, когда Клэрмонту предъявили обвинение в Кроссхейвене.
– Вот видишь! – Прюсик улыбнулась Макфэрону, который с любопытством смотрел на нее. – А Говард уже знает? Об этом случае в Индианаполисе?
– Насколько мне известно, нет.
Учитывая, сколько звонков и заявлений обрушивается на ФБР в такого рода ситуациях, Говард – даже если бы узнал о каком-то звонке – много внимания уделить ему вряд ли бы смог.
– Вот что, Брайан, прибереги эту информацию на потом. Мне нужно сейчас как-то протянуть без вмешательства Торна. Чтобы он не закрыл это направление расследования. В общем, приезжайте с Хьюзом поскорее. – Она закрыла телефон. – Сукин сын.
– Ну что там? – спросил Макфэрон. – Мне ты расскажешь?
– Возможно, наш Дональд Холмквист предпочитает теперь общественный транспорт и не рискует ездить на своем, чтобы не засветиться.
Прюсик хотелось бы верить информации, которую передал Брайан, но она понимала, что достоверность показаний пожилой женщины невелика. Тем не менее интуиция подсказывала другое.
– Он осторожен, очень осторожен.
Она повернулась к окну и достала небольшую черно-белую фотографию в медной рамке, которую нашла в комнате в квартире. Фотография лежала в прозрачном пакете, и Прюсик пришлось поднести ее к свету, чтобы рассмотреть получше. С трудом сдерживая волнение, она толкнула локтем Джо, который через ее плечо смотрел на снимок с двумя женщинами, каждая из которых держала на коленях ребенка.
– Ты видишь? Присмотрись повнимательнее. – Прюсик протянула ему фотографию в рамке.
Шериф прищурился.
– Неужели не видишь? – нетерпеливо спросила она.
– Я не вполне понимаю, на что именно нужно смотреть, – сказал он. – Может, просто скажешь?
– Признаю, заметить трудно. И ты же не имел возможности поговорить с доктором Эмилем Кацем, нашим штатным судебным психиатром.
Хотя фотография и была небольшого размера, всего пять на семь дюймов, благодаря отличному объективу она сохранила все мельчайшие детали.
– Обрати внимание на волосы детей. Видишь, они закручиваются в противоположные стороны. Один мальчик поднимает левую руку, другой – правую.
Макфэрон фыркнул.
– Почему ты вообще так уверена, что они оба мальчики?
– По фотографии я, конечно, наверняка сказать не могу. Но это единственная версия, которая имеет смысл. Предположение, что убийца – Дэвид Клэрмонт, противоречит логике. А теперь представь, что тебя в раннем возрасте разлучили с братом-близнецом. Ты растешь, но не видишь его, не слышишь о нем и, возможно, даже почти ничего не помнишь о том, кого у тебя отняли. Проходит время, и вдруг – вуаля! – его лицо – твое лицо или почти такое же – появляется на всех каналах американского телевидения, во всех газетах. Вот так. Твое лицо – его лицо. Твое преступление теперь и его преступление тоже. И все же это лицо ты видишь впервые за много лет. Это лицо того, кто похож на тебя, кто выглядит почти как ты. Оно принадлежит кому-то, о чьем существовании ты временами догадывался.
От волнения заколотилось сердце.
– Он не может оставаться в стороне, Джо. Он добрался общественным транспортом до Индианаполиса, потому что хочет быть рядом.
– Столица штата, транспортный узел, – подхватил Макфэрон. – Ему пришлось поехать туда, чтобы сесть на другой автобус, до Уиверсвилла.
Прюсик пока не удалось полностью убедить его в правильности своих выводов, но факты были налицо: младенцы на фотографии явно имели одни и те же наследственные черты, а записи об усыновлении определенно подтверждали, что у каждого был брат, если не брат-близнец.
Кристина обеими руками вцепилась ему в плечо.
– Он собирается встретиться со своим братом. – Она хлопнула ладонью по дверце. – Да! Все сходится.
– Ты поосторожнее с дверцей. Собственность налогоплательщиков, – напомнил Макфэрон.
Она задумалась, взвешивая имеющиеся варианты. Просто сидеть и ждать было уже невозможно. Ситуация развивалась слишком быстро. Они с Джо наткнулись на золотую жилу и вышли на горячий след убийцы. Убеждать и пытаться переориентировать Торна и Говарда уже некогда – след может остыть, или, что еще хуже, Холмквист совершит очередное убийство. Эта последняя мысль подтолкнула ее к действию. Она открыла мобильный справочник судов и прокуроров южного ареала Индианы. Открыла и заколебалась. То, что она собиралась сделать, могло стоить ей работы. Она могла даже загреметь в тюрьму. Неужели нет других вариантов? Мизинец запульсировал – она и не заметила, что уже давно стиснула кулак.
Не сказав ни слова, Прюсик вышла из машины, набрала номер прокуратуры Уиверсвилла и медленно пошла по тротуару, решив, что Макфэрону лучше ничего не знать.
– Прокурора Грея, пожалуйста.
– Престон Грей слушает.
Прюсик ввела его в курс событий: с момента ареста Клэрмонта тремя днями ранее не найдено ни одной существенной улики, которая связывала бы его с каким-либо из убийств – ни капли чужой крови, ни спермы, ни идентифицируемой ДНК в соскобах, взятых из-под ногтей жертв или самого Клэрмонта. Не найдено и найдено не будет, заверила она прокурора. Обосновать обвинение нечем.
– Насколько мне известно, специальный агент Прюсик, Брюс Говард и его команда собрали материал на предмет обнаружения вещественных доказательств в доме и хозяйственных постройках на ферме Клэрмонтов, – указал прокурор.
– В основном речь идет о материалах, которые мы уже проверили.
Голова гудела от мыслей. Сообщение о том, что Холмквиста видели в Индианаполисе, означало, что ситуация развивается по быстрому сценарию. Теперь все решало время, и Прюсик понимала, что должна каким-то образом убедить Грея помочь ей расставить ловушку.
– Мы обнаружили доказательства того, что у Клэрмонта есть брат. Полный близнец, – продолжала она, чувствуя, что пытается оправдаться. – Это подтверждено сопоставлением отпечатков пальцев и совпадением группы крови. В настоящее время проводится более детальный анализ профиля ДНК. У нас появляется окно возможностей, и я уполномочена заверить вас в нашей поддержке ходатайства об освобождении Дэвида Клэрмонта под залог. – Сердце только что не выпрыгивало из груди. Меньше всего ей хотелось рисковать, подставляться и лгать государственному чиновнику, но еще больше она боялась, что с каждой секундой уходящего времени возрастает вероятность того, что еще одна юная девушка встретит на своем пути Дональда Холмквиста.
– Вы, конечно, шутите? – В голосе Грея звучало недоверие. – Вы понимаете, что говорите? Понимаете, какой шум поднимут СМИ?
– Я вовсе не имею в виду, что мы совсем отпустим его на свободу. Конечно, нет. Речь идет о круглосуточном наблюдении. И о поимке настоящего убийцы. – Прюсик с усилием сглотнула и, обернувшись, увидела, что Макфэрон все еще сидит в машине и наблюдает за ней. Она отвернулась. – У меня есть разрешение на этот запрос. Бюро полностью вас поддержит.
– Хотите сказать, что ФБР примет на себя всю ответственность? – медленно произнес Грей.