Лиззи Остром – Парфюм. История ароматов XX века (страница 40)

Арамис: Я постараюсь быть осторожным.

Найт: Ты будешь нужен нам здесь в среду для последнего этапа подготовки. Если выживешь, постарайся быть милым с Джеки. Она обожает тебя, и нам нужна ее сила духа.

Арамис одним глотком допивает виски, похлопывает Базби по панцирю и выходит из кабинета. Он намеревался пройти прямиком к лифту, но, подняв одну бровь, достает новый флакон парфюма и распыляет вокруг головы, потом подходит к Джеки. Та смотрит на него неодобрительно.

Арамис: В среду в одиннадцать утра. Я приду, чтобы забрать Базби и шахматные фигуры. Потом угощу тебя ланчем.

Джеки: Разумеется, агент Арамис. Сразу после того, как только я избавлюсь от этих чернильных пятен на моем платье. А этого не случится никогда. Я даже позвонила маме, и она говорит, что платье безнадежно испорчено. (Она вдруг меняется в лице, словно вот-вот упадет в обморок.) Боже, ну ты и тип. (Ее голос звучит еще слабее.) Я запишу это в календарь мистера Найта. (Запинаясь на каждом слове, она продолжает, жестом приглашая Арамиса выйти.) И я должна сказать… (икая)… ты мужчина моей мечты. (Оседая на стул.) Ты просто образец мужественности. (Ее глаза моргают.) Я обожаю тебя, Дик. Никогда не забывай об этом.

Джеки теряет сознание за своим рабочим столом. Дик проверяет ее пульс и, довольный тем, что она жива, поднимает одну бровь, приглаживает пиджак и направляется к лифту. Вдалеке раздается духовая музыка.

Hai Karate

Pfizer, 1967

Парфюм для самозащиты

В парфюме Hai Karate запечатлен момент, когда побеждает фарс. Выпущенный в 1967 году со слоганом «Будьте осторожны при использовании», этот бюджетный одеколон стал творением маркетингового гения. Он возник на волне фильмов о кун-фу с Брюсом Ли в главной роли и манил молодых мужчин, прыщавых и неуверенных в себе, обещанием, что этот щиплющий щеки лосьон сведет девушек с ума.

В кампании продвижения аромата Hai Karate даже использовали приемы комического насилия, чтобы драматизировать его неотразимые качества, но делали это довольно фривольно. Каждый флакон Hai Karate был снабжен инструкцией, как помочь молодым людям, использующим этот аромат, отбиваться от назойливых девушек. Для начала он должен был вырваться, «вставая с колен». Затем: «Проведи хороший крепкий полунельсон и встряхни ее, возвращая к реальности. Сурово произнеси что-то вроде: «Осторожнее, сестренка!»

Рекламные ролики на телевидении не могли быть сделаны в наше время. В них очкарик, воспользовавшийся Hai Karate, оказывался атакованным медсестрами, библиотекаршами или сборщицами апельсинов – роскошными, одетыми в комбинезоны, истерически возбужденными. Он награждал их оплеухами, но они все равно увивались за ним по кругу, словно в шоу Бенни Хилла. Под влиянием успеха своей гениальной находки команда парфюма Hai Karate выпустила рекламную долгоиграющую пластинку The Sounds of Self-Defense («Звуки самообороны»).

Кто же стоял за ароматом? Концерн Pfizer, который тридцатью годами позже подарит миру «Виагру». И его реклама подействовала на всех. Теперь, услышав название этого лосьона после бритья, люди обычно издают громкий стон. На деле этот стон означает следующее: «Я сумасшедший, признаю. Я тоже пользовался этим Hai Karate!» Несмотря на сегодняшнее смущение, в прошлом они не собирались говорить «нет» ордам женщин в рабочих комбинезонах, прижимавшихся к их мужественным надушенным телам.

Patchouli Oil

Немарочный парфюм, примерно 1960-е годы

Парфюм для заядлых путешественников

О, этот раскольнический аромат пачу́лей! Мы все с ним знакомы, все его ощущали (если вам это не удалось, отправляйтесь прямиком в магазин Таро и купите себе кусочек кварца, пока вы там). В зависимости от вашего возраста и личной истории – это либо запах заплесневевшей жалкой афганской дубленки, пролежавшей в старом пластиковом пакете в сырой квартире, либо аромат свободы, приключений и секса. Эй, это может быть даже запах секса на заплесневевшей афганской дубленке.

Очень трудно выделить конкретный парфюм из этой группы ароматов 1960-х годов, в которых использовали пачули, мускус и другие душистые масла, чтобы назвать его в качестве примера традиции Hippie Stink («вонючих хиппи»). Привлекательность этих ароматов заключалась именно в том, что они не были брендовыми и продавались в маленьких коричневых пузырьках с косо наклеенными этикетками. Их делали в кустарных мастерских или, что еще лучше, импортировали из Непала и Кашмира.

Масло пачули играет центральную роль в истории ароматов. Этот аромат стал символом смены курса для молодых людей 1960-х годов, которые в своей «мучительной потребности восстать против мертвечины середины двадцатого века» (как это назвала писательница Дженни Диски) хотели полностью порвать с образом жизни своих родителей, частью которого были модные парфюмы со всем их буржуазным конформизмом.

Масло пачули было парфюмом, но делало вид, что таковым не является. В отличие от всех этих «напыщенных» Диоров и Герленов, созданных из большого количества ингредиентов, это был натуральный, то есть подлинный аромат, поскольку его не касалась (предположительно) рука человека. С характерным запахом винного осадка пачули, близкий родственник мяты, напоминает об искривленных корнях растения и кишащих вокруг него червях в иссушенной почве. Считается, что этому аромату отводилась второстепенная роль в контркультурном движении времени по сравнению, скажем, с наркотиками или сексуальной революцией. Но увлечение пачулями говорит о важности «реальных ароматов» для тех, кто восставал против привычного идеала семьи с домиком в пригороде, оборудованной по последнему слову техники кухней и полуфабрикатами на обед. Писательница Энни Готлиб, вспоминая 1960-е годы в своей книге «Вы верите в магию?», выразилась так: «Дети Lysol, Listerine и Wonder Bread, мы изголодались по текстуре, вкусу и запаху».

Речь идет о том, что с точки зрения запахов Америка и Западная Европа были стерильными, все планировалось и обрабатывалось до состояния немыслимой чистоты. Это был мир чистящих средств для ковров, дезодорантов для дома, машин для уборки улиц и мусоровозов, увозящих гниющий мусор и грязь. А где запах немытых тел и человеческого пота? И не отгораживал ли нас этот бесконечный поток удобств от того, чтобы чувствовать себя по-настоящему живыми?

Страсть к путешествиям и использование психотропных средств стали следствием потребности снова открыть для себя сенсорную стимуляцию. К концу 1960-х годов тысячи молодых людей, вдохновленные поездкой «Битлз» в Индию, оформляли загранпаспорт, собирали рюкзак и отправлялись в Дели или Катманду. «Тропа хиппи» к настоящему времени стала избитым туристическим клише. Но отвлекитесь от поисков марихуаны и историй о том, что можно обходиться парой рупий в день (а потом вернуться домой и попросить еще денег у папочки), и вы получите завораживающий рассказ о потребности окунуться в грязь.

Еще одна цитата из книги Готлиб: «Мы хотели получить крещение в пыли, в прикосновении плоти. Даже грязь была для нас пряностью. Мир, который пах, стал для нас таким же откровением, как и мир, который голодал или медитировал».

Помимо запахов человеческих испражнений, благовоний, жасмина, хны, экзотической еды и гниения эти путешественники сталкивались с местными парфюмерными традициями, среди которых были и пачули. Сухие листья этого кустарника давно экспортировались на Запад вместе с тонкими кашемировыми шалями, чтобы в них не заводилась моль. Однако теперь пачули вырвались из плена викторианских ассоциаций и были готовы стать талисманом и символом свободной любви. Есть немало легенд, согласно которым истинная роль этого масла сводилась к маскировке (или усилению) запаха марихуаны, но не только этим известно это масло. Почти за тридцать лет до выпуска парфюма CK One пачули были ароматом, которым мужчины и женщины могли поделиться друг с другом и который усиливал запах потных вожделевших тел. Хотя воздействие феромонов и роль обоняния во взаимном притяжении были еще не слишком хорошо изучены, аромат пачулей уже воспринимался как дополнение наших собственных запахов, стимулирующее желание. Его даже называли «любовным маслом» и «маслом привлекательности».

Подобные товары, в линейке которых быстро появились «любовное мыло», «любовный спрей» и «любовный фимиам», заполнили новые «магазины для наркоманов» (в них продавали курительные трубки, благовония, бусы и тому подобное), где всегда можно было приобрести кальян для курения марихуаны и андеграундные комиксы Роберта Крамба. Такие магазины обычно появлялись в студенческих городках, тогда так в крупных городах существовали целые Мекки, такие как знаменитый, но ныне «покойный» Кенсингтонский рынок в Лондоне и Ист-Виллидж на Манхэттене, где в 1969 году существовали торговые центры, например, India religious Store, Essex Street Market и Rendon’s West Indies Botanical garden. Там продавали ароматические вещества: серую амбру, корни женьшеня (друзья сексуальной энергии) и пенисы черепахи. Pete’s Spice and Everything Nice предлагал удобные склянки с измельченным в порошок мускатным орехом для галлюцинаций. Одним из самых известных мест, где можно было купить ароматы, была аптека Kiehl на Третьей авеню. Она была основана в 1851 году и с 1960-х годов стала оазисом для хиппи благодаря феноменальному ассортименту сухих трав, продаваемых на вес. Это было эхом зарождающегося тренда «натуральной пищи».