Лизз Демаро – Небесный берег (страница 38)

Она видела окровавленное тело зверя, который был человечнее многих людей. Видела людей, которые были хуже диких, бешеных зверей. Внутри что-то перевернулось.

Мужчина раздвинул ей ноги, двое других схватили ее за руки и растянули в стороны. Четвертый стоял в стороне и продолжал курить.

Это чувство уже было знакомо Лиаре. Первый раз она познакомилась с ним в подземной лаборатории, когда ее, обнаженную, снова пристегнули жесткими ремнями к кушетке. Это был тот день, когда она неведомым образом убила всех, кто когда-то сделал ей больно.

Ей снова делали больно. Лиара укусила одного из них за ладонь, когда он бесцеремонно попытался зажать ей рот. Внутри у Лиары все кипело, она кожей чувствовала поднимающийся огонь. И этот пыл действительно был похож на полыхающий, непобедимый пожар. На стихию, которая могла смести все на своем пути.

– Да трахни ты ее наконец! – крикнул тот, кого Лиара укусила.

Его разорвало на части первым. Двое тех, что держали ее, опешили, замерли. Дерево позади и трава испачкались в крови и разорванных органах, среди которых мелькали куски одежды. Тот, что курил, дернулся назад, рухнул на землю и отполз. Выронил сигарету и что-то залепетал себе под нос. Его разорвало вторым. Голова, а следом и все остальное тело разлетелись на мелкие куски. Резкий запах ударил в нос, провоцируя новые рвотные позывы.

Лиара визжала.

Они хотели заставить ее замолчать, еще держали себя в руках. Хотели убежать, но не могли пошевелиться.

– Какого… демона…

– Да кто ты такая…

У двоих последних охотников глаза налились кровью. Изо рта, ушей и носа потекли тонкие горячие струйки. Они больше не могли дышать. На них не было видимых повреждений, но они рухнули мертвыми на землю и больше не пошевелились.

Лиара бросилась в глубь леса, не разбирая дороги.

Глава 13

Вороний глаз

– Сделку? – напряженно переспросила до этого молчавшая Джодера.

Она выступила вперед, скрестила руки на груди и надула губы. Предложение Аланы казалось безумным. Она почувствовала, как Джейлей предостерегающе сжимает ее плечо, словно хочет предупредить: лучше бы Джодере молчать и дальше, лучше бы не вмешиваться в разговор, который не сулит ничего хорошего.

– Сделку, – спокойно подтвердила Алана.

Она убрала со стола разбросанные документы в верхний ящик, смахнула невидимую пыль и задержала взгляд на фотографии. Кто был изображен на снимке, видела лишь Алана, но Эверлингу и Эванжелине подумалось, что смотрит она на кого-то, кого очень любит.

– И какие условия? – не выдержал Эверлинг.

Не то чтобы у них был большой выбор. Все это понимали, но никто не говорил вслух. Они доверились Селестине, и Селестина привела их к Алане. Значило ли это, что им так же следовало довериться этой внушающей опасение женщине? Эверлинг хорошо запомнил ее удар и силу, с которой она била. Как минимум Алана внушала уважение. Как максимум – страх.

Алана решила начать издалека:

– Узнав о побеге, я хотела найти вас раньше солдат, так что я искренне благодарна, что вы сами явились ко мне и упростили моим людям поиски.

Дверь бесшумно открылась, и в кабинет вернулась Этель и прошла к середине комнаты. Тенью села на край дивана, сняла черные ботинки на шнуровке и подобрала ноги под себя. Никто на нее не обращал внимания, только Джейлей невольно на мгновение повернулся и поежился. Этель напоминала птицу.

– Мне нужно, – бесстрастно и уверенно продолжала Алана, – чтобы вы помогли мне с одной сделкой. Маг разума должен будет взять под контроль мужчину по имени Джахи Мани, его досье я уже тебе показала. Всего одна подпись, и можешь его освобождать. – Алана пожала плечами, будто не было в этом ничего противозаконного, ненормального, и обратила внимание на Герсия.

Он ненавидел свою магию, хотел никогда ее не использовать, но был вынужден дать Алане согласие. Герсий сдавленно кивнул: если ему нужно было заставить просто поставить подпись, то он точно справится.

В этой просьбе – просьбе ли? – и впрямь не было ничего предосудительного, и если такова цена их свободы, то он готов поступиться собственными чувствами. В конце концов, он уже не раз задвигал свои эмоции подальше, куда-то глубоко в душу, в надежде больше никогда не доставать обратно. Но в самые неподходящие моменты они сами выбирались, напоминая о себе острыми, резкими ударами.

– Мне нужно, чтобы маг крови был рядом. На случай, если начнется бойня, – говорила Алана, смотря на Эверлинга. – Тебе не обязательно убивать их, достаточно просто вырубить или обезвредить. Не думай, я не хочу лишних жертв, даже если это мои враги. – Поясняя, она схватила печенье из тарелки со стола, съела и вытянула губы трубочкой.

Так Алана была похожа на ветреную аристократку в поисках богатого мужа, вот только каждый из них сомневался, что Алана нуждается в деньгах или в муже. Даже повязка на глазу не делала ее менее привлекательной в глазах как мужчин, так и женщин.

Эверлинг сконцентрировался на дыхании. Скольких он убил за свою жизнь? Десятки, если не сотни тех, у кого не было и шанса против него. Внутри он тонул в чем-то липком и вязком, чему не мог дать названия. Зная, что у него не было выбора, он старался не ненавидеть себя за убийства, но с радостью бы избавился от мерзкого чувства, будто у него нет права на жизнь и свободу. Будто бы он не заслужил ни тех, кто им дорожил, ни чужой помощи.

– Понял, – холодно ответил Эверлинг, уставившись в стену немигающим взглядом.

– И мне нужно, чтобы магичка света исцелила мою больную дочь, – объявила последнее условие Алана после недолгой паузы.

Все резко повернулись к ней. Эванжелина ахнула: она ожидала чего угодно, но только не этого.

– Простите? – попыталась уточнить Эванжелина в полнейшем ужасе.

Алана невозмутимо повторила.

Эванжелина, всегда использующая магию света только для вреда, слышала где-то, что давно, много веков назад, были те, кто солнечный свет использовал для лечения. Истории напоминали детские сказки о чуде, ведь это немыслимо: просто исцелить неизлечимо больных каким-то светом. Алана просила о невозможном.

Она быстро-быстро покачала головой, на глазах отчего-то выступили слезы, но Эванжелина не позволила им пролиться. Она так испугалась этой просьбы, испугалась своей магии, себя: раз она могла исцелять, почему же тогда вредила?

Джодера выдернула свою руку из хватки Джейлея и подошла к Эванжелине, обняла ее и зло зыркнула на Алану.

– Да вы рехнулись! – воскликнула Джодера, уперев свободную руку в бок.

Джейлей закрыл лицо ладонями, надеясь, что чокнутая тиранша – так он про себя называл Алану – не ударит его сестру.

Алана только усмехнулась, и в этой усмешке было что-то отчаянное. Она не стала спорить с Джодерой и добавила:

– Маги металла могут отправиться вместе с магом разума и магом крови, вы не будете там лишними, особенно если будете защищать меня и моих людей. Мы не бойцы. Из нас выходят хорошие шпионы и информаторы. Мы отлично стреляем. Но вот воинов среди нас маловато.

– Алана, послушайте, – дрожащим голосом начала Эванжелина. Она откашлялась и снова заговорила: – Послушайте, я никогда не использовала магию света в таких целях. Я даже не была уверена, что это возможно. Как я могу помочь вашей дочери?..

Ее накрывала паника. Кончики пальцев дрогнули, она вцепилась в Джодеру. Горло пересохло, сердце в груди безумно колотилось.

Алана вновь стала серьезной, лицо сделалось непробиваемым, как несколько секунд назад, и она медленно подошла к Эванжелине. Джодера хотела оттолкнуть ее, но не стала. Занесенная рука остановилась на половине пути, когда Джодера увидела глаз Аланы, полный надежды и понимания. Эванжелина вновь замотала головой, и Алана ладонями поймала ее за щеки.

– Тише-тише, ничего еще не случилось. Я предоставлю тебе всю информацию, которую нашла сама. Просто попробуй, – прошептала Алана, поглаживая Эванжелину по щекам.

Джодера не отходила от Эванжелины ни на шаг. Все остальные тоже молча наблюдали, не рискуя ни вступить в диалог, ни даже пошевелиться. Несмотря на проявленную доброту Аланы, от нее веяло опасностью и жестокостью. В чем-то она напоминала Ирмтона Пини. Пусть она не пыталась их подчинить и они в любой момент могли уйти…

– Что будет, если мы откажемся? – ляпнул Джейлей не подумав.

Алана отстранилась от уже успокоившейся Эванжелины.

– А вы хотите отказаться? – в голосе у Аланы звенел металл.

– Нет. Не знаю.

Джейлей вмиг оробел. Секундная храбрость больше не казалась ему хорошей идеей.

– Если вы откажетесь, то у вас есть два варианта. Первый: вы навсегда оказываетесь запертыми в Вороньем гнезде. Второй: вы отправляетесь прямиком на аудиенцию к королю.

Эванжелина заметно вздрогнула. Она едва начала успокаиваться, как вдруг ее снова захлестнула паника. Обычно у нее получалось держать себя в руках, так почему такая простая просьба заставила прийти в такой ужас?.. Она хотела бы помогать людям, а не вредить им. Алана давала ей эту возможность. Но обжечь кого-то намного легче, чем исцелить нанесенную рану.

– Значит, мы пленники? – поинтересовался Герсий.

Решив, что с Аланой надо говорить на ее же языке, он попытался начать переговоры. Он не знал, что Алана не вступала в переговоры, она выдвигала требования, которые либо исполнялись, либо нет. И если ее требования не хотели выполнять добровольно, то она принуждала к этому.