Лиза Стрелкова – На посошок: Guide to Russian Spirits (страница 8)

– Алкоголики, вы где? – услышали бармены незабываемый хриплый голосок. Надя курила как паровоз и всегда была готова стрельнуть сигаретку, чем окончательно растопила сердца всех сокурсников еще в первый учебный день. Даня и Лиза с улыбками перегнулись и помахали топающему вдалеке курьеру.

Она вывалила из цветастого пакета продукты, обняла барменов с манерным зевком и развернулась в сторону второго корпуса. Когда девушка скрылась за дубовыми дверьми, Лиза не выдержала и захохотала во весь голос. Даня спустя секунду присоединился и даже чуть-чуть стукнул кулаком по столу. Слишком милой была непосредственность их знакомой, и слишком много эмоций они пережили. Закончив смеяться, они переглянулись и молча пожали плечами. Главное, что на нее можно было положиться. Ли нашла глазами ту початую бутылку водки. Даня вопросительно поднял бровь, когда напарница резко метнулась к их импровизированному алкогольному складу на полке. Лиза залихватски подхватила бутылку и сделала глоток, тут же опуская ее и кашляя. Даня ухмыльнулся.

Они быстро пропихнули лимоны и мяту через горлышко пятилитровки, добавили сахар по вкусу и слегка взболтали. С малиновой была такая же приготовительная операция, разве что вторым ингредиентом стал красный острый перец. Даня резал его ножом, постоянно ойкая и айкая, чтобы Лиза улыбалась сквозь усталость.

Глаза начали окончательно закрываться ближе к четырем утра, небо посветлело, а последние задержавшиеся на общественных работах студенты уходили по кроватям, чтобы подремать и с петухами снова начать работать. Даня грохнул пятилитровкой по столу, спуская ее вниз на глубокую полку шкафа, чтобы красотка настоялась в темноте эти часы. Лиза взяла тряпку и неспешно убирала остатки семечек перца со стола, вытирала разделочные доски, которые кто-то привез со своей кухни. Ни одного комара, ни одного сверчка или лягушки не было слышно в пронзительной утренней тишине. Казалось, что воздух сам по себе звенел, не найдя звуков, которые можно было бы разнести по округе.

Гирлянды продолжали гореть, когда напарники по алкоголю задвинули столы бара так, чтобы никто не лез в их «погреб» (полку) с настойками. Как хорошо, что в лагере было стабильное электричество, пусть и не во всех корпусах – столовая и администрация скалились темными окнами.

– Все равно сахара не хватило. Завтра после завтрака соберемся и пойдем в магазин, он по ту сторону железной дороги, идти долго.

– Ой, а может быть не после завтрака? Давай когда я перваков приведу сюда? Иначе не успею за ними, а в магазин тоже хочется.

– Ну давай, – Даня вздохнул и начал поочередно открывать все ящики и полки в их баре. – Спешить некуда. Все равно от пары часов настойка сильно не поменяется.

– Все равно, никто на вкус ее от чистой водки не отличит, ты хотел сказать? – ухмыльнулась и подняла бровь Лиза и тут же осознала свою колкость. Даня ничего не ответил, продолжая рыться в одном из ящиков. Затем хлопнул им, и кивнул в сторону корпусов. Лиза провела рукой по лицу, прикрыв глаза, а потом последовала за ним. Тяжелый длинный день.

Лиза с Даней зашли в свой третий корпус, ставший уже родным. На втором этаже они жили в одной палате вместе с Аленой и Димой, которые все еще не вернулись из «Пищеблока». В других палатах этого корпуса или не работали лампы, или матрасы отсырели и заплесневели в край. Было решено завтра до приезда первокурсников оперативно это исправить. Фонарями, более свежими матрасами – возможно, придется даже подпирать кровати книгами.

За время их отсутствия, им постелили матрасы и старенькое постельное белье серого цвета в мелкий цветочек. Тумбочки протерли чем-то пахучим и спиртовым, а все окна закрыли, оставив открытыми только небольшие форточки по краям. Лиза плюхнулась на свою кровать с ужасным скрипом – так как есть, в пальто и в обуви. Даня предпочел снять кроссовки и достал из рюкзака пару домашних тапочек и теплые носки. Лиза вопросительно подняла одну бровь, но ничего не сказала, переводя глаза в потолок.

Палату освещали небольшие ночные лампы на тумбочках, давая желтый теплый свет. На потолок отбрасывались замысловатые тени от абажуров и витражных стекол по бокам. Красиво, как на бабушкиной старой даче. Зеленые стены оттенком стали чуточку приятнее, как яблоки антоновка. Даня тут же захрапел, оставляя Лизу одну наедине со своими мыслями. Она вздохнула, скинула кроссовки под кровать и слегка укрылась одеялом. Было непривычно спать полностью в одежде, но снимать хоть что-то, даже пальто, казалось немыслимым. Брезгливость ли это, нежелание касаться кожей старых простыней и матраса? Лиза почесала подбородок. Да нет, не настолько она была городской белоручкой, на бабушкиной даче и не на таком приходилось спать. Холодно? Да нет, наверное, будет с утра, но пока тело было согрето любимым пальто и сверху прикрыто тонким одеялом. Наверное, виновата непривычная обстановка вокруг. Она впервые так далеко от дома, без сменной одежды и привычных вещей. С собой лишь зубная щетка с пастой, галстук и шапочка для бара, зарядка для бесполезного телефона, книжка в дорогу и кошелек с деньгами и проездным. Да еще эти постоянные перепады настроения: только-только лагерь начинает казаться уютным, вылезает какая-нибудь Ира без сумки или заплесневелый советский рубль.

Лиза вертелась на кровати, поскрипывая пружинами каждые полторы минуты. Дима с Аленой так и не пришли ночевать, увлеченные или работой, или друг другом. Тяжелое ощущение себя как единственной живой души (неспящей живой души) в целом корпусе. Даня вдруг скрипнул кроватью и перестал храпеть.

Плохо. Стало слишком тихо. Каждый шорох или звук. То ли окна скрипят ставнями из-за порывов ветра, то ли это шуршат черви, подъедающие древесину стен, то ли кто-то далеко в лесу прорывается сквозь бурелом и густые заросли. Где-то слева над головой тихо постучали. Лиза зажмурилась и не решалась открыть глаза, вслушиваясь в тишину. Ей одновременно хотелось, чтобы стук повторился, чтобы она смогла лучше расслышать и понять что это – и не хотелось, чтобы он повторялся, вдруг он будет звучать еще страшнее. Свет абажуров, проскальзывающий сквозь ресницы, стал слишком желтым, тревожно-желтым. Он не спасал, он должен был успокаивать тех, кто боится темноты, но каким-то странным образом ей стал помогать. Лизина лампа мигнула и выключилась. Замечательно, просто прекрасно. Как будто ЧТО-ТО нависало прямо над ее кроватью.

Когда на лестнице раздались тяжелые шаги, такие, что стены слегка подрагивали, Лиза машинально натянула одеяло на голову, надеясь, что отработанный в детстве прием спасет и сейчас. Шаг, еще шаг, скрип половицы, глухой стук перил, за которые схватились рукой. Секунда тишины – и раздался оглушительный визг пружин, на которых плюхнулись со всей силы. В душе Лизы разлилось невероятное блаженство. Это же один из организаторов, уставший после работы, кое-как дополз до постели.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.