Лиза Стрелкова – Guide to Russian Spirits или На посошок (страница 2)

— С одной стороны нам очень повезло, что недалеко ЖД проложили, но я бы хотела поплавать на кораблике. Здесь должны быть такие красивые виды на реку и окрестности…

— Увидишь! Спуск к реке же есть, а ворота и на ночь закрывать не будем, думаю, просто поставим пару ребят, чтобы следили, — тут Даня осекся и вновь широко улыбнулся для тревожной подруги. — Не за посторонними, тут их просто нет, местность почти глухая. За нашими, имею в виду. Всегда есть любители на пьяную голову покупаться или помочить ножки в холодной воде на пирсе.

Лиза постаралась скрыть улыбку, потому что следующей ночью она тайно собиралась быть в их числе, сбежав с бара на самовольный перерыв. И еще до конца не решила, какая часть тела будет в воде. Самое интересное всегда оказывалось недозволенным. К тому же, как отказать себе в удовольствии, находясь у берегов Волги? Часть реки, которая проходила через их город, не шла ни в какое сравнение с дикой широкой Волгой, которая текла через поля, леса и остатки дальних дач.

— Неужели? Это какой твой Посвят по счету, напомни? — в шутку сказала она и тут же чуть не упала, запнувшись ногой о крупный камень. Даня цепко подхватил Ли за локоть и в качестве выражения сочувствия решил ответить.

— Ну, второй. Первым было посвящение нашего курса, которое ты пропустила. Только тогда я вообще ничего не знал об организации таких штук, приехал просто посвящаться и классно проводить время.

— Да, я решила не ехать, знаешь, не люблю своих одногруппников особо, — Лиза ухмыльнулась, вспомнив неуклюжего и пошлого парня (чья имя нельзя называть, это ведет к неудаче) из их учебной группы. Видимо, так с ума сводит привилегия быть единственным парнем среди 27 девушек, будущих журналисток. Он был слишком суетливым, глупо шутил и потом сам смеялся в тишине. Напоминал Рона Уизли, бесполезного героя из Гарри Поттера, который ничем особым не занимался на протяжении всей серии, а потом ему досталась слава и лучшая девушка. Просто потому, что так решила Джоан Роулинг. Рона Уизли Ли ненавидела всей душой. Но как и многие, кто работал с художественными текстами, иногда складывала руки в защитном жесте «Спаси меня, Роулинг».

Лиза покосилась на друга, с удовольствием глядя на то, что он не разделяет ее ухмылки. Дане подобный опыт был неведом, он был истинным экстравертом, который смог бы завести диалог даже с той нелюдимой кассиршей. Да такой диалог, что она бы улыбалась беззубыми деснами и ласково трепала его уже родные патлы. Он был максимальным оптимистом, не раздражающим, а скорее вызывающим снисходительную улыбку. Одногруппники так вообще, его лучшие друзья. Бывают же светлые люди. Дед бы назвал его блаженным. Лиза называла его другом, хотя все еще не представляла, как дружить с такими людьми. Иногда она шутила, но шутка оказывалась слишком грубой или жестокой, тогда их общение как-будто делало шаг назад. Он был надежным и никогда бы не сказал ей дурного слова, но неловкость и стыд отталкивали сами по себе.

— А сейчас будут все самые крутые ребята нашего факультета. Вообще, знаешь, мне кажется, лагерь просто закрыт и наши нашли нынешнего владельца или руководство и договорились. Все-таки заброшка — опасное место, вдруг обвалится что, а наши организаторы слишком ответственные.

Лиза решила не уточнять перспективы празднования Посвята первокурсников факультета журналистики на заброшке. Девушка и не заметила, как они перешли рельсы и теперь шли вглубь по лесной дороге. Пыльная, серая, посреди соснового леса, освещаемая в сумерках только небольшими лампами на столбах линии электропередач, которые косо-криво торчали вдоль дороги. От ветра единственный натянутый провод колыхался и грозился оборваться или запутаться в сосновых ветках. А с двух сторон обступал черный сосновый лес, в пасмурный вечер выглядевший очень мрачно. Под ногами то пожухлая трава, то еще жидкая грязь, то мелкие острые камни. Вверх-вниз по ухабам, нужно постоянно смотреть под ноги. Лес шумел от порывов ветра, и где-то вдали раздавались раскаты грома. Кажется, ночью будет дождь. Их шагов было почти не слышно.

В голове Лизы вдруг пронеслось то, что сначала она пропустила мимо ушей. «Местность почти глухая», людей вокруг нет, одинокая кассирша… Девушка решила смотреть только себе под ноги, чтобы не увидеть в тенях леса что-то тревожное. Вот если бы по бокам были не сосны, а дачные домики, было бы намного приятнее. Желательно еще, чтобы в каждом горел свет и в окнах просматривались дружелюбные люди за домашними делами. Ей очень сильно не хватало иллюстрации того, что в Америке бы назвали «picket fence dream». Небольшие заборчики, бегающие во дворе милые собачки, мужчины, жарящие мясо на мангале.

Даня прочистил горло и хрипло сказал:

— Ты пока запоминай, как идти. Завтра придется повторить этот маршрут пару раз.

Лиза вздохнула, вспомнив о своих обязанностях проводницы и подняла глаза на темные деревья. Честно говоря, изначально девушка записывалась в бармены, однако девушки из студактива быстро ее одернули. Те, кто бездельничает во время квеста днем и вступает в обязанности только ночью, должен все равно быть полезным. На выбор предлагалось множество пунктов, от помощи в уборке территории до участия в декорировании. Лиза, не глядя, вызвалась провожать первокурсников от станции до лагеря, чтобы никто не решил срезать дорогу и сигануть через лес. Это казалось простым. Простым, когда дорога до лагеря описывалась как «полкилометра проселочной дороги в сосновом бору мимо СНТ и станции». Но через такой глухой лес, кажется, никто не захочет бежать напролом. А ведь ей еще придется идти одной к станции по этому же маршруту… Лиза поняла, что бессознательно крепко сжимает челюсти и расслабилась.

— Прости, но что тут сложного? Проселочная дорога, вот вдалеке заборы вижу.

— Не наши это заборы, а оставшегося тут СНТ, садово-некоммерческого товарищества «Дружба». Если вперед пойдешь, в них и упрешься, а обойти можно будет только с одной стороны, с других — бурелом. Шлагбаум они не откроют нам, чтобы через них пройти, охранник злющий. Ребята тут на разведку ездили, все облазили и выяснили. Говорят, мужик даже ружьем с солью угрожал.

— Дачи посреди бурелома или бурелом вокруг дач? — Даня поднял одну бровь, Лиза вздохнула еще раз и добавила:

— Не отвечай. Тогда как? Где обойти?

— Вот скоро будет дорожка налево, прямо сквозь сосны, но она протоптанная, не заблудишься. Держи «Дружбу» в поле зрения по правую сторону. Обойдешь дачи вдоль заборов, выйдешь к холму, насыпи из песка, и впереди подъезд к лагерю. Идем, просто головой по сторонам смотри и ориентиры заранее намечай.

— По сторонам не головой смотрят, Дань.

— Задушила. Глазами.

Вдали за высокими железными заборами вдруг залаяла собака. По мере приближения к дачам, начало пахнуть шашлыком и бензином, под ногами тут и там в засохшей грязи попадались следы шин. Удивительно, но все заборы были темно-зелеными, в тон сосновым иголкам, и нигде не было въезда машин. Наверное, неочевидно запрятан где-то сбоку. Лиза снова вздохнула. Неочевидным, как и вся дорога сюда, наверное. Но стало немного спокойнее, ощущение чужого далекого присутствия словно говорило «ты не одна в лесу», «есть, кого позвать на помощь». Девушка пнула маленький камешек так, что тот улетел в канаву вдоль дороги. Наверное, в отместку за большого собрата, о которого она запнулась ранее.

Спустя пару минут они уперлись в заборы. Среди сосен слева примостился крохотный домик с гордой металлической табличкой «Сторожка». У него и завернули в лес. Казалось, что из-за заборов не доносилось ни звука и все шумы леса теперь сконцентрировались вокруг них. Все трески, скрипы, шуршания обязательно происходили где-то в метре или даже над головой. А потом резко пропали. Так обычно бывает перед бурей. Ходят тучи, надвигается гроза. Так ведь?

Раскатов грома больше не было. Ни одного комара, ни одной мошки, ни одной изредка кричащей птицы. Даже верхушки деревьев, обычно шелестевшие на ветру остатками листьев, теперь молчали. Слушая тишину, в какой-то момент Лиза поймала себя на мысли, что дышит слишком громко. Она сглотнула и начала задерживать дыхание на короткие промежутки. Даня ничего не сказал, наверное, подумал, что спутница запыхалась. От тишины закладывало уши, даже их шаги звучали отдаленно и едва заметно.

Они шли и шли, переступая через корни и утопая во мху. Частично был виден бурелом, деревья валялись на земле и на ветру болтались их белые, длинные и тонкие корни. Среди сосен не было ни одного просвета, а темнело все быстрее и быстрее. Если они не поспешат, то придется включать фонарики на телефоне. Перспективка мрачная, как не посмотри. И еще эти белые корни, похожие на червей. Лиза стряхнула огромного жука с рукава пальто и решила подумать о чем-нибудь приятном.

Посвящение в студенты (или коротко — Посвят) проходило ежегодно, и каждый раз организаторы (такие же студенты, просто на курс или два старше) искали необычное место для проведения вечеринки на всю ночь на сто-двести молодых людей, с танцами и алкоголем. Желательно, чтобы можно было развернуться и хорошо пошуметь. В программу входил квест для первокурсников, небольшое выступление и сама церемония посвящения, квартирник, дискотека и бар. И с костром, костер — очень важное мероприятие! Прощальный костер, как обычно делают в лагерях. Вернее, ей рассказывали, что так обычно делают. Правду она уже не узнает, только если не решит вписаться куда-нибудь вожатой следующим летом.