Лиза Шимай – Развод. Смогу ли я простить? (страница 30)

Мама, которая будет целовать, обнимать, дуть на разбитые коленки, ходить на детские утренники, радоваться маленьким победам, а также поддерживать в минуты провалов.

Любому ребенку нужна мама, заботливая, любящая.

Я аккуратно перекладываю Лешу на кровать, с одной стороны подкладываю подушки и ложусь рядом. Держу его за маленькую ручку, перебираю пальчики и чувствую такую горечь внутри, от которой тяжело дышать. Как хорошо, что он маленький и сейчас еще ничего не понимает.

Если бы он стал старше и произошло подобное, я даже не представляю, как ему объяснить, что у него больше нет мамы.

Целую малыша в маленькую ладошку и засыпаю с ним рядом. Просыпаюсь, когда слышу шаги на первом этаже. Проверяю Лёшу, он всё ещё спит.

До кормления осталось несколько минут.

Собираюсь подниматься с постели, когда Роман входит в комнату.

— Ну что, ты узнал? — говорю шепотом.

Роман кивает, а затем садится на край кровати.

Поглаживает ножку сына и смотрит на меня.

— Да, она погибла, нашли.

— Известно, что именно произошло?

— Пока нет, будут расследовать. Все документы проверили. Права на ребенка у меня. Проблем возникать никаких не должно. Если объявятся какие-то из родственников Маши, я не буду препятствовать их общению, но сразу разъясню, что я его никому не отдам.

Я замечаю, что Леша начинает просыпаться. Собираюсь встать с кровати и говорю, что нужно его покормить.

— Я сделаю смесь. Лежи, отдыхай.

Рома идет на кухню, а я тем временем беру малыша. Отношу его на пеленальный столик, замечаю, что его нужно уже переодеть. Быстро переодеваю, несу в ванную, мою.

Надеваю чистую одежду, беру на руки. К этому моменту он уже начинает довольно громко плакать.

В комнату заходит Рома с бутылочкой. Я сразу же забираю у него бутылочку, даю малышу. Немножко покачиваю.

Стою с ребенком на руках.

— Лен, давай я его заберу, тебе тяжело. Ты же в положении.

— Да нет, нормально. Он еще легонький. Как крошечка. Не знаю, не могу его отпустить. Мысли о произошедшем просто... У меня правда сердце разрывается. Мне так его жалко.

— Жалко сына?

Я киваю.

— Она была его мамой… И я, честно, в таком шоке, я так волновалась, думала, что будет дальше, представляла, как она будет отравлять нашу жизнь. Я уже морально готовилась к этому, а в один день все изменилось. И я не знаю даже, что хуже. Будто всё рухнуло. Ты понимаешь, я ее ненавидела, а теперь мне ее жалко.

— Я понимаю твои чувства.

Малыш быстро допивает смесь. Я отдаю бутылочку Роману, а малыша перекладываю немного выше, чтобы его голова была на моем плече, и он мог срыгнуть.

— Лен, может быть, сейчас не лучшее время, но я должен с тобой об этом поговорить. — Роман подходит ближе и обнимает меня за плечи. — Я хочу, чтобы ты осталась со мной. Я хочу, чтобы ты дала мне шанс. Шанс всё исправить. Да, я натворил глупостей. Я поступил необдуманно, чем очень сильно тебя обидел. Я сожалею об этом. Я готов просить у тебя прощения каждый день, если это потребуется. Для меня важно одно — чтобы ты осталась со мной. Я вижу, как ты относишься к ребенку. И, с одной стороны, я очень рад этому, а с другой, я очень сильно волнуюсь, как ты будешь всё это переживать. Я не представляю, что ты чувствуешь. Я не могу встать на твое место и почувствовать твою боль. Но единственное, что я могу сделать — это пообещать тебе, что больше никогда не допущу ничего подобного. Лен, дай мне еще один шанс.

Глава 35

— Ром, всё гораздо сложнее, чем ты думаешь. Да, я привязалась к Алексею, не буду этого отрицать. Мне жалко этого малыша, и я очень хочу ему помочь. Кроме этого, я в положении. Я знаю, что в мире достаточно сильных независимых женщин, которые стойко растят детей сами. Возможно, и я так смогу. Но ты знаешь, как я отношусь к этому. Я считаю, что ребенок должен расти с матерью и отцом. И чтобы мать и отец были не по выходным или каким-то определенным дням, чтобы они всегда были рядом. Для меня это важно. Но есть один момент. Если мать не доверяет отцу, ребенок будет это чувствовать. Это уже не будет здоровыми отношениями.

— Я прекрасно тебя понимаю. Я говорю тебе, что я не могу только одними словами заставить тебя мне поверить. На это уйдет время. Я просто прошу тебя дать мне шанс. Мы вернемся в город. Купим дом, любой, какой ты только захочешь, и попробуем жить вместе. Я не прошу сейчас тебя снова возобновить наш брак. Не прошу доверять мне с первой минуты. Просто дай мне время, дай мне шанс показать, что я изменился и могу поступать иначе. Эта ситуация, которая произошла, сказалась на нас обоих. Я сделал тебе очень больно, разбил тебе сердце. Сейчас я это понимаю. Но еще несколько месяцев назад не знаю, о чем я думал. Мне кажется, я совершенно не думал. Я просто действовал на каких-то непонятных эмоциях и натворил глупостей. Но после того, через что мы прошли, я понял одно: что ты единственная женщина, с которой я хочу быть. Ты единственная женщина, с которой я хочу жить и состариться. И я готов каждый день тебе доказывать это.

Роман на мгновение замолкает, а затем продолжает:

— Если ты не готова сейчас жить со мной, я тебя понимаю. Я могу отвезти тебя обратно в квартиру, но буду к тебе приезжать. Я хочу видеться с тобой. Я хочу наблюдать за тем, как развивается беременность. Я хочу увидеть, как родится наша малышка. Хочу помогать в воспитании. И я не хочу приезжать к ней по выходным или каким-то определенным дням. Я хочу видеть ее каждый день. Я хочу вставать по ночам и помогать тебе ее кормить, пеленать, мыть. Я хочу с ней играть, хочу помогать её развивать. Я не хочу пропустить ни одного дня нашей дочери. Когда ты постоянно твердила о детях, я думал, что тоже их хочу. Но на самом деле у меня не было такого острого желания, как у тебя. У меня не было такого желания стать отцом ровно до того момента, когда я первый раз взял Алексея на руки. И только тогда я понял, какое это на самом деле счастье. И сейчас не могу передать всех чувств, которые у меня есть, от мысли, что у меня будет двое детей. У меня есть сынок, будет дочка. Это самое прекрасное, что может быть. Но еще лучше, если у них будет такая потрясающая мама, как ты.

Мы задержались в загородном доме еще на три дня. Иногда снова поднимали эту тему, разговаривали, но сходились на одном и том же.

Мне сложно доверять Роману.

Я всем сердцем хочу ему поверить, но что-то внутри меня останавливает.

Мне страшно, я боюсь.

Я не готова пережить еще одно предательство.

Но с другой стороны, я его понимаю и хочу попробовать дать ему шанс. Я помню, как вела себя эти десять лет.

Сейчас, когда уже прошло время, я понимаю, насколько ему было тяжело со мной.

Да, он поступил неправильно, изменив мне.

Но и я поступала неправильно, закрываясь, прикрываясь своими истериками и постоянным недомоганием.

Я не впускала его в свою жизнь, я не давала себе помочь.

Я просто одна страдала. И он это терпел.

И каждый раз давал мне шанс, и каждый раз давал шанс нашим отношениям.

Поэтому сейчас я хочу дать шанс ему. Возможно, я ошибусь. Возможно, я об этом пожалею.

Но это будет исключительно мой выбор.

Роман привез нас в квартиру. Я осталась с Алексеем, а он уехал. Он не говорил, куда едет, но я точно знала, что ему нужно заняться похоронами Маши.

Конечно, мне было это неприятно, но он сказал, что из родственников никто не отозвался.

У Маши были какая-то двоюродная тетя, а еще сестра, но все жили в разных городах. И сказали, что пусть похоронами занимается муниципалитет.

Роман не делал ничего шикарного. Все очень просто и скромно. После экспертизы удалось установить, что она была в состоянии алкогольного опьянения.

Мне жаль, что ее жизнь так оборвалась. Она была еще молода. Но я уже не чувствовала вину, потому что понимала, что не могу ничего изменить.

Я не могу быть в ответе за всех в этом мире.

На данный момент я несу ответственность только за свою семью. А еще могу помочь Алексею, чем и собираюсь заняться.

Некоторое время мы жили раздельно.

Я жила в квартире, Роман с Алексеем отдельно, но мы очень часто виделись. Спустя пару месяцев я все же решилась на совместное проживание, и мы решились на покупку нового дома.

Единственным моим условием было, что у нас временно будут раздельные спальни, потому что я пока не была готова подпускать к себе Романа. Мне всё еще было больно.

Но та забота, которую проявлял Рома, постепенно растопила мое сердце и помогала собрать себя по кусочкам.

Глава 36 и эпилог

Наша дочь родилась перед Новым годом. Я очень сильно боялась родов, потому что по рассказам знакомых наслушалась самого разного. Но все прошло относительно хорошо.

На третий день нас выписали, и мы вернулись домой.

Пока я была в роддоме, то думала о том, чтобы поехать потом в квартиру. Но когда вернулась в дом, то даже обрадовалась своему решению.

Первые дни мне было тяжело встать с постели, все очень болело, а Рома мне помогал.

Роман приносил мне дочку, я ее кормила, потом он ее забирал и снова укладывал в постельку, а я тем временем могла поспать и отдохнуть. Таким образом, мое восстановление после родов прошло довольно быстро.

Алексей рос на глазах, уже пытался ползать. Я не могла поверить тому, что скоро и моя доченька станет такой же взрослой.

Роман взял отпуск на первый месяц после родов, а затем нанял няню для Алексея, которая помогала и мне с малышкой Яной.