Лиза Мидлевская – Два Феникса (страница 23)

— Я ему ничего не говорил. Точнее, не говорил, что это ты, когда поделился с ним, тем, что познакомился с удивительной девушкой, которая не менее удивительно меня бортанула. Он сам догадался. Причем недавно. По татуировке. Честно сказать, сильно удивился. Потому что он знает тебя как собранного человека, с математическим складом ума, отличного организатора и аналитика. Я же описывал ему творческую личность, которая видит прекрасное даже в пылинке.

Небольшая пауза.

— И насколько сильно он в курсе? Пойми, не то, чтобы меня сильно волновало, что и как обсуждают мальчики во время своих откровений. Но Глеб мой руководитель и мне с ним, надеюсь, еще работать вместе.

— Не волнуйся. Ниже татуировки на лопатке ничего не обсуждалось. Ты мне понравилась тогда. А понравившихся девушек детально не обсуждают. Да и вышли мы уже из того возраста, когда пикантные подробности хочется обсуждать с друзьями…

— Ну хоть немного полегчало, — нервно выдохнула я. — И все же. Насколько близко вы знакомы?

— Глеб мой одноклассник и лучший друг. Еще с детства.

— Вот Светка права была: неисповедимы пути. Я когда возвращалась тогда домой, думала, что мы больше не встретимся. А тут: и проект совместный, и лучший друг Глеба.

— Может, это судьба? — спросил Демид, глядя на меня своими бесенятами в глазах. — Кстати, один вопрос мы все-таки обсуждали с Глебом. Но так ни к чему и не пришли. Кроме того, что я должен был это спросить еще там: «Почему?»

Я удивленно подняла бровь.

— Почему ты решила все закончить не дав ни малейшего шанса?

Я растерялась. Ибо не готова была откровенничать. Но проигнорировать вопрос не могла.

— Знаешь, моя подруга, с которой я тоже поделилась произошедшими событиями (тоже только на верхнем уровне, не волнуйся) сказала мне, что я должна была тебе объяснить. На что я ответила, что в таком случае я должна рассказать тебе половину своей жизни. А я не готова пока на такие откровенности. И знаешь, за два с половиной месяца ничего не поменялось. Я не готова это обсуждать. Это слишком личное и еще ноет иногда. Не хочу ворошить.

— Ясно. Подождем, — ответил Демид, откинувшись на спинку стула. И мне даже показалось, что его взгляд посветлел немного.

Затем мы простились. Он уехал к себе. Я поднялась в свой офис. Так полетели трудовые будни.

Осень потихоньку вступала в свои права. Дни становились короче. Вечера все холоднее. И уже появлялись яркие краски на улицах города, а за городом еще больше. Приближалась одна из моих любимых пор года (хотя я их все люблю) — золотая осень. Множество ярких красок, шорох листвы, волшебный запах и предвкушение тепла и уюта: любимое кресло, мягкий плед, уютная книга и облепиховый чай. И яблочные шарлотки с корицей. Ну куда ж без них осенью!

Глеб улетел на месяц в Китай. А спустя несколько дней произошли события, которые стали (как я потом анализировала ситуацию) переломным моментом в моем отношении и моих чувствах к Демиду…

Глава 26

Глава писалась под Garou “Que l’amour est violent ” и “Sous le vent”

ДЕМИД

Как и предполагал, Яну я ждал с нетерпением. И, хоть и не зачеркивал как она дни в календарике, каждый день отмечал, что ждать теперь на один день меньше. Эти две недели были насыщены событиями и наполнены делами, но все равно время еле тянулось.

В день ее выхода из отпуска настроение было приподнятое. Приехал чуть пораньше, чтобы увидеться с ней. Очень рад был видеть ее. Глупости так и лезли из меня (наподобие той, с парковкой автомобиля). Но еще больше мне обрадовал тот факт, что она тоже была рада видеть меня. Ошибиться здесь я не мог. Поулыбались друг другу. Постояли, пялясь один на одного и, сделав над собой усилие (причем, совершенно точно, что оба), пошли работать. Подумал о том, что увидь нас сейчас Глеб, подкалывал бы меня, наверное, еще месяц.

Я помог Яне разобраться с некоторыми вопросами. Сходили вместе на обед. Даже поговорили немного по душам. Из оброненных Яной фраз я понял, что она боится отношений после развода, да и не все еще зарубцевалось. Что ж, можно понять…

Яна влилась в рабочий процесс после отпуска и мы продолжили взаимодействие, как будто всегда работали вместе. Слаженно, гибко, с удивительным пониманием друг друга. Глеб улетел в Китай. Постепенно наступала осень. Для меня это сложное время: темнота, непогода, холод и одиночество. Всегда с трудом переносил это время года, а после гибели Наташки оно стало для меня просто невыносимым. Однажды даже подумалось, что когда мне суждено будет умереть, это случится именно осенью, когда у меня не будет совершенно никаких сил и поводов бороться за эту жизнь.

В этот раз благодаря Яне приход депрессии отодвигался. Всегда энергичная, на позитиве. Я заряжался от Яны как от солнечной батарейки. Даже когда утром я приезжал не совсем бодрячком, побыв с ней некоторое время я наполнялся энергией и жаждой жизни.

За исключением сегодняшнего дня.

Я сразу почувствовал напряженную атмосферу. Сегодня что-то явно шло не так. Потом я понял — Яна была зла. Очень-очень серьезна и зла.

— О! Привет! Ровно в 9.00 у нас собрание с кураторами по мультимодальным доставкам.

— А что случилось?

— Нет уже времени пересказывать. Там все и услышишь. Пойдем.

Мы пошли в переговорную. Яна взяла какие-то бумаги, документы, неизменный блокнот, карандаши. Уже дошла практически до переговорной, когда вернулась обратно. Оставила карандаши и взяла шариковую ручку. Ого! Что — то новенькое!

— Так злюсь, что разломаю в хлам карандаши. Не хочу пугать людей, — прокомментировала.

Зашли в переговорную — там еще никого не было. Только разместились за столом, как начали подтягиваться сотрудники. Мы с ними еще не работали плотно, но насколько помню, по этим видам перевозок их у Яны около пяти. Они глянули виновато на Яну и стали рассаживаться. Она вышла на какое-то время вернулась, когда все были уже в сборе. Молча обвела всех взглядом, но так ничего и не сказала. Продолжала молчать. А в воздухе повисла такая напряженная атмосфера, что я сам начал перебирать в памяти не накосячил ли я. Причем не только вчера, но и по жизни в целом.

Напряжение сгущалось и коллеги очень явно нервничали, когда Яна совершенно спокойным (вразрез воинственному виду) и слегка ироничным голосом заговорила:

— А вы знали, что только в русском языке слово «задница» обозначает не только часть тела, но и событие? А выражение «полная задница» — целый комплекс мероприятий?!

Послышались легкие смешки, на лицах сотрудников появились улыбки.

— Так вот, коллеги, у нас с вами полный, наиполнейший комплекс мероприятий. И разобраться с этим надо как можно быстрее.

Атмосфера ощутимо потеплела и разрядилась. Сотрудники выдохнули и подняли глаза. Да.

— Вы же знаете почему мы здесь с вами собрались? Я не спрашиваю вас о причинах, которые довели до такого состояния дел. Об этом мы поговорим позже, с каждым по отдельности. А то в хоре, как говорится, можно и промолчать. А я хочу от каждого из вас услышать как мы докатились до такой жизни. Услышать анализ ваших действий, точнее бездействий.

Это еще одна особенность стиля управления Яны. Хвалит при всех. Щедро и прилюдно. Ругает и выясняет отношения всегда наедине.

— Сейчас нам надо максимально быстро разрулить ситуацию и выйти из нее без больших последствий для себя и тем более для заказчика. Сколько у нас застрявших?

— Двести пятьдесят восемь в порту и еще сто сорок подплывают.

— Что из этого вы можете перетарить в автомобильные тенты?

— Сколько станет на железную дорогу в ближайшее время? Что надо, чтобы поставили больше?

— Что по контейнеровозам? Их вообще нет или за согласованные с заказчиком деньги нет? Ищите за любые суммы. Любые. Со сроками подачи и доставки. Подключите отдел внутрироссийских перевозок. Пусть они вам помогут.

— Так. Когда останавливается завод?

— В пути из порта у нас что-нибудь есть? Чтобы продержаться одну неделю до прибытия первых контейнеров по суше, посчитайте две партии на доставку самолетом. Да, две. И два варианта: из Владивостока и напрямую из Кореи.

— Марина, когда в Новороссийск приплывает такой же груз? Узнай по контейнеровозам из Новоросса, посади по два водителя. Пока доедут из Владика, можно будет перекрыться этими поставками.

— Так. Сегодня в 15.00 у нас созвон по этой теме с заказчиком. Надо к этому времени проработать все варианты. И даже больше. Переговоры буду вести я. Просто знаю, кто будет с их стороны. Вы такой напор не выдержите. Но мне надо хорошо подготовиться. Досконально каждую цифру по каждому варианту. Количество, сроки, схемы, стоимость. Все. Если мы не вытянем это, потеряем заказчика. И речь не то что о проекте, вообще о сотрудничестве не пойдет. Да мы на одной только неустойке за остановку завода разоримся. Ребята, это очень-очень важно. ОЧЕНЬ. Я забронировала эту переговорку на целый день. Если вам удобнее отсюда звонить или что-то обсуждать. В 14.00 жду вас всех здесь с проработанными схемами и решениями. Повторяю, мне надо досконально подготовиться. Не подведите меня. И себя. И да. Полетим во Владивосток. Я и еще кто-нибудь. Решите, кто жертва. Хотя лучше не жертва, а тот у кого самые лучшие отношения с агентом и хорошие контакты в порту. Хоть польза будет.

Выходя из переговорной и подходя к офис-менеджеру: