Лиза Лорф – Снежинки в огне (страница 1)
Лиза Лорф
Снежинки в огне
Лиза Лорф
Снежинки в огне
Пролог
Тридцать первое декабря. Все впопыхах снуют по торговому центру, чтобы успеть купить последние подарки. Я тоже среди этой толпы. Протискиваюсь в аптеку.
Большие скопления народа мне не по душе, особенно праздничная беготня, однако моя близкая подруга Марина настояла на том, чтобы я пошла за тестами.
«Ты что! Беги делай тест! А если ты беременна? Да для него это будет лучшим подарком на Новый год!»
Но будет ли Максим действительно этому рад? А вдруг нет? Мы с ним не планировали детей! Он только что устроился на работу в пожарную часть, гордится своей новой должностью, постоянно рассказывает о тренировках и спасательных операциях. А я учусь в педагогическом колледже, и до выпуска еще целых два года. Мы вместе всего пять месяцев и пока живем раздельно. Хотя я все же надеюсь, встретив этот Новый год вместе, мы обязательно съедемся! Уже представляю, как буду готовить ему завтраки перед сменами.
– Девушка, мне тест на беременность, пожалуйста, – тихо прошу я, стараясь унять нарастающую в груди волну смешанных чувств. Мое тело кричит, что со мной что-то не так. Я другая. Говорят, у беременных скачут гормоны, может, так они действуют? Заставляют щебетать от счастья, волноваться, сомневаться…
– Скажите, сколько дней у вас задержка? – спрашивает работник аптеки.
– Пару дней.
– Результат может быть неточным. Вам нужно будет повторить…
– Тогда дайте два. Нет, лучше три.
Бросив в сумку купленные тесты на беременность, я иду домой, осторожно шагая по покрывшемуся льдом тротуару. Упасть – это последнее, что мне нужно. Внезапно я стала осмотрительной. Хорошо, что торговый центр рядом и идти недалеко.
Дома я делаю все так, как мне рассказали в аптеке, вдобавок, старательно следуя инструкции на упаковке. Затаив дыхание жду результата, нервно расхаживая по ванной. Мои руки потеют, пока я держу в руках телефон и наблюдаю за таймером, отсчитывающим секунды. Каждая минута кажется вечностью, а сердце стучит так невероятно громко. Я пытаюсь отвлечься, разглядывая кафельную плитку на стенах, но взгляд все равно возвращается к тесту.
Две полоски. Их две.
На всякий случай вскрываю еще один тест.
А потом еще.
После третьего сомнений не остается… Я беременна.
Я расплываюсь в улыбке, даже несмотря на легкий страх, появившийся в глубине души, – страх, что Макс испугается ответственности. Мы никогда и не говорили о создании семьи, но я этого хотела всей душой. Однако не требовала. И он ничего не говорил. В голове появляются картинки, как в полночь, под бой курантов, я показываю ему тест с двумя полосками… Как он их разглядывает… Как улыбается и радостно меня целует… От счастья я начинаю кружиться по комнате, а потом смеюсь. Это точно действие гормонов, никак иначе.
Трепеща от предвкушения вечера и мыслей, как преподнести эту новость Максу, я звоню на ему на мобильный.
– Снежинка, я перезвоню как сменюсь, – кидает он в трубку. Его голос кажется напряженным. Бросаю взгляд на часы: он должен был уже смениться. Вероятно, что-то случилось. Максим говорил, что на праздники всегда куча работы. Ловлю себя на том, что разочарованно смотрю в окно. Ну уж не-е-ет! Грустить некогда! Мне еще к вечеру готовиться.
Я слышу, как поворачивается ключ в замке входной двери. Марина вернулась. Моя подруга, с которой мы вместе учимся и снимаем эту маленькую квартиру.
– Ну что? Говори! – прямо с порога, с широченной улыбкой на лице, спрашивает подруга. Ее щеки красные с мороза, почти такого же оттенка, что и волосы.
Я улыбаюсь и начинаю глупо хихикать.
– А-а-а… Говори! Я хочу это услышать! – Подруга сжимает руки в кулачки и трясет ими, держа пакет, в котором, я уверена, лежит вкусный торт. Медовик. Я чувствую его запах даже сквозь упаковку. Марина, сколько я ее знаю, всегда была сладкоежкой. Для нее любое событие – отличный повод, чтобы поесть сладенького.
– Я. Беременна! – выкрикиваю я с коридора на всю лестничную площадку и поднимаю руки вверх, словно выиграла в лотерею.
Подруга подпрыгивает, чуть не сбивает меня с ног и стискивает в объятиях.
– Я так рада! Только тс-с-с, пока никому не рассказывай. Ну, Максу можно. Он же отец. Вот, это тебе, отпраздновать. – Она сует мне в руки пакет и проходит в квартиру.
– Медовик?
– Так, а ты уже, смотрю, чуешь запах издалека? Беременный нюх проклюнулся? – шутит подруга.
– Ага, беременный нюх.
Пока мы болтаем с подругой, я то и дело проверяю телефон. Макс сказал, что позвонит как сменится. Время, как назло, будто замедлилось и стало тягучим как, застывшая жвачка…
– Давай телевизор включим, – предлагает Марина, доставая тарелки для торта. – Обычно перед Новым годом показывают что-нибудь праздничное.
Я щелкаю кнопкой пульта. На экране вместо ожидаемой комедии экстренный выпуск новостей. Красная полоса внизу привлекает мое внимание.
«Взрыв на складе пиротехники в Сельцо. Пожарные ведут борьбу с огнем».
Мелькают кадры: языки пламени вырываются из окон здания, небо чернеет от дыма. Диктор говорит, что пострадавших нет, эвакуация прошла успешно.
– Так! Такое тебе смотреть нельзя! Ты беременна. – Марина выключает телевизор.
– А вдруг там Макс? – Я вскакиваю с кресла.
– Нет, это не в городе. Так что вряд ли Макс сейчас там. Успокойся.
Я тяжело вздыхаю, но все же чувствую облегчение. Подруга права. Сельцо в тридцати километрах от города, вряд ли Максима вызовут – он же должен был смениться. Хотя, конечно, тревога все равно не проходит. Должно быть, это чувство не покидает жен спасателей и мне придется свыкнуться с этим, но для этого понадобится время.
Марина протягивает мне стакан с водой.
– Давай, успокаивайся, дорогая.
Я залпом выпиваю воду. Это то, что мне было нужно.
– Ну все, мне пора. Кстати, сегодня ночью тебя не будет, так что… Может, я вернусь не одна… – Подруга лукаво улыбается.
– Понятно, тогда я закрою свою комнату на замок, чтобы вы ночью не перепутали, – улыбнувшись, отвечаю я.
Она понимающе усмехается, прощается и выходит, спеша к парикмахеру, чтобы привести себя в порядок перед новогодней ночью.
Первое, что я делаю, – вновь перезваниваю Максиму. В ответ одни гудки, заставляющие меня тревожиться. Зло бросаю телефон на диван. Он не отвечает мне! И что может быть важнее, чем беременная девушка? Я ему об этом еще напомню.
Набираюсь смелости, чтобы позвонить маме.
– Анюта, когда ты приедешь? Мы тебя ждем. – Я слышу в трубке ее осуждающий голос.
– Мам, я же сказала, что останусь здесь. С Максимом. Не ждите меня. Просто хотела поздравить вас с наступающим, – отвечаю я ей, стараясь держать себя в руках. В последнее время наше с мамой взаимопонимание хрупким, как первый лед, и легко трескается, стоит ей сказать, что она уже нашла мне достойного богатенького жениха, а не бедного пожарного.
– Да что твой Максим? Пожарный. Сколько они зарабатывают? Он же даже прокормить тебя не сможет.
– Это пока… Он только устроился.
– А если дети? Что будете делать? Да бросит он тебя при первой же трудности. У него на лбу написано, что он не готов к серьезным отношениям… – Мама затягивает свою пластинку, и я отдаляю телефон от уха.
– Мама… – вновь начинаю говорить я, решив, что тирада подошла к концу.
– Что «мама»? Мама плохого не посоветует. Давай мы тебе тут подходящего жениха найдем. Есть уже претенденты.
– Мам! – Я запнулась, понимая, что говорить о своей беременности сейчас будет совершенно некстати.
– Что?
– И тебя с наступающим! – Я еле сдерживаюсь, чтобы не сказать маме не лезть в мою личную жизнь. Не хочу вести себя как подросток, да и ругаться перед самым Новым годом нет желания.
Мне удается закончить разговор с мамой на дружелюбной, но холодной ноте… Ладно, потом разберусь. Она поймет когда-нибудь, что я уже выросла.
Надо собираться. Надеваю красивое красное белье, которое купила специально для этого вечера. Крашусь, стараясь сделать макияж идеальным, а после, любуясь своим отражением в зеркале, аккуратно провожу пальцем по белым маленьким пятнышкам на шее и вдоль спины. Снежинки. Так говорит Максим, и это название кажется таким точным и нежным. Только с ним я перестала их скрывать, только ему позволила увидеть эту особенность моей кожи. Раньше я очень стеснялась витилиго, пыталась замаскировать каждое пятнышко, но теперь я чувствую себя особенной. Они стали частью меня, моей уникальной чертой. Я ощущаю легкое томление и нежность в груди, когда вспоминаю, как Максим покрывал каждую из «снежинок» горячим поцелуем прошлой ночью, шепча, какая я красивая. Его руки, горячие дыхание… Мой Максим… От одной мысли о нем по телу пробегают мурашки.
Я украдкой поглядываю на диван, где грустно лежит мобильный. Он так и не позвонил…
Нахожу дома маленькую коробочку, кладу внутрь тест на беременность. Нет. Так не пойдет. Не может такая новость валяться на дне картонной коробки. Это выглядит грустно. Снимаю с елки мишуру, красиво укладываю ее на дно коробочки. Так лучше. Добавляю немного серебристого конфетти и маленькую записку с сердечком – пусть будет совсем празднично. Руки слегка дрожат, когда я заворачиваю коробочку в подарочную бумагу с золотыми снежинками. Закончив с упаковкой, я вновь бросаю взгляд на телефон. Никаких новостей. Внутри все сжимается от волнения и ожидания.