Лиза Лазаревская – Цветок для хищника (страница 32)

Я не сразу обратила внимание на то, что вся туалетная комната была выполнена в тёмных тонах, даже стены из чёрной плитки. Из белого здесь была только ваза с искусственной хризантемой на столешнице умывальника.

— Мне не нужно в туалет.

— Не стесняйся, Ася, — потребовал мужчина.

— Я немного пьяная, поэтому стесняюсь не так сильно, как обычно, — призналась я, заглянув в его тёплые глаза моего любимого цвета кофе. — Но мне правда не нужно в туалет. Я приехала сюда по другой причине.

— По какой причине?

Дамиан заботливо заправил одну из непослушно-волнистых прядей мне за ухо. Моя ладонь перехватила его руку — и наши пальцы переплелись.

— Ты меня возбудил, и я решила здесь снять напряжение.

О господи, придушите меня.

Сколько пива я влила в себя, что произнесла подобное, даже не задумываясь?

Это вообще ты, Ася?

Выражение его лица стало озадаченным. Наши пальцы всё ещё были переплетены — он так нежно касался меня, что я готова была утонуть в любом из его прикосновений.

— Так... Что ты здесь делала, цветочек?

— Я же сказала. Снимала напряжение.

— Каким образом? — я могла поклясться, что он был более чем ошарашен, несмотря на твёрдую интонацию в голосе.

— Эм... Давай я лучше покажу.

Вместо ответа, я снова засунула свободную руку себе в бикини — тем самым продемонстрировав ему, как именно снимала напряжение. Дамиан сглотнул, когда его кадык дёрнулся и вена на шее натянулась до предела. Его глаза были прикованы к моим движениям, а я продолжала то, на чём остановилась до его появления.

— Что тебя возбудило, малыш? — его хрипотца проникала мне под кожу и сделала меня ещё более влажной. Одна моя рука кружила вокруг клитора, другая нежилась в его прикосновениях.

— Я же сказала. Ты.

Зубы слегка прикусили нижнюю губу.

Тусклый рассеянный свет делал обстановку ещё более интимной. Я снова боялась выглядеть в его глазах жалкой, но всё-таки алкоголь вперемешку с возбуждением побеждали мой страх и откидывали его на второй план.

— Ты ведь думаешь сейчас обо мне, да, цветочек?

Моё зрение слишком расплывалось от зрелища передо мной. Его широченные плечи. Накачанная грудь. Рельефные мускулы и идущая к паху дорожка волос.

— Только о тебе.

Мужчина поцеловал пальцы моей свободной руки.

Один раз.

А затем ещё.

И ещё.

Он присел на корточки и большим пальцем начал поглаживать моё колено, из-за чего дыхание окончательно сбилось. Я замедлила темп, внимательно посмотрев на него. Он тоже наблюдал за мной, изучающе, так сосредоточенно, словно старался даже не моргать, чтобы не пропустить ни одну деталь.

— Не останавливайся, малыш. Закончи начатое, — властным тоном попросил Дамиан, и его губы дотронулись до моего колена. Это было едва заметно для моей притуплённой зоны чувствительности, но я всё равно  ощущала его поцелуй. И случилось то, к чему я совершенно не была готова. Будто по приказу, моё тело взорвалось на миллионы крошечных частиц. Палец продолжал массировать клитор круговыми движениями, пытаясь таким образом продлить неописуемое блаженство.

Снова хотелось плакать — только на этот раз от удовольствия, которое мне посчастливилось испытать с учётом моих дефектов.

Это было нечто невероятное, словно произошло извержение вулкана, долго спящего в моём теле.

Закрыв глаза, я откинулась на спинку кресла.

— Теперь уже мне немного стыдно, — прошептала я.

— Никогда не стыдись своего аппетита, цветочек.

Мы оба понимали, какое значение он вкладывал, говоря об «аппетите».

— Мой аппетит возрастает, только когда ты рядом.

О боже, пиво в совокупности с двумя бокалами шампанского и двумя коктейлями действительно пагубно на меня влияли. Я совершенно не думала, прежде чем что-то сказать. И на самом деле, быть перед ним настолько открытой было приятным азартом.

— Ты уже делала так раньше?

— Нет. Точнее на тебя — нет.

Дамиан поднялся во весь рост, расправив передо мной широкие плечи. Желание вновь просыпалось, стоило только взглянуть на них.

— На кого?

Я захлопала ресницами.

— Ты имеешь в виду...

— На кого ты дрочила, Ася?

— Это были просто фантазии.

— Что было в твоих фантазиях? — он продолжал свой допрос, заставляя мои и без того горящие щёки воспламеняться ещё больше.

— Они были абстрактными.

— Но меня в них не было.

— Это было давно, Дамиан. Тогда мы ещё не были знакомы, поэтому я не могла о тебе думать, — шутливо объяснила я.

— Теперь мы знакомы, малыш. И ты будешь думать обо мне каждый раз, когда захочешь кончить, правда?

Я кивнула.

— Ты первый, кто пробудил во мне желание за все последние месяцы, — хихикнув, призналась я и расплылась в довольной улыбке.

Всё-таки алкоголь активно играл свою роль, не давая мне ни контролировать речь, ни сдерживать улыбку или смех.

— А до этого? Кто побуждал твои желания до этого? — продолжал он, потому что его... ревность?.. никак не могла утихнуть.

— Я же говорю, у меня не было никого конкретного. Всё было очень абстрактно.

— Сейчас у тебя есть кто-то конкретный. И этот кто-то конкретный — я.

— Можешь даже не сомневаться, — тихо произнесла я, хотя мне хотелось закричать: «Как ты вообще можешь сомневаться в этом?». — Мне нужно помыть руки.

Дамиан подвёз меня к раковине и включил тёплую воду, после чего налил немного жидкого мыла мне на ладони. Я растёрла жидкость, после чего смыла её.

— Всё, я готова.

Только мужчина не спешил открывать дверь. На секунду мне даже показалось, что он хотел продолжить наши сексуальные эксперименты — когда наклонился, дотронулся до моего подбородка двумя пальцами и заставил посмотреть ему в глаза. Напряжённо сглотнув, я послушно ожидала, что будет дальше. А дальше очередной взрыв во всех участках моего тела — только теперь уже от ещё одного поцелуя, инициатором которого был он. Я до сих пор не знала, насколько правильно всё делала — и если оба наших предыдущих поцелуя были мягкими, нежными, едва ощутимыми, то сейчас он целовал меня дико, безумно, жадно, даже жёстко, овладевая каждым дюймом моего рта. Каждым движением своих губ он словно пытался доказать пространству вокруг нас, что я принадлежу ему. Я не успевала подумать о происходящем, когда его язык проникал внутрь моего рта — и возбуждение в очередной раз окутывало меня мощной волной.

Я жаждала его.

Хотела его всего.

Не могла ни на секунду оторваться от него, хоть и почти задыхалась. И всё же мне пришлось отстраниться, чтобы привести дыхание в норму.

— Больше не чувствуешь себя уродом? — с сарказмом спросила я, намекая на наш первый поцелуй. Почему он думал, что давит на меня? Его интерес ко мне — если он действительно существовал — делал меня по-настоящему счастливой.

— Чувствую себя последним подонком, — Дамиан снова взял мою руку и поцеловал кончики моих пальцев. Этот жест был похож на извинение? — И самое ужасное, что я едва могу сдерживаться.