Лиза Феромонова – Троллейбус N47 (страница 2)

— Откуда ты знаешь? Здесь же темно? - Кира почувствовала, как щёки заливает румянец, хотя в темноте этого никто не видел. — Ты меня даже не видишь... – Девушка громко хмыкнула.

— Я слышу твой голос. - Отозвался Гера - Этого вполне достаточно, чтобы понять, что ты очень красивая!

Кира услышала шорох одежды. Гера встал со своего места и медленно пошёл по проходу к ней. Его ботинки глухо стучали по резиновому коврику.

Мужчина остановился перед её сиденьем. Кира подняла голову. В полумраке она видела лишь силуэт — широкие плечи, взъерошенные волосы.

Он протянул руку и очень осторожно коснулся её щеки костяшками пальцев. Прикосновение было лёгким, как пёрышко.

— Можно? — Выдохнул он.

— Что? – Не поняла девушка.

А в следующее мгновенье просто подалась вперёд и нашла в темноте его губы.

Это был поцелуй-откровение. Поцелуй-награда за смелость. Он был солёным от её недавних слёз и терпким от его дыхания. Его руки зарылись в её волосы, притягивая ближе, а она обхватила его за шею, боясь отпустить.

Весь мир сузился до размеров заднего сиденья троллейбуса №47. Исчезли обиды, страхи и проблемы. Остались только он и она. Два незнакомца в ночи, которые вдруг стали самыми близкими людьми на свете.

Он ласкал её губы, пока они не начали пульсировать в такт её сердцу. Он брал её рот упрямым и терпким языком, погружаясь в его влажные глубины под сладкие постанывания девушки. Они оба и не заметили, как между ними не осталось преград в виде одежды. Кожа к коже. Как в последний раз. Два смертника, ослепших от одиночества. Потом Гера спустился ниже, чтобы исследовать языком её нежную ракушку, и Кира улетела куда-то в космос. Жалкие потуги Мити на выпускном стёрлись из её памяти за одно мгновенье. Галактика внизу живота скручивалась в тугой узел, пока в голове рождался целый новый мир. Там радужными всполохами вспыхивали звёзды, разнося жар по телу. Взрывы сверхновых подвели девушку к самому краю, заставив молить Геру о продолжении.

— Пожалуйста, ну, пожалуйста, — почти кричала Кира перед тем, как отважиться на прыжок в чёрную дыру блаженства, которое она испытала первый раз в жизни!!!

А потом она прикорнула в его объятиях.

Кира проснулась, когда за окном ещё было темно. Она осторожно, стараясь не издать ни звука, села и спустила ноги на холодный грязный пол троллейбуса. Пол скрипнул. Она замерла. Но Гера не пошевелился.

Нужно было уходить. Прямо сейчас. Пока он не проснулся. Пока не пришлось придумывать слова для неловкого прощания. Пока эта волшебная ночь не превратилась в утреннюю мелодраму с обменом номерами телефонов и обещаниями «созвониться», которые никто не собирается выполнять.

Она быстро натянула джинсы, схватила куртку и на цыпочках пошла к выходу. Убегая, девушка споткнулась о чемодан Геры, который стоял на проходе. Мужчина пробормотал что-то во сне. Дверь со скрежетом поддалась. Холодный утренний воздух ударил в лицо, отрезвляя лучше любого душа.

Кира выскользнула из троллейбуса и побежала прочь от депо, не оглядываясь. Домой. Туда, где всё началось и где теперь всё должно было закончиться. Но благодаря Гере этот новый день обещал стать совсем другим. И Кира твёрдо решила поступить на заочное, устроиться на работу и переехать от матери на съёмную квартиру.

Глава 3. Утро новой жизни

Первые лучи рассвета были холодными и безжалостными. Они беспощадно разогнали уютную темноту, которая прошлой ночью казалась такой безопасной и интимной. Кира почти бежала по пустынным улицам и думала о том, что совсем недавно обнимала спящего рядом парня и чувствовала, как её сердце сладко замирает. Гера (она так и не узнала его фамилию) спал на спине, закинув руку за голову. Его дыхание было ровным и глубоким. В утренних сумерках она смогла разглядеть его силуэт: широкие плечи, тёмные волосы, упавшие на лоб. Но лица... лица она так и не увидела. Оно осталось в тени, загадкой, тайной её восемнадцатилетия.

Но всё это была ошибка. Прекрасная, волшебная, невероятная ошибка. Ночь, проведённая с почти незнакомым человеком, была похожа на сбывшийся сон. Он был нежным, внимательным, смешным. Они говорили обо всём на свете, и его голос убаюкивал её страхи. Но сейчас... сейчас наступало утро.

***

Ключ в замке входной двери повернулся удивительно тихо. Кира затаила дыхание, готовая к новой порции материнских упрёков. Но в квартире было тихо. Только из спальни доносился приглушённый храп отца — он всегда спал по утрам после ночной смены.

Мама сидела на кухне. Перед ней стояла остывшая чашка чая и лежал надкушенный бутерброд с колбасой. Она выглядела уставшей и постаревшей.

Услышав шаги, Марина Сергеевна резко обернулась. В её глазах мелькнуло удивление, затем облегчение, а потом... вина.

— Кира? — Голос матери дрогнул. – Слава богу!

Кира остановилась в дверях кухни. Она смотрела на мать — на её ссутуленные плечи, на морщинки у глаз, которых она раньше не замечала.

— Я вернулась, — тихо сказала она.

Мать встала, сделала шаг к ней и замерла.

— Я... я звонила всем. Я думала... я не знала, что и думать. Где тебя искать…

Кира прошла в кухню и села напротив неё.

— Я ночевала в троллейбусе.

Мать ахнула:

— Что?! Ты с ума сошла?! Это же опасно!

В её голосе было столько неподдельного ужаса и заботы, что Кире стало стыдно за свою вчерашнюю обиду.

— Мам... — она взяла мать за руку. Рука была холодной и дрожала. — Прости меня за вчерашнее.

Мать посмотрела на их сцепленные руки, и по её щеке скатилась слеза.

— Это ты меня прости. Я... я наговорила ужасных вещей. Я просто испугалась. Ты стала такой взрослой... а я всё ещё вижу тебя той маленькой девочкой в бантиках.

Они обнялись прямо там, на кухне. Крепко-крепко.

— Я больше не буду висеть у тебя на шее, — прошептала Кира ей в плечо.

Мать отстранилась и посмотрела ей в глаза:

— Ты никогда и не висела. Просто я не заметила, как ты выросла.

Спустя час на кухне кипела жизнь. Мать жарила блины — единственное блюдо, которое Кира любила с детства. Запах кофе наполнял квартиру уютом.

— Значит так, — деловито заявила Кира, уплетая третий блин со сгущёнкой (диета подождет). — У меня есть план.

Мать удивлённо вскинула брови:

— Какой план?

Кира с горячем блином во рту продолжала:

— Да! Я поваю вокументы в фолледж на ваошное овделение на экономифеский… - она быстро дожевала остатки блина, - факультет. Там есть бюджетные места. Буду учиться и работать одновременно.

— А жить? Где ты будешь жить?

Кира улыбнулась:

— Сниму комнату. Я уже списалась с Анькой. Она хочет уйти из общаги и ищет соседку, чтобы платить меньше.

Мать смотрела на неё с гордостью и лёгкой грустью:

— Точно хочешь уехать из дома? Ты и правда повзрослела за одну ночь...

Кира загадочно улыбнулась в чашку с кофе. Эта ночь действительно всё изменила. Она научила её главному: иногда нужно убежать в темноту, чтобы потом вернуться к свету совершенно другим человеком.

А где-то там, в городе сотен тысяч лиц, парень по имени Гера искал девушку Миру. А её просто не существовало. А для Киры он остался парнем без лица, ставшим её первым шагом во взрослую жизнь. И она никогда его не забудет.

Глава 4. Лето в ритме нон-стоп

Лето пролетело в вихре формул и экономических терминов, которые поначалу казались Кире китайской грамотой. Мама, к её огромному удивлению, превратилась в идеального союзника для дочери. Она взяла на себя все бытовые заботы, пресекала попытки отца привлечь дочь к работе на даче и даже купила ей самый дорогой онлайн-курс для поступающих.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.