Лиза Бетт – Между нами пропасть (страница 4)

Эта девчонка – как дикий котёнок, которого принесли в дом, думая, что это милый пушистик. А оказалось – лесной зверёк с острыми когтями и полным набором инстинктов для выживания. Она шипит, царапается, бросается на любую протянутую руку. Но сегодня, за эти два часа, я вижу кое-что ещё. Вижу, как её взгляд, полный ненависти, постепенно сменяется сосредоточенной, почти хищной внимательностью к задаче. Она не просто делает вид. Она втягивается. Включает мозг. Ищет систему там, где её нет, и находит. Свою.

И теперь чёрт возьми интересно. Интересно смотреть, удастся ли её приручить. Не сломать – сломать можно что угодно. А именно приручить. Оставить в ней этот дикий огонь, но направить его. Сделать из хаотичной угрозы – оружие. Свойское. Острое. Или… или она всё-таки найдёт способ разорвать мне глотку при первом же удобном случае? Оба варианта будоражат кровь куда сильнее, чем любая предсказуемая биржевая сводка.

Вечером, спускаясь вниз, я слышу музыку. Не тихий фоновый джаз, который я обычно включаю. Агрессивный, рваный ритм гитар, грохочущий бит. Звук идёт из гостиной, отдаваясь лёгкой вибрацией в стенах. Мой дом, моя тихая, стерильная крепость, издаёт посторонние звуки. И что поразительно – это не раздражает.

Я останавливаюсь в дверном проёме. Она стоит у панорамного окна, спиной ко мне, глядя в тёмную чащу сада. На ней те же моё худи и лосины. Она не слышит меня. Плечи, обычно напряжённые в готовности к бою, сейчас опущены. Расслаблены. В профиль, в свете одного торшера, она кажется невероятно хрупкой. Почти девочкой. Не «должницей». Не проблемой. Просто человеком.

Я поднимаю пульт и выключаю музыку. Тишина обрушивается внезапно и оглушительно.

Она вздрагивает всем телом, как от удара, и поворачивается. В глазах мелькает паника, быстро сменяющаяся привычной готовностью к обороне.

– В этом доме тишина после девяти, – говорю я спокойно, без упрёка. Констатирую факт.

Она переводит дыхание, оценивающе смотрит на меня.

– Я думала, ты в своём кабинете закопался, – бросает она, но в её тоне нет утренней ярости. Есть усталое раздражение. Как будто я отрываю её от чего-то важного.

– Правила для всех, – отвечаю я, делая шаг в комнату. – В том числе и для диких зверушек.

Она сверкает на меня глазами – да, искра ещё жива, – но не находит, что ответить. Молча проходит мимо. Нарочно, ясно видно, задевает моё плечо своим. Не сильно. Но достаточно. Ещё один маленький бунт.

От неё пахнет моим гелем для душа, свежим, с запахом кедра. Но под ним, сквозь него, пробивается что-то другое. Что-то тёплое, молодое, дерзкое. Её. Этот запах не вписывается в ароматизированную стерильность моего дома. Он врывается в неё, как она сама.

– Завтра в восемь выезд, – бросаю я ей вдогонку, когда она уже на лестнице. – Оденься прилично.

Она останавливается, не оборачиваясь. Спина напрягается.

– А что, у тебя запланировано свидание с рабыней? – её голос звучит язвительно, нарочито грубо. Но в этой грубости слышится что-то другое. Любопытство? Ревность? Или просто проверка границ?

– Деловая встреча, – отвечаю я ровно. – И ты будешь при мне. В качестве живого напоминания о том, что даже самые безнадёжные активы можно привести в порядок.

Она что-то ворчит – явно нелестное – и скрывается наверху. Её шаги затихают. Но ощущение её присутствия, этого странного, взвинченного энергетического поля, которое она теперь за собой оставляет, – остается.

Я остаюсь один в гостиной. Тишина снова здесь. Но она уже не прежняя. Она наполнена. Отголоском той дурацкой музыки. Следом её запаха в воздухе. Смутным гулом жизни, которая, против всех правил, проникла внутрь. Это раздражает. Это тревожит. Но, чёрт побери, это и есть то самое «живое», чего здесь не хватало последние годы.

Я подхожу к барной стойке. Наливаю пойло в тяжёлый бокал. Поднимаю его к тёмному пролёту лестницы, где она только что исчезла.

– За войну, Должница, – тихо произношу в почтительную тишину.

Делаю глоток. Огонь растекается по горлу тёплой волной. Но он – ничто по сравнению с тем холодным, ясным, предвкушающим огнём, что разгорается где-то глубоко в груди. Это азарт. Охотничий азарт.

Война объявлена. Правила заданы. Противник – непредсказуем, дерзок и до смешного серьёзен в своей ненависти. И я намерен получить от этой войны настоящее удовольствие. Потому что впервые за долгие годы я не просто существую. Я чувствую. Каждый её взгляд, каждое колкое слово, каждый нарочитый хлопок дверью. Это – жизнь. Пусть и в таком, извращённом, опасном её проявлении. Но какая разница? Главное, что она больше не серая. Она – в цвете. Яростном, огненном. Её цвете.

Глава 7

Свет режет глаза. Не тот

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.