Лиза Бетт – История одной любви (страница 4)

– Ты опять? – натянуто прошипела, дернула рукой наручники звякнули о дужку. – У меня рука затечет так спать…

Молча выпрямился и стянул с плеч футболку. Потом достал из-за пояса джинсов пистолет, который поднял в сарае, и уложил на пол около кровати. Стянул джинсы, которые бросил тут же, оставаясь в одних боксерах.

– Могу вернуть веревки, – произнес равнодушно, и она затихла, с замиранием сердца глядя как я ложусь рядом. Чертовски узкая койка, а еще это панцирное дно, из-за которого как бы Лаура не старалась лечь подальше от меня – на край, ее все равно тянуло ниже, ко мне. Кое-как неловко улеглись и замолчали.

Слышал, что дыхание пленницы выровнялось, она обмякла и расслабилась, больше не вытягивалась в струну и не деревенела, стоило ей коснуться моей руки, и решил, что она уснула. Совершил третью за сутки ошибку и позволил себе отключиться.

Проснулся от того, что ощутил движение рядом, и легкий скрип наручников о дужку коснулся ушей. Не открывал глаза, решил выждать, возможно показалось. Сон снова попытался отключить мое сознание, но, когда скрип наручников повторился, я понял, что не ошибся. Лаура не спит.

Сначала она повернулась на спину, ложась рядом со мной, потом легла на бок, лицом ко мне и приподнялась на локте.

Мне бы оборвать ее попытку к бегству, но ощутил непреодолимое желание узнать, что она задумала. Едва не улыбнулся, когда скрип наручников повторился.

Не видел, но ощущал, что Лаура села на пятки, держась пристегнутой рукой за изголовье, а потом медленно начала перебрасывать через меня ногу, чтобы добраться до края постели и встать на пол.

Я почувствовал давление на бедра и открыл глаза в тот момент, когда она оседлала меня удивительно невесомо, и опустил руки на ее задницу, сминая ту, как давно мечтал.

Лаура вздрогнула.

– Если тебе нужен пистолет, я его переложил, – прошептал, но, к моему удивлению, эта сука не растерялась и опустила свободную руку на мою голую грудь, играючи дразня прикосновением.

– Переложил? – пропела шепотом и двинула бедрами, разжигая в моей крови опасный пожар. – И куда же?

Мои руки сами собой заскользили с ее задницы выше, к талии, а потом я накрыл ее грудь, понимая, что момент не продлится долго. Сдернул чашки с сосков, обхватывая полушария и ощутил, как вершинки кольнули ладонь.

Лаура шумно выдохнула.

– Под свою подушку… – тихо произнес, и стерва клюнула. Заскользила ладонью по моей груди и начала опускаться, медленно запуская руку под мою голову. Она наклонилась так близко, что мне пришлось отнять руки от груди и снова вернуть их на бедра, чтобы вжать ее в свой нехилый стояк. Шелест постельного под ее рукой, крадущейся под подушку, ласкал слух. Лаура прижалась ко мне голой грудью и наши лица оказались в сантиметрах друг от друга.

Внутри, как волны от упавшего в воду камня, расходилась дрожь, постепенно перерастающая в жжение от неудовлетворенного желания.

Коснулся ее носа своим и двинул подбородком, срывая смазанный поцелуй, ее волосы водопадом заслонили наши лица от всего мира, и мне стало физически больно от невозможности получить разрядку прямо сейчас.

– Уверен? – прошептала у самых губ, но не касаясь их. Она намеренно жалась ко мне теснее, чтобы отключить мой мозг, и ей почти удалось, если бы не рука, которая шарила под подушкой уже судорожно и рвано в поисках пистолета.

– Нет, пистолет все еще на полу… – произнес, и она одеревенела, а потом дернулась, но я обхватил ее поперек спины, не давая сдвинуться, и схватил за свободное от наручников запястье. – Ну куда же ты?

– Ублюдок! – рявкнула на меня и попыталась сдвинуться, а я лишь сжал сильнее, так что мы почти склеились от давления.

– В клетку тебя сажать на цепь? Ошейник надеть и заодно намордник? – произнес глухо. Нравилось ее бешенство, тем более понимал, что снова смог опередить ее на шаг. Её грудь упиралась в мою, тонкая талия умещалась в сгибе моего локтя, а бедра были надежно зафиксированы, что не сдвинуть. И все это без возможности получить разрядку. Смерть и то гуманнее.

– Сволочь! Урод! Тварь озабоченная!

– Ты первая начала, – говорил, глядя в ее мечущие молнии глаза.

– Отпусти! – дернулась, я разжал руку, которой держал ее запястье и тут же ощутил, как щека запылала. Лаура хлестнула по ней, травя мою кровь ядом окончательно.

Надоело!

Рывком перевернулся, вжал ее в матрас, подмял под себя, и запустил руку между нашими телами.

– Знаешь… – сдвинул ее белье в сторону и коснулся нежной кожи пальцами, отмечая, что она сухая как пустыня. – Когда предлагают себя, отказываться только дурак.

– Не надо! – выдохнула, теряя запал, а я обхватил свой член сквозь боксеры и сжал до боли, которая в случае повторения принесет разрядку. – Пожалуйста.

Не слышал ее слов из-за шума крови в ушах, но стоило посмотреть в ее гребаные глаза, которые мгновенно наполнились слезами, меня парализовало.

Лаура закрыла их и обреченно отвернулась, решив, что я завершу начатое.

Смирившись с этим.

Какого хера?

Меня будто льдом обдало, я выпрямил руку, о которую опирался и скатился с нее, пытаясь понять, что только что произошло.

Теперь не я, а она меня переиграла. Вот только сделала она это неосознанно просто проявив свою слабость. Уверен этой стерве она несвойственна.

– Я заебался играть в твои игры. Пистолет я разрядил в нем нет патронов, так что давай спать.

Услышал тихий всхлип, а потом шелест постельного. Лаура отвернулась, и я почувствовав себя последним мудаком лег рядом, стараясь ее не касаться. Натянул простыню на наши тела, скрывая их под белой пеленой, от греха подальше. Вот только теперь я точно не усну помня, каким податливым было ее тело, и как тесно она жалась думая, что я не разгадал ее план.

Слишком сладко вспоминать то, чего так и не произошло.

Смертельно.

Глава 5

Проснулся от того, что в стекло кто-то стучит. Короткий быстрый постукивающий звук будто молотком. Не понял поначалу что это и откуда, открыл глаза, приподнялся на локтях и огляделся. Рядом спит полуголая девушка, комната незнакомая.

Потом накрыло, вспомнил и смахнул с лица сонливость рукой. Стук повторился, Лаура рядом пошевелилась, а потом подняла голову с подушки, оглядываясь заспанными глазами.

– Что…? – замолчала, заметив меня, во взгляде мелькнуло узнавание и пленница натянула на себя простынь, скрывая то, что я всего несколько секунд назад в подробностях рассмотрел. – Что за стук?

– Птица, – поднялся с постели и прошел к окну, заметив на подоконнике по ту сторону дятла. Повернулся к Лауре, и поймал на себе ее взгляд. Она в панике отвела глаза от моего стояка и потупилась.

Вот же чёрт!

Природа берет свое, и это утро мать вашу, а значит, что боксеры нихрена не скрывают. Я поморщился.

– Птица стучит в окно не к добру, – Лаура пододвинулась и, царапнув браслетом от наручников дужку, поднялась с кровати. – Отцепи меня пожалуйста, я хочу в туалет.

Спорить не стал, кивнул на валяющиеся на полу джинсы, и она подцепила их свободной рукой и начала шарить по карманам. Нашла ключ, расстегнула и сняла браслет со стоном удовольствия.

– Я думала рука отвалится, – с упреком на меня посмотрела, и я вернул ей взгляд, в унисон отвечая.

– Была бы хорошей девочкой, не пришлось бы использовать кандалы.

Она поджала губы.

– А ты на моем месте не пытался бы сбежать? – натянула простынь и обмоталась ей, сооружая подобие платья. Я испытал легкое разочарование, что она нашла чем прикрыться, было больно смотреть на нее полуголую, но мне это даже нравилось.

– Я сделал бы это с первой попытки, – устало произнес и подошел к ней забирая джинсы. Натянул их, скучая по мягкой постели и утреннему душу, который принял бы если бы находился дома. Взял из рук Лауры футболку, и только потом дошло, что она наклонилась, чтобы поднять пистолет и захватила ее.

– Вчера у тебя в кармане были патроны, куда ты их дел? – проверила магазин пистолета и разочарованно вздохнула, толкая мне пустой ствол. – Идем в туалет.

Эта баба поражала своей непосредственностью. Она то выбешивала меня по щелчку пальца, то заставляла подавлять улыбку своими замечаниями.

– Что, даже не попытаешься вмазать мне по голове рукоятью?

– Когда противник в два раза тяжелее тебя лучше использовать другие способы самообороны, и не подходить к нему близко. Либо давить на болевые точки… – процитировала меня, и я понял, что улыбаюсь как идиот. Лаура шагала к дверям хижины, а я пялился ей вслед и думал, что такую как она еще никогда не встречал.

Не стал настаивать на том, чтобы она держала дверь туалета открытой, просто отступил на несколько шагов и раскурил сигарету, прислушиваясь к таежному утру.

Где-то вдалеке слышался крик одинокой птицы, эхом отозвалась сова, которая к утру уже должна была оставить свой пост. Кроны вековых деревьев шелестели в унисон стрекоту кузнечиков в траве. Утро было росистым, но теплым и, если бы не заслоняющие горизонт сосны, я бы увидел розовый рассвет, а так лишь блики лилового на голубом. Красиво до дури. Жаль, что в городе такого не увидишь.

– Чем ты накормишь пленницу? – Лаура подошла ко мне и встала рядом, следя за направлением взгляда. Вдохнула вкусный сосновый воздух и прикрыла глаза.

Засмотрелся на ее профиль. Одернул себя. Мысленно чертыхнулся.

– Я не силен в готовке, – удрученно произнес, и эта стерва фыркнула.