Лиза Бетт – История одной любви (страница 3)

Лаура молча дернулась, когда стянул ее запястья туго до красноты. Но по-другому с ней нельзя. Решила играть на чужом поле – будь готова быть на нем похоронена.

– Иди к черту! – огрызнулась, и я дернул ее за локти, отрывая от капота, а потом завел руку и начал расстегивать пуговички ее долбаной белой рубашки.

– Похотливая скотина! – Лаура сопротивлялась, когда стянул с нее блузку. Пиналась, когда стащил брюки. Ругалась матом, когда разжигал у крыльца костер и дождавшись, пока тот разгорится бросил туда ее шмотки, как обещал.

Но в этот момент я не понимал, какую ошибку совершаю, ведь этой выходкой я прежде всего поставил под удар не ее нервы, а свою выдержку.

Я не ошибся, грудь у нее реально большая и сочная.

– Мужлан сволочной! – она плевалась словами, пока ее одежда полыхала, а я схлопнул с ладоней пыль и вернулся к пикапу, у которого привязал пленницу. Подтолкнул Лауру к крыльцу дома, закрыл сарай, не забыв прихватить веревку. – Что ты…?

Она дернулась, я стянул концы веревки туже, потом слегка ослабил, чтобы не обжечь кожу ее запястий. Завязал ее руки за спиной, потом вытянул конец веревки выше к локтям и начал обматывать и их.

– Какого хрена делаешь? – она шипела и ерзала, пока связывал ее, как только покончил с локтями, затянул узел и взяв вторую веревку покороче опустился к хрупким лодыжкам.

– Прости, нет джутовой веревки для шибари, но думаю, и такая сойдет…

Покончил со связыванием и выпрямился, возвышаясь над пленницей.

Осталась последняя деталь, из-за которой чесались руки. С самой первой минуты, когда я увидел подчиненную Самсонова мне захотелось это сделать, и только сейчас я мог пойти на поводу у своего желания, прикрываясь реальной необходимостью.

Протянул руку и коснулся растрепавшегося пучка пальцами. Нащупал первую шпильку, вынул ее.

Лаура дернула головой, но из-за веревки потеряла равновесие, и я безотчетно стянул ее плечо левой рукой, не давая ей упасть. Поставил вертикально, вплотную к себе. Правая рука методично шпилька за шпилькой рушила строгий пучок.

– Оторвать бы твои яйца и бросить в костер вместе с одеждой! – Луара в сотый раз огрызнулась, а я швырнул шпильки в огонь к ее шмоткам. Тяжелые волосы густым водопадом рассыпались по обнаженной спине пленницы, и я зарылся в них пальцами, и убедившись, что вынул все железки, сжал кисть и оттянул пряди, заставляя Лауру запрокинуть голову.

Персиковая кожа пленницы в свете костра отливала розовым и казалась шелковой.

Её пухлые губы были в беззащитны и так маняще расслаблены, что я на секунду забыл, почему мы оба здесь находимся.

Лаура сверкнула мятежным взглядом. Она-то точно помнила всё, и не теряла контроль на проклятую долю секунды. Я разозлился на себя.

– Не провоцируй, сука. Просто поверь на слово. Не провоцируй. – Разжал руку и отступил, стискивая кулаки. Опустился на крыльцо и приказал пленнице сделать то же. Она злясь подчинилась, неловко опускаясь рядом.

Ночной воздух отравился горьковатым привкусом костра. Тот потрескивал и догорал, сжирая последние лоскуты блузки.

Вечер почти сменился ночью, гася остатки заката чернотой звездного неба.

Меня отпустило. Возможно, костер усмирил нервы, а может напомнил себе, зачем всё это, и мозг вернулся на место.

Портить вечер очередной дракой не хотелось.

– Ругательства не красят девушек, – философски отметил и сорвал соломинку, перекатывая стебелек между пальцами. – И в туалет тебе теперь придется ходить с открытой дверью…

Обрадовал ее, голов был услышать очередную порцию матов, но пленница удивила покорностью своего молчания.

Ощущал непривычное удовлетворение и даже умиротворение. Языки пламеня плясали, освещая наши лица мягкими бликами, тайга уже не казалась такой зловещей.

Ступенька крыльца протестующе скрипнула, когда я привстал и достал из кармана сигареты. Лаура поерзала, пытаясь устроиться. Ей было неудобно из-за связанных сзади запястий, но плевать. Теперь придется постоянно держать ее рядом, чтобы не выкинула очередной фокус.

– Когда я выберусь, я убью тебя, понял? – Стерва прошипела и уставилась на огонь, а я кивнул, не поворачивая головы и произнес, раскуривая сигарету.

– Если бы мне давали доллар каждый раз, когда я слышу эту фразу…

Ответом мне послужил еще один пронизывающий взгляд. Если бы могла, она убила бы меня глазами, но сегодня явно не ее день.

– Ты хотя бы на ночь развяжешь меня? – спросила, умеряя пыл. Она устала так же, как и я, всплеск адреналина после нашей борьбы пошел на спад, и навалилась апатия.

– Чтобы ты перегрызла мне глотку? – произнес устало, но все же с иронией. Как ни странно, вся ненависть к этой бабе улетучилась, когда я скрутил ее и прижал к капоту. Появилось даже что-то вроде милосердия и сочувствия.

– Я правда повредила двигатель? – спросила, отворачиваясь к огню. Её взгляд больше не жег, и я посмотрел на спокойный профиль пленницы и невольно отметил, что ей идет небрежно растрепанная прическа. Обычно Лаура предпочитала идеальные укладки и волосок к волоску, чтобы казаться строже и возможно старше своего возраста, но сейчас без всей этой напускной заносчивости она казалась хрупкой, попавшей в беду девушкой. И честно сказать, ей повезло, что она попала именно ко мне. Другой обязательно воспользовался бы ее беспомощностью.

– Дыра в капоте как раз в том месте, где движок. Возможно, ты зацепила его, сейчас ночью ни черта не разобрать, посмотрю при свете дня.

– То есть ты меня перехитрил…

– Не стоило тебе опускать ствол, – пожал плечами, и Лаура кивнула. – И этот твой прием, когда ты пыталась ударить меня… Не работает.

Она повернулась ко мне и внимательно слушала, между бровей залегла складка, а глаза не отрывались от моего лица.

– Когда противник в два раза тяжелее тебя лучше использовать другие способы самообороны, и не подходить к нему близко. Либо давить на болевые точки, потому что по силе ты тупо проиграешь.

– Я уволю своего тренера по самообороне, – согласно кивнула, и я заметил, что ее кожа покрылась мурашками. Ночью в тайге становилось прохладно не смотря на разгар лета. Неудивительно, что девушка в одном нижнем белье замерзла.

– Только не дерись с ним один-на-один. Продуешь.

Она поджала губы, что могло значить либо раздражение, либо попытку сдержать улыбку. Я встал с крыльца и подойдя к костру начал засыпать его землей.

Не знаю, как мы переживем эту ночь.

Глава 4

В хижине тоже похолодало, но было значительно теплее, чем на улице.

Вернулись в домик, пришлось приподнять эту стерву и занести. Оглядел свое жилище на ближайшие две недели.

Одна комната, в которой расставлены стол и пара стульев, кровать, печка и лавка.

А нам предстоит как-то спать.

Не продумал этот вопрос раньше и сейчас об этом жалел. Но с Лаурой все идет не по плану, поэтому удивляться нечему.

Мой взгляд зацепился за полутора-спальную постель и сбоку раздался напряженный голос.

– Даже не думай, – Лаура метнула в мою сторону сердитый взгляд «один из», на которые у меня выработался стойкий иммунитет, и замерла, ее ноги вросли в пол, когда потянул ее к кровати. – Я не собираюсь с тобой спать.

– Я не спрашиваю, хочешь ты этого или нет, – огрызнулся изрядно вымотанный за день. Если она еще хотя бы слово скажет против, я за себя не ручаюсь. И видимо, верно расценив мой предостерегающий взгляд, Лаура затихла и отвернулась, по-прежнему стоя на месте.

Руки заведены за спину и связаны, отчего грудь выставлена напоказ. Кружево лифчика лишь номинально прикрывает соски. Она выглядела бы приличнее, не будь на ней этих тряпок. Не такой соблазнительно прикрытой.

Я впервые подумал, что не стоит опускать глаза ниже подбородка девушки, чтобы сохранить самообладание, хотя если быть честным, ее губы тоже чистый секс, особенно когда она прикусывает нижнюю и вот так хмурится.

– Лаура, если бы я хотел отыметь тебя, я бы уже несколько раз сделал это силой, – зачем-то ее уговаривал. Возможно, чтобы она не начинала испытывать мое хрупкое терпение. – Так что прекрати выносить мне мозги и давай спать.

– Я не выношу тебе мозги, – возмущенно оправдалась, но все же расслабилась, когда поддел ее за талию и поднял, делая шаг к постели. Она попыталась пошевелить завязанными руками. – Я не смогу спать с этими веревками.

– А я еще подумываю о кляпе, – произнес честно, и получил сердитый взгляд в ответ.

Оставил стерву стоять у кровати, сам прошел к погребу, открыл и спустился туда. Сумка с моими вещами хранилась там, как и ящик с оружием. Достал из ящика еще одни наручники, а из сумки постельное и выбрался с удовлетворением отмечая, что Лаура стоит на том же месте.

Бросил постельное на кровать, развернул стерву к себе спиной и начал развязывать веревки. Как только ее руки стали свободны, она выдохнула и начала растирать покрасневшие запястья.

– Застели постель, – отдал приказ, и пленница почти безропотно согласилась, но тут же удивила вопросом.

– Ноги не развяжешь?

Я не ответил, развернулся и отнес веревку к крюку у печки. Из-за спины послышался вздох, и шуршание постельного. Лаура быстро справилась с задачей и замерла в нерешительности.

– Ложись, – приказал, и она опустилась на свежую простынь и снова с ноткой грусти посмотрела на свои ноги, перемотанные веревкой. Легла на край постели, ближе к стене, и ее глаза возмущенно распахнулись, когда достал из заднего кармана джинсов наручники и накинул браслет на ее запястье, а второй пристегнул к дужке кровати.