Лиз Томфорд – Идеальный план (страница 13)

Проводя рукой по мягкой ткани, я достаю телефон. Я не из тех, кто будет притворно сетовать, что это слишком дорого и экстравагантно, или притворяться потрясенной, когда мультимиллионер тратит на меня немного денег. Но я определенно благодарна.

Я: Ты купил мне кровать?

Проходит несколько мгновений, прежде чем на моем экране начинают танцевать три серые точки.

Сосед: Она была тебе необходима.

Практичный ответ.

Я: Большое тебе спасибо, Райан.

Из-под груды подушек выглядывает что-то лавандовое. Новые простыни моего любимого цвета, и я не знаю, как справиться с тем, что я чувствую при мысли, что он об этом помнил.

Он не отвечает, и я пишу снова, потому что, черт возьми, я хочу с ним поговорить.

Я: Тебе было больно покупать что-то, что не было черным или белым?

Сосед: Меня это чуть не убило.

Я: Это твой язык любви? Подарки?

Сосед: Блу, любовь здесь ни при чем. Тебе нужна была постель. Не бери в голову.

Я: Угу. Берегись, Райан. Если ты продолжишь делать для меня приятные вещи, например, готовить мне завтрак и покупать постельное белье, и я начну думать, что ты хочешь, чтобы я осталась или что-то в этом роде.

Сосед: Пора тренироваться.

Хороший способ избежать разговора, здоровяк.

Сосед: Убери в своей комнате. В ней опасно жить.

У меня болят скулы от расплывающейся улыбки. Райан Шэй не совсем против того, что я живу в его квартире.

6

Райан

– Самолет взлетает в десять. Чтобы был на месте к половине десятого. – Фил, координатор нашей команды, пристально смотрит на Дома.

– Почему ты смотришь на меня? – невинно спрашивает тот со своего места на полу спортзала, взмокший после утренней тренировки.

– Еще раз опоздаешь – я оштрафую твою задницу.

– Фил. Филип. Дружище. Ты любишь меня и знаешь это.

– Ты самая большая заноза в моей заднице и причина, по которой я лысею. Моя жена злится на тебя за то, что ты прошлой ночью вытащил меня из постели.

– Сюзанна тоже меня любит. И, эй, по крайней мере, я не сел пьяный за руль. Я проявил ответственность и позвонил тебе, чтобы ты меня подвез.

Фил поворачивается в мою сторону:

– Отвези его в аэропорт вовремя, ладно, Шэй?

– Договорились.

Фил уходит, качая головой.

– Люблю этого парня, – вздыхает Дом.

– Где вы были прошлой ночью?

– В «Свее», – отвечает за него Итан.

– Ты тоже ходил?

– Еще чего. Энни подала бы на развод, если бы я пошел на вечеринку в ночь перед поездкой, но Дом так настаивал.

– Ох.

– Ты хотел пойти? – спрашивает Дом. – Ты почти никогда никуда с нами не ходишь, поэтому я и не подумал спросить. Извини, чувак.

Я качаю головой:

– Нет, все нормально. Я хотел побыть дома.

Итан и я – два домоседа в команде. Итан – потому что у него жена и трое детей, а я – потому что покидать дом и рисковать негативными заголовками почти никогда не стоит. Последний раз это была почти что катастрофа. Я ударил старого товарища по команде за то, что он плохо обращался со Стиви, но, к счастью, парень моей сестры взял вину на себя, чтобы не накалять обстановку. Но я не осознавал, что отказывал товарищам по команде так часто, что меня перестали приглашать.

Дом мог бы, по крайней мере, позвонить мне, чтобы я его подвез. Конечно, он не знал, что я не спал большую часть ночи, задаваясь вопросом, почему моя новая соседка еще не вернулась домой… а я не спал.

У меня есть еще десять минут, чтобы приложить лед к плечу, прежде чем я смогу пойти в душ и отправиться в аэропорт, так что я стою с товарищами по команде и слушаю всю эту фигню.

Дом рассказывает о сексе, который у него был прошлой ночью в задней части клуба, а Итан – о том, как прошел танцевальный вечер его старшей дочери.

Два спектра нашей команды. Пикантные встречи в клубе и танцевальные вечера с детьми. Не знаю, где между этими парнями нахожусь я. Трудно найти с кем-то общий язык, когда единственное, что меня волнует, – это как вывести команду в плей-офф.

– Итан, – говорит наш тренер с другого конца зала. – Каролина с нетерпением ждет ужин в понедельник.

Рон Морган со счастливейшей улыбкой смотрит на стоящего рядом со мной предыдущего капитана команды.

– Энни тоже рада, – отвечает Итан. – На этот раз мы можем что-нибудь принести?

– У нас все есть! Каролина приготовит твой любимый пирог с ревенем.

– О боже! – Итан запрокидывает голову. – Не могу дождаться. – Он улыбается и коротко взмахивает рукой.

– Что, черт возьми, это было? – спрашиваю я.

– Что именно?

– Вот это – «Каролина с нетерпением ждет ужин в понедельник».

– Это именно то, на что это похоже. Его жена с нетерпением ждет ужин в понедельник.

– Как это вы с ним так подружились? Меня он ненавидит.

Оглянувшись, я вижу, что Рон разговаривает с главным тренером. Морщины на лбу и разочарованные черты лица возвращаются, быстро сменяя расслабленную улыбку, которая была на его лице, когда он разговаривал с Итаном.

– Все дело в Каролине. Он тает, когда дело касается его жены, а она любит Энни. Мы уже много лет вместе ходим на свидания. Если ты подружишься с Каролиной, то и с Роном тоже.

Я киваю головой:

– Каролина великолепна. Это должно быть легко.

Он снисходительно смеется.

– Ничего подобного, чувак. На баскетбол ей наплевать. Эта тема никогда не поднимается за обеденным столом, а больше ни о чем другом ты говорить не умеешь. Она ярая поклонница семьи, они оба такие, и единственная причина, по которой Рон пригласил нас в первый раз, – это то, что Каролина захотела поближе познакомиться с Энни. Она была и остается единственной постоянной женщиной в команде, поэтому я действительно благодарен жене за то, что нравлюсь Рону так же сильно, как и ей.

– Святая матерь, – произносит Дом достаточно громко, чтобы привлечь мое внимание, его глаза устремлены на что-то за моей спиной. Остальная команда следует его примеру, поворачиваясь ко входу в тренировочный зал.

– Черт возьми.

– Боже правый, – вторят они.

Обернувшись, я не так уж приятно удивлен, обнаружив Инди, входящую в здание с важным видом, словно она здесь хозяйка. В этот не по сезону теплый октябрьский день она одета в нежно-сиреневый сарафан. Ее белые конверсы с высоким верхом расшиты разноцветными узорами, а прическа и макияж изменились, и она выглядит совершенно другой женщиной, чем та, которую я оставил в квартире несколько часов назад.

– Шэй, ты самый счастливый человек на свете. Пожалуйста, скажи мне, что ты за ней приударил.

Я поворачиваюсь к товарищу:

– Следи за своим гребаным языком.