Лиз Томфорд – Идеальный план (страница 12)
– Спасибо. Я так рада за вас обоих. – Моя улыбка далека от искренней, и из-за этого я чувствую себя ужасно.
– И вообще, где ты живешь? – спрашивает Энджи.
– Я живу у подруги, мы работали вместе.
Ответом мне становятся жалостливые улыбки.
– Ты поможешь с организацией свадьбы? И с девичником, если будешь в городе? Мне нужно, чтобы ты помогла с темой и декором. И с едой. – Мэгги смеется. – Со всем. Ты лучший организатор вечеринок, который у нас есть.
Это моя роль, которую я сама себе назначила. Хозяйка. Координатор мероприятий. Та, кто всегда устраивает множество дней рождения и рекламных акций. Подруга, которая хочет отпраздновать каждый волнующий момент в жизни своих друзей, подарить им момент признания, чтобы они знали, какие они особенные. Та, кто заботится о том, чтобы окружающие чувствовали себя хорошо.
Мне это действительно нравится, но немного больно вспоминать, что ни одна из моих подруг, кроме Стиви, не поздравила меня с моим повышением.
Нацепив улыбку, я говорю Мэгги:
– Конечно, я все сделаю. Все, что тебе нужно.
– У тебя все хорошо? – тихо спрашивает она.
Она шутит? Нет, у меня не все хорошо. Вся моя жизнь перевернулась из-за решения, принятого кем-то другим. Мне негде было жить, у меня нет кровати, чтобы спать, из-за решения кого-то другого. Жизнь, которую я себе представляла, семья, которую я себе представляла, – все это исчезло благодаря решению Алекса.
Но прежде чем я успеваю ответить, Мэгги добавляет:
– Алекс тоже приглашен на свадьбу, так что я пойму, если у тебя возникнут какие-либо сомнения. Но у вас обоих есть «плюс один», так что я надеюсь, это поможет разрешить ситуацию.
Что это значит? Алекс кого-то пригласит? Он это сделает? Очевидно, я ничего не знаю о мужчине, за которого, как я думала, я выйду замуж, поэтому я не могу ответить на эти вопросы.
Она слегка сжимает мою руку.
– Неужели ты не можешь его простить? Я хочу, чтобы все было как раньше. Чтобы мы проводили время вместе.
– Что? – Я выдавливаю из себя смешок. – Мэгги, он спал с другой в нашей постели.
И он ни разу не попросил прощения, не говоря уже о том, чтобы извиниться.
– Он совершил ошибку.
Острые уколы непрошеных слез щиплют мне глаза, потому что я хочу примерить платья подружек невесты, я хочу пойти на викторину в среду вечером, и я хочу, чтобы в этой ситуации мои друзья были на моей стороне, а не на стороне Алекса. Делает ли это меня ужасным человеком? Не думаю. По-моему, это абсолютный минимум.
Я быстро подхватываю свой поднос с кофе, засовывая приглашение под мышку.
– Я так рада, что встретила вас, девочки. Пришлите мне потом фотографии платьев, хорошо? Повеселитесь. – Моя натянутая улыбка ведет меня к двери, я умудряюсь сдержать слезы, пока не окажусь снаружи.
Господи, это больно. За что мне такое наказание? Почему я чувствую, что теряю своих друзей? Они должны ненавидеть его. Ведь это он сделал это с нами. Только потому, что их парни все еще дружат с ним? А как же я?
Я веду себя иррационально? Может быть, Райан прав. Может быть, я чрезмерно эмоциональна, но это действительно задело мои чувства.
У меня есть два квартала. Два квартала, чтобы расстроиться, прежде чем мне придется взять себя в руки. Два квартала, пока я не окажусь в квартире Райана, где мне нужно быть счастливой и веселой, потому что я живу у него, а его жизнь за пределами этих четырех стен и так достаточно напряженная. Ему нужно, чтобы его дом был безопасным местом. Ему нужен друг.
И прямо сейчас, больше всего на свете, мне тоже.
– С возвращением, мисс Айверс. – Швейцар Райана открывает мне дверь в вестибюль.
Остановившись перед ним, я отставляю свой чемодан в сторону.
– Дэйв. Могу я называть вас Дэйвом?
На его бейджике написано Дэвид.
– Конечно можете.
– Вы любите латте? Я купила вам латте в моей любимой кофейне за углом. – Я беру стакан с подноса и протягиваю ему.
– Я люблю хороший латте. Большое вам спасибо. – Он обхватывает бумажный стаканчик руками.
– Я надеюсь, мы с вами станем друзьями, Дэйв. – Взявшись за ручку своего чемодана, я вхожу в открытую дверь.
– Я думаю, вы правы, мисс Айверс. Вам доставили посылку. Она наверху.
Райан сказал, что оставит сделанный для меня ключ под ковриком, но когда я выхожу из лифта и заворачиваю за угол, я вижу, как он открывает дверь нашей квартиры.
– Эй! – окликаю я взволнованным шепотом из коридора, не желая слишком шуметь в этот ранний час.
Райан поворачивается ко мне. Даже не стараясь, он выглядит до смешного привлекательным. Небрежно одетый, в кепке задом наперед, он вытаскивает в коридор свою сумку.
Я же, напротив, выгляжу ужасно. Не спала всю ночь, все еще в форме, с поплывшим макияжем, который нужно смыть. Обычно я не позволяю незнакомцам заглянуть под идеальную маску, но к черту все. Парень собирается со мной жить. Он будет видеть и похуже.
– Привет. – Он сглатывает, перекидывая сумку через плечо. – Ну и где ты была?
Где я была?
– У команды был поздний матч, и прохождение таможни стало кошмаром. – Я указываю на поднос в руках. – Я принесла тебе кофе. – Лучезарно улыбаясь, я протягиваю ему кофеин. – Куда ты собрался?
– На тренировку. Потом лечу в Милуоки на игру. – Он идет по коридору.
– О. – Сегодня мне все труднее и труднее скрывать разочарования. – Что ж, удачи!
– Я вернусь через два дня. Ключ для тебя под ковриком, – не оборачиваясь, кричит он.
Жгучие слезы без всякой на то причины. Я просто измучена и, по общему признанию, действительно одинока.
Я бы позвонила Стиви, чтобы узнать, не захочет ли она пообщаться, но едва мы приземлились, Зандерс практически выбежал из самолета, так что я знаю, что она занята.
– Блу, – окликает Райан из коридора. Не знаю, почему я откликаюсь на это прозвище, но я ловлю себя на том, что поворачиваюсь к нему, когда он высовывает голову из лифта. – Спасибо за кофе.
Я слегка улыбаюсь в ответ и вхожу в пустую квартиру.
Конверт цвета слоновой кости ощущается у меня под мышкой тяжелым грузом. Осознание того, что я скоро увижу Алекса, тяжелым грузом ложится мне на грудь. Собирается ли он привести ее? Они встречаются или это было на одну ночь? Встречались ли с ней мои так называемые друзья?
Я – да. Несколько раз. Она стажировалась в финансовой фирме Алекса. Я видела ее на рождественской вечеринке в офисе в прошлом году и похвалила ее шифоновое платье цвета шалфея. Я не жалею об этом. Платье и в самом деле было потрясающее. Они уже тогда спали?
Мэгги на пригласительном выглядит прекрасно. Они с Кевином такие счастливые, и я за них рада. Правда. Но есть завистливая частичка, которая хотела бы, чтобы это была я. Мы должны были вместе планировать наши знаменательные дни, но вместо этого меня даже не пригласили примерить платья подружек невесты. И я завидую не свадьбе. А тому, что наступит после. Больше всего на свете я хочу создать семью.
Боже, я ужасно себя чувствую из-за этого. Я горжусь тем, что я хороший друг, но не сегодня. Неудивительно, что они оставили меня в стороне.
Я креплю приглашение магнитом к холодильнику в качестве наглядного напоминания о том, что второго февраля я должна быть готова его увидеть.
Самое яркое событие моего утра – посылка с «Амазона», ожидающая меня на кухонном столе. Конечно, надувной матрас не так хорош, как настоящая кровать, но у меня ограниченный бюджет, и это лучше, чем спать на полу.
У меня сегодня много дел, но искра, которая помогла мне не заснуть и попытаться наладить жизнь, погасла, поэтому я убираю свой латте со льдом в холодильник на потом. Мне нужно поспать. Я разберусь с реальностью моей грязной комнаты и одиночества в этой квартире позже.
Солнечные лучи уже пробиваются сквозь щель в двери моей спальни, напоминая мне, что моя первая задача после того, как я высплюсь, – купить шторы. Мои одежда и обувь так и валяются на полу, но их сдвинули в сторону, образовав дорожку, которой у меня раньше не было.
Я тут же поднимаю глаза.
Прямо там, у стены напротив меня, самая красивая кровать, которую я когда-либо видела. Подушки в виде облаков и белое стеганое одеяло создают вихрь, в который хочется упасть и никогда не выбираться. Роскошное и дорогое одеяло кажется невесомым. Это потрясающе, и это что-то новое, в чем нет следа моей прошлой жизни или отношений.
Это все мое.
И это от Райана.
Для того, кому наплевать на всех и все, это, несомненно, очень продуманно.
Мои глаза горят от новых слез, готовых вырваться наружу, потому что я плакса и ничего не могу с собой поделать. Подайте на меня за это в суд.
Но это один из самых добрых и внимательных поступков, который кто-либо совершил для меня за долгое время, и это значит так много, что я не знаю, как это выразить. Особенно после тяжелого утра.