Лиз Лоулер – Я найду тебя (страница 49)

На всякий случай он оглядел комнату – вдруг что-то еще окажется не на своем месте. Не заметив ничего подобного, остановил взгляд на экране компьютера. Помимо жены этого пациента с ее супом, в клинике творилось еще что-то нехорошее. Начнем с того, что убита старшая медсестра отделения…

Эмили Джейкобс пришла к нему в офис вся такая милая, якобы в поисках воришки. Так он ей и поверил! Тем более что до того вечера она вечно смотрела на него ледяным взглядом. Явно что-то искала… вот только была ли это нечистая на руку пациентка?

Вспомнив дату, которая ее интересовала, Гэри перевернул подушку и сел. Возможно, ему придется просидеть тут несколько часов, но торопиться некуда. Он поищет ее – будь то в обычной одежде или в больничной униформе, поскольку Эмили сказала, что была в тот день пациенткой, – и пойдет дальше, начиная с этого кадра. Расположившись поудобнее, Гэри не без волнения приступил к поиску файла. Внутренний голос подсказывал: он непременно что-то найдет.

Он будет хорошо смотреться в полицейской форме. Гэри уже видел себя с серебристо-белым идентификационным номером на погонах. Возможно, учитывая его возраст и опыт, он быстро дорастет до детектива… Он уже решил, что если обнаружит в записях что-то подозрительное, то не пойдет с ними к Дэллоуэю. Он не упустит шанс быть названным в качестве того, кто обнаружил главную улику. Нет, он передаст запись прямо в полицию, и тогда, когда снова подаст заявление о приеме на службу, его имя уже будет хорошо известно.

– Офицер Бердж, – произнес вслух Гэри, уже вживаясь в роль. – Я из полиции, отойдите в сторону.

Хохотнув, он потянулся к пакету и сунул последние две зефирины, розовую и белую, в растянутый в ухмылке рот.

Надеясь, что она все равно сможет посетить свадьбу, Джеральдин положила в багажник машины свой новый наряд. Сейчас на ней были рабочая юбка, блузка и жакет; ноги голые – в конечном итоге она решила, что для колготок слишком жарко. Заколка с цветочками, удерживавшая ее волосы, не входила в число вещей, которые Джеральдин обычно носила на работе, равно как и бриллиантовые серьги или полный макияж. Она намеревалась выглядеть великолепно в течение всего дня. И не гоняться за чем-то несущественным. Дэллоуэй вряд ли обрадуется, если она снова появится перед его дверью с тем же оправданием.

– Да, незадача, – сказала Джеральдин себе под нос. Это была ее работа – подмечать невинные на первый взгляд мелочи. Да что угодно, если это вызывало у нее подозрения. В противном случае, какой из нее детектив?

Вытащив мобильник, инспектор позвонила сержанту Мартину, чтобы узнать последние новости: вдруг кто-то видел Эмили? Тони Мартин ответил после первого гудка. По эху автомобильного индикатора она поняла: он сейчас за рулем.

– Привет, Джеральдин. Что, звонишь мне в свой отгул? Мне казалось, ты собиралась на свадьбу…

– Так и есть. Просто на всякий случай проверяю, как там дела.

Он усмехнулся:

– Все спокойно. Твою пропавшую пациентку никто не видел. Я еду в клинику – нужно разузнать чуть больше про эту миссис Джеффрис, которая пыталась убить собственного мужа. Не хотелось бы явиться в королевскую прокуратуру с термосом супа в руке.

Джеральдин рассмеялась:

– Надеюсь, ты благополучно доставил его в лабораторию?

– Конечно. Я подозреваю, что этот томатный суп был сварен с морепродуктами. Из того, что я понял, она знала, что у него на них аллергия.

– То есть ты считаешь, это ее рук дело? – спросила Джеральдин, надеясь, что Эмили никак к этому не причастна.

– Ее застукали с поличным, поэтому я сейчас и еду туда. Чтобы собрать больше доказательств.

– И больше ничего нового?

– Ничего.

– Хорошо, Тони, удачного тебе дня, – сказала она и дала отбой.

Затем нетерпеливо постучала пальцами по рулю. Ей бросилось в глаза, что лак для ногтей уже местами облупился. Жутко хотелось избавиться от тревожного чувства, вернуться домой, привести себя в порядок, выбросить все из головы и от души погулять на свадьбе подруги. Джеральдин посмотрела вниз, не найдется ли там каких-либо напитков. Увидела наполовину полную бутылку «Кока-колы», которую купила, чтобы запить китайский ужин, и открытый пакетик жевательных конфет. Интересно, как там Эмили? Жива и здорова или умирает от серьезной инфекции? Через пару часов пойдут третьи сутки, как она пропала. За это время с ней могло случиться все, что угодно. Включая смерть. Увы, были возможны самые разные исходы. Джеральдин сокрушенно вздохнула и приняла решение.

Она поедет домой к Дэллоуэю и прямо спросит его, что он имел в виду. Попытается выяснить, имел ли он в виду Фелисити. Это займет максимум час, после чего она проведет день в свое удовольствие.

Почувствовав, как кто-то схватил ее за руку, Эмили открыла глаза. Что-то давило ей в ладонь, и кто-то пытался сомкнуть ее пальцы вокруг твердого предмета. От неожиданности сердце было готово выскочить из груди. Эмили не ожидала увидеть перед собой Шелли.

– Ты все сделала? – спросила та.

Эмили в замешательстве покачала головой.

– Не ты, глупая, – нетерпеливо ответила Шелли. – Я не к тебе обращаюсь.

Эмили повернула голову и увидела с другой стороны кровати Мередит со шприцем в руке.

– Да, всё.

Обе они отступили. Эмили инстинктивно попыталась подняться, но ее конечности словно налились свинцом, а голова стала тяжелой, как каменная глыба.

– Что вы мне дали? – спросила она, едва ворочая распухшим языком.

– Замолчи, – ответила Шелли и, осторожно зажав длинное лезвие между большим и указательным пальцами, затянутыми в синюю резиновую перчатку, протянула Мередит нож. – Теперь режь меня, – сказала она.

Эмили толком не поняла, что происходит. Но она услышала, как вскрикнула Шелли, и увидела ярко-красную кровь, стекавшую по ее руке.

– Чокнутая дура, – пробормотала Эмили онемевшими губами.

В следующий миг ее веки закрылись, и она больше ничего не видела и не слышала.

Глава 44

Дэллоуэй открыл входную дверь, держа в руке окровавленную тряпку. Джеральдин испуганно отпрянула.

– Ее здесь нет, – сказал он с порога.

Инспектор удивленно посмотрела на него:

– Мне лучше войти. Как я понимаю, вы говорите об Эмили?

– Послушайте, она пропала. Вы должны найти ее. Я не могу говорить – я занимаюсь травмой.

– Мне тем более нужно войти, мистер Дэллоуэй, если это так.

Он вошел в дом, оставив входную дверь открытой, как бы приглашая ее следовать за ним. Закрыв дверь, Джеральдин пошла на всхлипы и шмыганье носом, доносившиеся из одной из комнат. Вскоре она шагнула в кухню, как будто сошедшую со страниц глянцевого журнала. Деревянные кухонные столы и зеленые шкафы окружали массивный стол, за которым могли свободно разместиться не менее десятка человек. Судя по царапинам и зазубринам, оставленным многочисленными ножами, это был рабочий стол, а также место приема пищи, однако Джеральдин была готова поспорить, что эти царапины были элементом дизайна, призванным придать столешнице модный, «винтажный» вид.

На одном из стульев сидела кудрявая блондинка. Ее лицо было перекошено от боли, под глазами черными ручейками растеклась тушь. Она прижимала к руке кусок бинта. Перед Дэллоуэем лежал свежий бинт, стояла пластиковая баночка с прозрачной жидкостью апельсинового цвета и пакетик бактерицидного пластыря. Он смочил марлю в жидкости и произнес:

– А теперь убери руку.

Джеральдин увидела над локтем женщины разрез длиной в пару дюймов. Может, зашивать его и не требовалось, но одним пластырем тут тоже не обойтись. Она стояла молча, глядя, как Дэллоуэй стягивает края кожи и накладывает чистую повязку.

– Пойди прими парацетамол и ложись, – сказал он женщине.

Джеральдин шагнула вперед. Ее вопрос был адресован блондинке.

– Прежде чем сделать это, не могли бы вы уделить мне время и ответить на некоторые вопросы? Я была бы вам очень признательна.

Дэллоуэй представил кудрявую незнакомку:

– Это моя племянница, Шелли. Она помогает нам, пока наша няня отсутствует. Шелли, это детектив-инспектор Саттон.

Джеральдин, улыбнувшись, мысленно отругала себя за глупость. Ей даже в голову не пришло, что Дэллоуэй мог потому так хорошо знать характер няни, что она была его родственницей.

– Здравствуйте, Шелли. Мне было бы интересно услышать от вас, не видели ли вы, часом, Эмили Джейкобс?

Шелли посмотрела на Дэллоуэя и, протянув здоровую руку, взяла его ладонь.

– Я услышала стук в переднюю дверь и пошла открыть, одновременно с Рупертом. Когда я открыла ее, там стояла Эмили. Она выглядела безумной. Увидев Руперта, попыталась пройти мимо меня. Я подняла руку, не желая впускать ее. Я увидела, что у нее в руке нож, лишь когда она порезала меня.

Шелли поморщилась от боли. Джеральдин отогнала слезы.

– Хорошо, я поняла. А что было дальше?

– Я захлопнула дверь. Думаю, я защемила ей руку, потому что она уронила нож, а затем мне на помощь пришел Руперт.

Дэллоуэй указал на сушилку, где лежал нож с длинным лезвием:

– Я подождал пару минут или около того, прежде чем снова открыть дверь, но к тому времени ее уже не было. Я обыскал все вокруг, но ее и след простыл. И хотя после вашего вчерашнего визита мы держали все окна и двери закрытыми, я на всякий случай обыскал дом. Она не проникла сюда и сейчас наверняка гуляет где-то на свободе.

Шелли кивнула:

– Да, примерно через минуту я услышала машину. Вряд ли она была припаркована возле дома, потому что ее не было видно в окно. Скорее всего Эмили оставила ее чуть дальше, на подъездной дороге, но я определенно слышала гул мотора.