Лиз Лоулер – Не просыпайся (страница 33)
– С тех пор как мы вместе, я ни разу не взглянул на другую женщину!
– Я говорю о другом аспекте доверия.
– Ты подразумеваешь доверие того рода, когда можно говорить друг с другом обо всем?
– Верно.
– И сознавать, что ты будешь в безопасности, откровенно говоря с тем человеком?
– Да.
– Но, видимо, ты и так не вполне доверялась мне.
– Что ты имеешь в виду? – смущенно спросила Алекс.
– Ты ничего не говорила о том, что случилось в прошлом году. Почему же, Алекс, ты не рассказала мне этого? Неужели ты думала, что я не смогу понять тебя – или что не захочу продолжать общаться с тобой?
– Кто… кто рассказал тебе? – Губы Алекс задрожали, но ей удалось с трудом произнести эти несколько слов.
– Фиона. Она так переживала за тебя! Они все переживают. Даже Памела. Она говорит, что ты жутко нервничала в день ее свадьбы. Они все очень волнуются и не понимают, как помочь тебе.
Собравшись с духом, она умудрилась продолжить путь к кабинету Патрика. Точно слепая, машинально переставляя ноги, добралась до задней двери его дома.
– Алекс, позволь мне помочь тебе, – не отставал Патрик. – Давай разберемся во всем вместе.
Она остановилась около двери, осознав, что он стоит всего в шаге от нее.
– Спасибо, что позволил мне забрать мои вещи. А сейчас мне пора возвращаться на работу.
– Алекс, не уходи. Тебе не стоит работать в таком состоянии. Мы найдем врача, способного помочь тебе. Кэролайн предпочла бы, чтобы ты подлечилась, получив профессиональную помощь…
«Боже милостивый!» – подумала Алекс. С кем же еще он делился своими мыслями? Сколько еще людей теперь пытаются оценить ее психическое состояние? Она жутко разозлилась и поняла, что должна немедленно уйти, пока опять не сорвалась, еще больше дискредитировав себя.
– Я опаздываю, – произнесла она лишенным выражения голосом, – не провожай меня.
Патрик сделал последнюю попытку:
– Я буду готов помочь в любой момент, когда бы тебе ни понадобилась моя помощь. Пожалуйста, Алекс, помни об этом.
Спеша добраться до своей машины, она чуть ли не бегом промчалась обратно по грязной дорожке и трясущимися руками попыталась открыть дверцу со стороны водителя. Чтобы не загораживать путь машинам клиентов Патрика, Алекс припарковалась почти вплотную к живой изгороди и теперь, прижимаясь к ней спиной, промокла насквозь.
Наконец, в промокшей одежде, она плюхнулась на водительское место и, не включая двигатель, попыталась оценить обстановку. С ее волос опять капала вода, а дождевые струи барабанили по ветровому стеклу, лишая ее возможности видеть окружающий мир, что, возможно, было только к лучшему. Никто не слышал ее душераздирающих криков и не видел слез на ее лице, смешавшихся с каплями дождя.
Все они обсуждали ее, все думали, что она сошла с ума, и Алекс больше не могла выносить этого.
Глава 32
Совещание оказалось провальным от начала и до конца. Грегу так и хотелось свернуть шеи парочке своих коллег. Некоторые явились с опозданием, другие вообще не удосужились появиться, а те, кто пришел вовремя, не могли предложить ничего полезного. Все они беспокойно ерзали на своих стульях, ожидая разрешения разойтись. Но Тёрнер пока не мог выдать его.
– Итак, подытожим: Лилиан Армстронг умерла почти неделю назад, а мы еще не сумели выяснить, как она провела последние часы своей жизни, – сказал он. – Не сумели найти ни одного свидетеля. Не выяснили имени хотя бы одного из ее клиентов. И еще не смогли определить, какая машина стала причиной ее смерти.
В ответ сотрудники лишь вяло покачивали головами и пожимали плечами, и взбешенный Грег, неспособный больше терпеть это сонное равнодушие, встал и треснул кулаком по столу.
– Женщина мертва! Ей было всего тридцать четыре года! Не пора ли опомниться и осознать этот факт? Кто-то переехал ее и оставил умирать! Пошевелите наконец задницами и выясните хоть что-нибудь! Надо действовать с максимальной активностью! Поговорите опять с ее родственниками. С ее знакомыми. Разузнайте имена постоянных клиентов. Поговорите с их соседями. На ней были кожаные сапоги, красная мини-юбка, едва прикрывавшая задницу, ее сиськи буквально вываливались из выреза блузки. Кто-то должен был заметить ее. Черт побери, такую колоритную особу не назовешь незаметной серой мышкой!
Две дюжины полицейских в комнате удивленно подняли головы. Сэндвичи и булочки, стаканы с кофе и баночные напитки застыли, не донесенные до ртов. Подчиненные редко видели старшего следователя в такой ярости.
Грег действительно редко ругал своих сотрудников – в общем-то, часто и не требовалось, – но с начала этого расследования прошло уже шесть дней, и у него возникло отвратительное ощущение, что они работают спустя рукава, просто полагая, что смерть какой-то проститутки не заслуживает того, чтобы они трудились в полную силу.
В комнату проскользнул Питер Спенсер, который тихо направился к свободному стулу.
– Что это вы так припозднились? – сурово спросил его Тёрнер. – Мы как раз уже закончили совещание, и если у вас нет какого-то реального предложения, то ваше присутствие здесь не имеет смысла.
Спенсер постучал пальцем по плотному конверту. Он был не из тех служак, что любят морочить головы и стремятся выслужиться любой ценой.
– Ее переехали не в том гараже, где обнаружили. И попала она туда уже после наезда, – сообщил он.
– Это нам известно, Питер, – перебил криминалиста Грег. – Но как именно она туда попала… Дошла, доползла или ее там выбросили?
– Трудно сказать. Судя по тому, что мы нашли – или, вернее, чего не нашли, – мы имеем противоречивые данные, – ответил Спенсер.
Полицейские уже насторожились и сидели в напряженных позах. Всем им хотелось понять, к чему клонит их начальник.
– Дело вот в чем: нам известно, что машины с обеих сторон от места ее обнаружения простояли там целый день, – продолжил рассказывать Питер. – С левой стороны на ее куртке остались четкие следы протектора. Однако рядом нет никаких отпечатков – ни направленных к ней, ни удалявшихся от нее. Эти отпечатки есть только на ее груди, словно их там нарисовали. Во-вторых: следов крови вокруг также не обнаружено. Рана на ее руке сильно кровоточила, поэтому, если б ее тащили туда, остался бы кровавый след; однако кровь обнаружена только около ее тела, и поскольку вокруг нет никаких следов шин, мы приходим к заключению, что ее сбили в другом месте, а потом выбросили на том парковочном месте.
– А что, если ее привезли на мотоцикле? – внимательно выслушав Спенсера, спросил Тёрнер. – В тот гараж, я имею в виду.
– Но, Грег, куда же тогда подевались следы протекторов? Как я и говорил, ни к ней, ни от нее – никаких следов. Ее не могли сбить прямо в том гараже.
– Надо проверить следы протекторов машины Алекс Тейлор, не совпадут ли они с найденными отпечатками, – вдруг предложила Лора Бест, сидевшая в конце длинного стола.
У Грега перехватило дыхание.
– Вы полагаете, что это она переехала Лилиан Армстронг? – заставил он себя спросить.
– Может, и так, шеф. – Констебль с невинным видом пожала плечами. – Могла же она перевезти ее в то место после наезда, чтобы запутать нас… Ее машина в тот день как раз побывала в мойке, как мы заметили. Она могла переехать эту женщину, осознала, что остались улики, и вымыла машину.
– Тут понадобились бы стальные нервы, – сухо заметил Тёрнер.
– Она же знает, что остались кровавые улики, – упорно гнула свою линию Лора, – и, как врачу, ей, вероятно, известно о судебной медицине больше нашего. И вообще, почему бы просто не проверить, совпадают ли отпечатки шин ее «Мини» с теми, что обнаружены на куртке Лилиан Армстронг?
– Вес Лилиан Армстронг – почти восемьдесят килограммов, – произнес Грег тоном, в который умудрился вложить и удивление, и скептицизм, – а доктор Тейлор не тянет на Супервумен из комиксов. Вы надеетесь, что мы поверим, будто она переехала эту женщину, потом подняла ее и притащила на свое собственное парковочное место? А что потом? Укатила, чтобы помыть машину?
– Да, – самоуверенно заявила Лора. – Врачам и медсестрам известно, как можно легко перетащить тело. Они постоянно перетаскивают пациентов, используя простыни.
– Но как быть с риском того, что за это время жертву могут обнаружить? – спросил Тёрнер, поднявшись из-за стола и собираясь с мыслями. – Если только вы не предполагаете, что жертва была спрятана в багажнике, пока доктору Тейлор мыли машину. Правда, в таком случае эта женщина могла умереть. Она умерла бы еще до приезда «Скорой», и тогда на стену не попало бы никаких кровавых брызг.
– Я лишь говорю, что Тейлор могла сделать это. Переехать. Завернуть. Перетащить. И убрать защитное покрытие. Жертва потом теряет много крови и умирает. И у Тейлор остается два выбора. Либо оставить труп и быстро съездить вымыть машину, либо забрать его с собой. Но я ставлю на то, что она оставила труп. Может, даже хотела, чтобы его обнаружили в ее отсутствие, словно она тут и ни при чем. Но, как оказалось после ее возвращения, жертва по-прежнему лежала необнаруженной, поэтому доктору пришлось разыграть маленький спектакль.
– Но как же быть с временем смерти? – вставил Питер Спенсер. – Согласно парамедикам из прибывшей «неотложки», женщина умерла перед самым их приездом.
– Только потому, что так им сказала доктор Тейлор! – запальчиво воскликнула Бест. – Она же врач. И они с готовностью признали заявленное ею время смерти.