Лиз Лоулер – Не просыпайся (страница 23)
– Лилиан показывала мне фото, где они еще молоды. Такой чернокожий парень, но я ни разу не видеть его, и Лилиан говорит, что давно не видеть его. Он никогда не давать ей денег для детей. Она говорит, что он скрываться от ответственности.
Грег попробовал чай и дал ему высшую оценку по десятибалльной шкале. Идеальный, к тому же поданный в фарфоровой чашке. Чай в кружках никогда не бывает таким вкусным.
– Можно мне спросить вас о работе Лилиан?
– Конечно, – Йола пожала плечами, – она не скрывать то, чем занимается. Но она стать очень осторожна и в прошлом году менять работу. Она перестать предлагать секс.
Тёрнера удивила ее прямота, и он счел ее обнадеживающей.
– И почему вы думаете, что она перестала? Разве она больше не приводила в свою квартиру мужчин?
– Конечно, – ответила Баковски, опять пожав плечами на французский манер – выразительно склонив голову и живо подняв плечи и руки. – Но они приходить не ради секс. Лилиан прекратила секс. У нее появилась проблема с… забыть называние… она говорить мне так: «Йола, я… гм… я получить триппер». Какое-то время она не пользоваться презервативами, чтобы заработать больше денег, и заработала этот триппер. Поэтому и перестала это делать.
– А разве это не могло стать более серьезной причиной для пользования презервативом, если б она продолжила свое занятие?
Голова девушки медленно качнулась из стороны в сторону, и она встала, словно желая придать весомость своему возражению.
– Нет, она перестала заниматься сексом, потому как напугаться, когда это случиться с ней.
– Хорошо, хорошо, я вам верю, – спокойно ответил Грег. – Может, вы подскажете мне, почему, когда мы нашли ее, она была одета так, словно еще занималась своей старой работой?
– Не понимать, – сказала Йола, выглядя немного расстроенной. – Она всегда тщательно одеваться на работу… Черные брюки и черная блузка. Очень хорошо делать массаж и тоже нарядно одеваться, когда не работать, – джинсы, блузка, приличная куртка. Даже на старой работе она одеваться не особенно сексуально. Она заботится за своими детьми и радоваться, как мать, никогда не кричать на детей, никогда не бить их. По всему видно, они счастливы.
Задав еще несколько вопросов, полицейский встал и откланялся. Последний раз Баковски видела Лилиан за день до ее смерти, и она выглядела нормальной и довольной; радовалась, что забронировала отдых у моря на февральские каникулы… В Уэймуте, сообщила она Йоле, каникулы на морском курорте для нее и детей. Пусть это будет зимой, но они все равно при желании смогут построить снежные замки на берегу.
Спускаясь по лестнице на улицу и удаляясь от этого железобетонного дома, Грег все раздумывал о странном последнем выборе одежды умершей Лилиан Армстронг. Выбор был столь очевиден, словно она сидела под красным фонарем. Несмотря на утверждения Йолы о том, что она перестала торговать телом, Лилиан явно оделась с сексуальным деловым прицелом. Но кто на нее нацелился, вот в чем вопрос…
Глава 20
Небеса скрылись за мрачной облачной завесой, и на окна отдела уголовных расследований обрушился настоящий ливень. Повсюду горел свет, несмотря на десять часов утра. Шум дождя и сумрак за окнами погрузили участок в гнетущую атмосферу, а от стука клавиатур, трезвона мобильных и людской разноголосицы у Грега разболелась голова. Лора Бест опять вышла в дневную смену, и его раздражало уже одно ее присутствие, хотя она пока ни словом, ни делом не досадила ему.
Констебль занималась какими-то своими делами и уже около часа сосредоточенно работала за собственным столом. Тёрнера удивила такая усердность. Он глянул через ее плечо на экран компьютера.
– Зачем вы просматриваете эти материалы?
– Я хочу, чтобы вы прочитали их, – ответила Лора, повернув голову и пристально посмотрев на него, – а потом поговорить с вами кое о чем. Последние несколько дней я работаю над одной версией…
– А как продвигается порученное вам задание? Опрос знакомых Лилиан Армстронг о наиболее сомнительных из ее клиентов. Проверка наличия возможных постоянных заказчиков. Нам нужны контакты ее мобильного; возможно, у нее есть страничка в «Фейсбуке» или аккаунт в «Твиттере». Нам ничего не известно о том, что она делала незадолго до смерти, или, в первую очередь, как она попала в тот гараж. Именно над этим, Лора, вам следовало работать, а не выискивать какие-то болезни. Почему бы вам всерьез не заняться текущей работой?
Бест улыбнулась, ничуть не обеспокоившись недовольством шефа.
– А почему бы вам не выпить валерьянки? – парировала она. – Нарытые мной материалы могут стать ответом на ваши молитвы. Я провела небольшую проверочку доктора Тейлор, и она не так чиста, как представляется. Мне удалось побеседовать кое с кем из персонала больницы и выяснить, что, судя по слухам, пару недель назад она допустила ужасную ошибку, хотя это дело замяли. Одна медсестра сообщила мне, что, по ее мнению, доктор Тейлор собиралась дать больному убийственное лекарство… и устроила переполох по поводу того, что кто-то устроил путаницу. Очевидно, больной мог умереть, если б ему вкололи то лекарство. А другие полезные сведения я добыла у одной из ее близких подруг… Фионы Вудс. И ее слова дали мне пищу для размышлений. Она обмолвилась вскользь, сказала как-то печально, что «этого не должно было снова с ней случиться». И я попыталась разговорить ее, дав понять, что сочувствую.
Грег удивленно поднял бровь. Ему приходилось видеть в действии сочувствие Лоры Бест. Оно болезненно затронуло его самого.
– И тогда она заявила: «Я не имела в виду буквальное повторение. Просто я думала, что все уже давно позади», – продолжала тем временем констебль. – Вот я и думаю, что бы это могло значить?
Лицо ее расплылось в самодовольной улыбочке, и Тёрнер невольно представил, как она слизывает сливки с губ.
– Поэтому я собираюсь еще немного копнуть под нашу бедную мисс Тейлор, – добавила Лора.
– Но, между тем, чего ради вы вывели на экран все эти данные о синдроме Мюнхгаузена? – тем же недовольным тоном поинтересовался инспектор.
Ему не следовало бы защищать Алекс Тейлор, но он почувствовал, что придется. Просто вдруг осознал, что обязан защитить ее. Лора Бест взялась преследовать доктора, а он уже видел, как она умела уничтожать людей, будь то невинные жертвы или преступники. И для нее не имело значения, как долго она будет добиваться своего.
– Что ж, позвольте, я зачитаю вам, Грег, и тогда, возможно, вы перестанете попусту злиться, – предложила Бест.
Тёрнер слегка откатил в сторону офисное кресло Лоры и склонился ближе к экрану монитора.
– Нет, пожалуй, не стоит. Я сам прочту.
Он быстро просмотрел материал, где утверждалось, что синдром Мюнхгаузена – это психологическое расстройство, при котором человек симулирует симптомы болезни или намеренно наносит себе вред, провоцируя болезнь.
Тёрнер в недоумении посмотрел на Лору. Это был удар ниже пояса, даже для нее.
– Неужели вы всерьез думаете, что доктор Тейлор страдает синдромом Мюнхгаузена?
– Главное я приберегла напоследок, Грег, – заявила Бест с очередной самодовольной улыбочкой и, щелкнув мышкой, открыла новый документ. – Гораздо интереснее почитать про делегированный синдром Мюнхгаузена. Мне объяснить…
– Нет, мне известно, что бывают душевнобольные матери, способные причинять вред детям, – сухо и саркастически оборвал ее инспектор. – Но вы идете по ложному следу, эта болезнь к нашему делу никак не относится.
Лора вздохнула с таким видом, словно пыталась вразумить непослушного ребенка.
– Терпение, Грег, скоро все откроется. Болезнь распространяется не только на матерей, вызывающих болезни у своих детей. Ею порой страдают и профессионалы, чьим заботам вверены людские жизни: медсестры, врачи, любые медики, намеренно усугубляющие болезни пациентов с единственной целью… Им важно потом спасти этих пациентов, чтобы спасителей хвалили и уважали. Это еще называется: «Возомнить себя Богом».
Тёрнер почувствовал, как его обдало холодом. Ему не понравилось то, что накопала Лора. Однако эти данные вполне применимы к…
– Чепуха, – бросил он. – И если вы не укротите свои фантазии, вас привлекут за клевету.
– Да неужели? Нет, Грег, лично я думаю иначе.
– Послушайте, Алекс Тейлор сообщила нам о следах шины на жакете Лилиан Армстронг. И вы полагаете, что она поступила бы так, если б сама только что переехала эту женщину? Воспользовалась своей машиной, а потом указала нам на средство убийства?
– А кто говорил, что она использовала