Лиз Филдинг – Я выбираю тебя (страница 4)

Александер покачал головой:

– Немного. Я вернулся вчера поздно вечером. Ключ лежал под ковриком.

– Ключ? А я думала… – Она думала, что Риа сама ждала его на пороге с распростертыми объятиями. – Хотите сказать, что вы с ней не виделись?

Он покачал головой, и солнце, проникавшее в маленькое окошко над дверью, высветило золотистые прядки в его волосах.

– Но ведь вы с ней говорили? Что она вам сказала?

– После грозы связь то и дело прерывалась. На то, чтобы вернуться домой, у меня ушло три дня; когда я сюда попал, Риа и след простыл.

Три дня? Он пробыл в пути три дня? Интересно, где же он был до того? Надо думать, Риа ему в самом деле небезразлична, раз он преодолел такое расстояние, спеша ей на помощь! Салли отбросила неуместные мысли. Ее не интересует ни он сам, ни то, откуда он приехал.

– Куда? Куда она уехала?

– Понятия не имею.

– Кто-то ведь должен знать, где она, – возразила Салли. – Она не могла бросить кошек на произвол судьбы!

Он снова быстро улыбнулся.

– Артур и Гуиневир со всеми удобствами устроены у соседки; она считает, что Риа срочно уехала по семейным делам.

– Не знала, что у нее есть семья.

– Правда? – Судя выражению его лица, ему известно многое из того, что не знает она. – Риа уже не в первый раз так поступает.

– Вот как? – Новость ее совсем не обрадовала.

– В прошлом у нее уже было нечто подобное. Я-то надеялся, что жизнь ее чему-то научила. Я ей говорил, что она поступает нечестно по отношению к людям, которые на нее рассчитывают. К поставщикам, клиентам… – Наверное, сообразив, что его слова вызовут новые вопросы, он осекся. – Она знает, какие последствия ее ждут. Ей просто не хотелось при всем присутствовать.

– Вы уверены?

– Почему иначе она сбежала?

Салли покачала головой. Он прав. Другого объяснения нет.

– А пока отсюда ничего нельзя выносить до тех пор, пока я не произведу учет активов. – Словно желая подчеркнуть последние слова, он, наконец, отделился от двери и начал переставлять большие контейнеры с мороженым со стола в морозильную камеру.

– Погодите! Это не активы… – Салли схватила контейнер с крошечными шоколадными кексами с начинкой из малинового фруктового льда. – Они мои. Говорю вам, я за них уже заплатила.

– Как? Чеком, кредитной картой? Я связался с банком; Риа несколько недель ничего не переводила на счет.

Салли зажмурилась. Ему известно состояние счета Риа? Такое возможно, только если у них общий счет. А может быть, Риа выдала ему доверенность действовать от ее имени? Салли не стала спрашивать. Он все равно не скажет, и потом, у нее сейчас хватает своих забот.

– Нет, я не выписывала чек, – ответила она. – Кто в наши дни носит с собой чековую книжку?

Он молчал.

– Я… м-м-м… дала ей… – Она замялась, понимая, как глупо сейчас выглядит.

– Только не говорите, что заплатили наличными, – встревожился Александер Уэст.

Салли действительно отступила от строжайших правил… Правда, ей пришлось действовать в необычных обстоятельствах. Пожав плечами, она криво улыбнулась:

– Если настаиваете, я так не скажу, но тогда я уклонюсь от истины.

– В таком случае, – без улыбки ответил он, – надеюсь, что квитанцию вы положили в надежное место.

Салли напрасно надеялась, что он забыл о квитанции.

Сообразительная, деловитая… Она неудачница!

Глава 3

Продукты питания делятся на четыре основные группы. Вы найдете их все в «Радужной радости».

– Пришлось спешить. Дело было срочное.

Салли понимала, что спешка – не оправдание, но ничего не поделаешь…

– Я разрешила ей выписать квитанцию потом, после того, как я заберу заказ.

Он ничего не сказал – он явно был не из тех, кто привык сдерживаться, но едва заметно поднял брови, давая понять, что он, несомненно, именно так и подумал.

– Не смотрите на меня так!

«Нет, нет, нет! Соберись! Ты профессионал, а он…» Она не знала, кто он. Ясно одно: он стал для нее источником огромных неприятностей.

– Я заехала, чтобы передать Риа, что контракт с «Джефферсон спортс» подписан, – продолжала она, желая доказать, что она не такая идиотка, за которую он ее, очевидно, принимает. Вот уже дважды он одерживает над ней верх, хотя даже не спросил, как ее зовут… – Мы с ней обсуждали сорта, заказанные клиентом, но вдруг позвонил мой шурин и сказал, что сестру срочно отвезли в больницу. – Его лицо оставалось непроницаемым. – Перед моим уходом Риа попросила немного наличных вперед. Заказ очень крупный…

– Очень крупный? Сколько же мороженого вы заказали? – он впервые повысил голос. Салли вздохнула. Ясно! Наверное, деньги – единственное, что его волнует. Чему тут удивляться?

– Много, но дело не только в количестве, – ответила она. – Дело в качестве. Это не обычные сор та, какими торгуют в «Радужной радости», хотя и там все вкусное. – Добившись наконец его внимания, она не собиралась упускать удачную возможность. – И совсем не такие сорта, которые мы продаем в рожках из фургона.

– Вы торгуете мороженым вразнос?

Ну вот, теперь он подумает, что она торгует мороженым с лотка на улице.

– Нет. У нас винтажный фургон для мороженого «Роузи». Его здесь все знают, потому что его регулярно показывают в сериале… – Вот так, Александер Уэст! Не все же тебе открытки посылать!

– А почему «Роузи»?

– Потому что фургон розовый.

Александер Уэст покачал головой и только что не закатил глаза. Нечего сказать, произвела впечатление.

– Мороженое, которое мы заказываем у Риа, предназначено для взрослых, – продолжала Салли, решив убедить его, что она – не какая-нибудь пустышка, которая возглавляет мелкую фирмочку-однодневку. – Для него нужны дорогие ингредиенты. Органические фрукты. Ликеры.

– И шампанское.

– И шампанское, – кивнула она. – Причем не какая-нибудь дешевка, а настоящее. Большие затраты, особенно в трудных обстоятельствах.

– И что? У вас проблемы с дебетовой карточкой?

– Нет. Просто у Риа не работал сканер, а так как ждать я не могла, то просто сняла деньги в банкомате.

– В самом деле? – Судя по выражению его лица, она могла попрощаться со своими деньгами.

Салли негромко выругалась. Он прав. Она полная идиотка. Даже ее мягкосердечная сестрица Эль не попалась бы в ловушку. Но ведь речь шла о Риа! И пусть Риа безалаберная, она такая теплая, такая любящая. Она так похожа на ее мать. Вплоть до того, что тоже выбирает неподходящих мужчин.

– Как ваша сестра? – вдруг спросил он, не дав ей открыть рот. – Вы сказали, ее срочно отвезли в больницу. У нее что-то серьезное?

– Что? – Салли зажмурилась. Разве она не сказала? Видимо, нет. Что ж, он всего лишь проявил вежливость. А может, надеется таким образом загладить ее глупость? Скорее всего, последнее… – Неизлечимое, – ответила она, просто чтобы увидеть изумление у него на лице, сменившее типично мужское высокомерие. Попался! – Ее отвезли в роддом.

Она родила девочку, Фенни-Луизу, семь фунтов, шесть унций… едва ли не на крыльце больницы. Это у нее третий ребенок. – Она протянула руку. – Мис тер Уэст, я знаю, кто вы, но вы меня не знаете. Пора представиться: Сальвия Эймери. Главный исполнительный директор «Сладкого шарика».

Ее рука, лежавшая на контейнере с мороженым, была холодной как лед; но, когда он пожал ей руку, жар от его ладони спиралью разлился от кончиков пальцев к плечу, проник в самые отдаленные уголки ее тела. Он что, излучает электричество?

– «Сладкого шарика»? – Он снова удивленно поднял брови.

– Мы поставляем мороженое на разные мероприятия. Свадьбы, приемы, вечеринки… Сегодняшний заказ предназначен для приема, который фирма «Джефферсон спортс» устраивает в «Крэнбрук-Парке». Приглашены знаменитости и репортеры из глянцевых журналов. Они представляют новую коллекцию одежды для тенниса. По такому случаю усадьбу отреставрировали, – продолжала она. – Там теперь отель и конференц-центр.

– «Джефферсон спортс»?

– Крупная местная компания. Они производят спортивную одежду и инвентарь класса люкс, туристическое снаряжение…

– Я знаю, чем они занимаются.