Лия Совушкина – Сказание о Черной Императрице (страница 7)

– Прошу прощения, господин, – прошелестела Мэйли, испуганная его незаметным приближением. – Я случайно забрела сюда и увидела, как тренируются другие. В моих мыслях не было ничего дурного, клянусь своей ци.

– Да ладно тебе, я же пошутил, – весело отмахнулся незнакомец. Он поднял лису, аккуратно придерживая за плечи, и улыбнулся. – Меня зовут Ан Чуан, я павший дух родника.

– Я демон-лиса, Сюй Мэйли, – представилась девушка, чувствуя, что от парня не стоит ждать зла. Это чувство зародилось внутри из ниоткуда, и Мэйли решила довериться ему.

– Так, значит, ты новенькая ученица госпожи Хуа, – присвистнул демон, окидывая взглядом фигуру девушки. Он потёр пальцами небольшую щетину на подбородке и сказал: – Неудивительно, что ты такая красавица.

– Отчего все знают, что я обучаюсь у наставницы? – глухо спросила Мэйли, нахмурив брови. Её действительно это очень беспокоило, ведь каждый встреченный ею демон знал о ней.

– Так все лисы опекаются ею, – пожимая плечами, легко сказал Ан Чуан. – Она старейшая лиса во всех пяти мирах, если мне не изменяет память.

– Правда? Я никогда прежде не слышала о ней, – потрясённо выдохнула Мэйли, поражаясь, насколько же она невежественна.

– Из какой дыры ты появилась? – удивлённо пробормотал парень, но уже мягче сказал: – Госпожа не любит, когда вспоминают про её возраст. Она почти ровесница нашего Владыки.

– Ох, тогда мне не стоит гневить её, расспрашивая, – побледнела демонесса, которая только подумала об историях, которые может поведать наставница.

– Ну, если хочешь отправиться на Тропу Души, то можешь спросить, – улыбаясь, произнёс Ан Чуан. – Хочешь, познакомлю с остальными? Они славные парни.

– Нет, благодарю, – сразу отказалась девушка, махая руками. Ещё чего не хватало, для неё и так слишком много знакомств на один день.

– Как знаешь, – пожал плечами демон и махнул рукой на прощание: – Мне пора возвращаться на тренировку, если что, приходи. Мы тут почти каждый день.

– Хорошо, увидимся, – слегка улыбнулась Мэйли. Может, когда-нибудь она вновь придёт на плац.

Девушка побрела в обратную сторону. К сожалению, она не помнила, как пришла к тренировочному плацу. Её гнал страх, посеянный Владыкой воронов, и от этого лиса ничего не замечала вокруг. Теперь же перед демонессой раскрывались бамбуковые заросли вдоль тропы. Они поднимались высоко к небесам, подпирая их, и едва заметно колыхались на ветру. Красиво. Казалось, Мэйли перенеслась в далёкий лес где-то на просторах Срединного мира. Грустно улыбаясь, она шла, прикасаясь пальцами к стволам бамбука. Интересно, много ли таких рощ в мире людей? Её родной лес пах хвоей, высокие сосны насчитывали столетия жизни, а земля пропиталась ароматом зимы.

Мэйли уже не терпелось вернуться в Срединный мир, ведь отныне она сможет не только сидеть в лесу Скорбящих птиц. Перед ней открыты все дороги и города, она сможет увидеть большую воду и горы Тяньлонг. Душа трепетала от волнения, стоило лишь на мгновение помыслить о предстоящей жизни. Вкусные люди, населяющие Срединный мир, так и манили вцепиться в их податливые тела. Она слышала, что их печень обладает невероятной мощью и силой, если съесть её – ци моментально возрастёт. Демонессе не терпелось узнать, правда ли это. «Однако нужно завершить обучение» – вздохнула девушка, печально опуская плечи. А это долгий процесс, не слишком интересный и приятный.

Вернувшись в свою комнату, Мэйли увидела на пороге стопку листов и кисть с тушью. Видимо, приходила наставница и оставила, больше некому. Подхватив подарок, девушка вошла в комнату и зажгла свечу. Не так давно лиса узнала, что так называют палочки с огоньками, похожими на костёр, которые люди используют для освещения домов. Сев за низкий столик, она разложила бумагу и обмакнула кончик кисти в чёрную тушь. Спать не хотелось, а значит, можно потратить время на отработку письма. Кривые линии уверенно ложились на пергамент, постепенно заполняя собой весь лист. Сложно, Мэйли каждый мазок старалась сделать аккуратнее, однако получалось с трудом. Как люди овладевают этим мастерством и не сходят с ума?

Неожиданно для себя лиса решила попробовать нарисовать бамбук, увиденный по пути назад. Она, боясь испортить чистый лист, сделала быстрый мазок, резко оторвавшийся на трети. Прикусив губу, Мэйли зажмурилась и обмакнула кисть в тушь. Казалось, девушка не рисует, а испытывает себя. Бамбуковые стволы появлялись на бумаге подобно настоящим, с крохотными листьями и полосами. Вскоре перед лисой предстал настоящий лес, пусть несколько ошибок и были, однако для первого раза получилось великолепно. Пискнув от удовольствия, демонесса схватила новый лист и принялась писать новую картину.

К приходу наставницы Хуа у Мэйли появились круги под глазами и стопка исписанных листов. Она нарисовала лес, цветы, увиденные во сне, и попыталась воссоздать ночное небо над Аметистовый дворцом. Также несколько листов были исписаны её именем, наглядно демонстрируя улучшения в каллиграфии. Когда Хуа Айминь вошла в комнату девушки, она замерла на пороге, не веря своим глазам. Сгорбившись, лиса сидела за столом и что-то сосредоточенно писала. Она даже не оторвалась от своего занятия, когда в комнату скользнул холодный ветер. Лишь передёрнула плечами да сдула упавшую на глаза прядь волос.

– Ученица Сюй, ты совсем не ложилась спать? – громко спросила Хуа Айминь, трогая девушку за плечо. Та вздрогнула и подняла голову.

– Простите, наставница Хуа, я слишком увлеклась, – с трудом подавляя зевок, произнесла Мэйли. Она с гордостью достала картины, демонстрируя их наставнице. – Смотрите, у меня хорошо получилось?

– Очень впечатляет, – рассматривая листы, протянула Хуа Айминь. Женщина с неожиданной теплотой взглянула на Мэйли и сказала: – У тебя настоящий талант, маленькая лисичка.

Глава 7

Мэйли застенчиво улыбнулась, кончики её ушей загорелись подобно небесным фонарикам. Похвала тёплым пологом укутала плечи девушки, что никогда не слышала подобного. Первым порывом демонессы было обнять старую лисицу, однако за такое можно лишиться не только пропавшего хвоста, но и жизни. Поэтому она просто улыбнулась и сжала в руке кисточку: талант – это прекрасно. Особенно если его развивать, тем более писать картины оказалось интересно. Это настоящий отдых, ранее незнакомый и оттого необычный. Мэйли даже не заметила, как пролетела ночь. Она словно промелькнула, не оставляя после себя и толики воспоминаний, лишь стопка исписанных листов служила доказательством прошедшего времени.

Следующая неделя почти пронеслась, Мэйли даже не успела оглянуться и осознать это. Она, как прилежная ученица, ходила на занятия, что отнимали всё свободное время. Хуа Айминь без конца требовала отрабатывать письмо и каллиграфию, отчего на нежных руках лисы появились мозоли. Кисть почти срослась с её пальцами, однако это принесло плоды. Иероглифы получались идеальными, чистыми и изящными. Картины, которые наставница позволяла девушке писать в перерывах между занятиями, тоже обретали собственный узнаваемый стиль. Обучение, как любила признавать Мэйли, пошло ей на пользу. Хоть она и уставала как никогда прежде, даже во времена бесконечных охот.

Стоило Мэйли в полной мере овладеть кистью, как наставница взялась за музицирование. Она принесла странный деревянный короб с шёлковыми нитями. Округлый верх, длинный корпус и квадратный низ – необычный предмет с непонятным предназначением. Лиса склонила голову к плечу, рассматривая диковинку в руках Хуа Айминь. Та, само собой, перед занятием предупредила, что пора переходить на следующий этап обучения. Однако девушка никак не могла сообразить, как же этот неизвестный предмет ей поможет приводить смертных на жертвенный алтарь. Неужели в этом есть тайный смысл?

– С сегодняшнего дня мы приступаем к изучению гуциня, – с нежностью произнесла наставница Хуа, поглаживая шёлковые нити. Она осторожно села и поставила короб себе на колени. – Уже многие столетия смертные почитают этот инструмент, дарующий невероятное умиротворение. Музыка, создаваемая им, очаровывает всех. Даже мы, демоны, поддались любви к сему удивительному творению. Мелодии гуциня ласкают слух, перенося в самые желанные фантазии.

– Но как из этого странного предмета может доноситься музыка? – недоверчиво спросила Мэйли. Она прежде считала, что лишь природа способна создавать музыку. Мелодия дождя, пение птиц и шелест листьев – вот её привычная услада для ушей.

Наставница слабо усмехнулась и прикрыла глаза. Её пальцы пробежалась по нитям, зажимая в определённых точках. Она пощипывала струны, отчего вокруг разнеслась тихая мелодия. Гуцинь плакал, рассказывая неведомую историю, что даже без слов царапала сердце. Мэйли заворожённо смотрела на Хуа Айминь, не веря собственным ушам. Сказочно прекрасно, люди в который раз поразили демонессу. Как, вот как эти слабые создания способны создавать настолько удивительные вещи? Мелодия гуцинь скользила по комнате, то нарастая, то стихая едва ли не до тишины.

Незаметно, словно сами по себе, по щекам молодой лисы потекли слёзы. Она смахнула их, небрежно прикасаясь к коже. Её поглотила неизвестная и манящая мелодия, проникающая прямиком в сердце. В груди защемило, когда наставница резко оборвала свою игру. Судорожно вздохнув, Мэйли проглотила стон разочарования. Как жаль, что всё закончилось. Только после оглушающей тишины, что обрушилась на неё, девушка осознала, насколько выпала из реальности. Её покрасневшие щёки блестели из-за дорожек слёз, чёрные глаза сверкали, а с ресниц срывались новые слезинки. Мелодия пробрала до самой души, хоть и не имела слов. Хуа Айминь аккуратно отложила инструмент в сторону и грациозно поднялась.