Лия Шах – Ватарион. Книга 2. Маскарад Хаоса (страница 40)

Наверное, во мне есть что-то еще помимо души и разума, потому что когда они единогласно простили герцога и были готовы назвать его снова отцом, в глазах появились злые слезы, а голос зазвенел льдом от ярости:

- А ведь ты лжешь. Умело, ловко, хладнокровно. Если все так, как ты сказал, что стоило тебе по-человечески сказать, что я должна уехать и все в тайне сохранить? Не идиотка, поняла бы. Но нет. Меня убить ты собирался и был готов пустить стрелу. Дорин ничего тебе не рассказывал, ты все придумал. И маркизе на меня давно плевать, едва ли не с рождения. Все дело в бумагах? Конечно, в них. Ведь ты боишься меня. Вот только я не по твою душу в Таанах приехала, мне вообще до Ферании дела нет. Просто... уйди.

- Это не ложь. - упрямо стоял на своем лорд Альмин. Без труда преодолев сопротивление, он привлек меня к себе и крепко обнял. С широко распахнутыми глазами я застыла, готовая в любой миг развеять пеплом этого мужчину, но куда больше усилий пришлось приложить, чтобы ударить по рукам той маленькой девочке, которая хотела обнять папу в ответ. Он нам не папа, Хель. Он - враг. - Я признаю свою ошибку, дочка. Я был не прав, когда решил, что ты понять меня не сможешь. Тысячу раз себя корил за неверный выбор, но я не жалею. Видит Единый, Хель, я не жалею! Потому что так ты смогла остаться в живых. Пусть и таким жестоким способом, но я смог защитить свою дочь. Умоляю, услышь меня, Хелира! Просто представь себя на моем месте. Да неужели ты понять меня не можешь?! Неужто в твоем сердце для меня совсем не осталось места?!

- Я не...

- Не руби с плеча, пожалуйста. - перебив меня, сбивчиво заговорил мужчина. Он крепче сжал меня, чтоб не вырывалась. Но я и не пыталась... - Прошу, подумай. Я уйду, скоро уйду. Я вижу, что сейчас меня простить ты не готова, я не тороплю. У нас еще есть время, дочка. Дай мне шанс, и ты увидишь, что все, что между нами встало - лишь частокол из недомолвок и проблем. Но мы же... Мы семья, и должны поддерживать друг друга. Послезавтра состоится свадьба, и там мы встретимся. Позволь сопровождать тебя, Хелира. Позволь быть рядом как отцу.

- Темнеет. - тихо сказала я.

Намек был полностью прозрачен. Смятение не позволяло дать какой-нибудь ответ, а потому он должен был уйти. Разжав объятия, герцог отошел от меня и отвел в сторону печальный взгляд. Ему и правда грустно? Должна ли я поверить в это все? Но если это ложь, то... для чего? Бумаги он забрать не попытался, на подмене настаивать не стал, тогда чего он хочет?

Потерев лицо руками, герцог развернулся и быстро покинул кабинет. Я осталась стоять посреди комнаты в растрепанных чувствах, сжимая помятый свиток в холодной ладони. И что мне теперь делать? Как правильно будет поступить? В конце концов, как понять, чего я сама хочу? Ответа на этот вопрос у меня, увы, не было. Подойдя к креслу на негнущихся ногах, я осела. Взгляд упал на ящики с бумагами, а я поняла, что дальше их просматривать нет никакого желания. Есть там что-то или нет, мне это стало безразлично. Неделя осталась, а потом я вернусь домой в Адертан и больше здесь не появлюсь. Не скоро точно.

- Ваша Светлость? - постучавшись, осторожно открыла дверь Нея. - Простите, что отвлекаю. Вы выйдете к ужину?

Ужин? При слове ужин меня немного затошнило.

- Нет. Пусть начинают без меня. - отвернулась я, устремив невидящий взор в окно. Мне о многом нужно подумать, но думать я сейчас хочу меньше всего. Как и разговаривать.

- Слушаюсь. Тогда я принесу вам горячего молока. - едва слышно отозвалась камеристка, тихо прикрывая за собой дверь.

Поразительная услужливость. Обычно она не проявляла такой заботы. Свет полумесяца серебрил верхушки облаков, и ветер стремительно уносил их в даль. Пора признать, что к восемнадцати годам я научилась править и сражаться, но науку чтения душ так и не постигла. Лжец из меня тоже весьма посредственный, а потому раскусить обман других довольно сложно. В голову пришла мысль, что стоило позвать на этот разговор Эстара. Уж он-то сразу бы сказал мне, лукавит герцог или нет.

Допустим, он не врал. Если все было так, как он сказал, то, скрепя сердце, можно попытаться его понять. А от понимания рукой подать до прощения. Но что ему это даст? Наши интересы в политическом и экономическом плане не пересекаются. У каждого своя вотчина, где мы правим безраздельно. Я - не Великая герцогиня, и над ним не стою. Не королева. Ему мое хорошее отношение ни в чем не поможет.

Допустим, он соврал. И что ему с этого? Он ни о чем не попросил, а значит, выгоду не преследует. Ни о чем, кроме... Сопровождение? Просто стоять рядом во время свадьбы? Но в этом тоже нет выгоды.

Боюсь, пора признать, что я запуталась. Застарелая ненависть и обида - не то, с чем можно расстаться после пары слов. Да и нужно ли? Взгляд снова устремился в сторону поместья, что отлично просматривалось из окна. Похоже, что этот лорд живет один, потому что никаких слуг я все еще там не заметила. Он отошел от края террасы и сел в кресло. Бокал был отставлен в сторону, а в руки легла... скрипка? До меня донеслись первые звуки мелодии. Ничего необычного, просто "Ария полной луны". Классика, известная многим.

- Госпожа? - вошла в кабинет Нея с подносом в руках. На подносе стояла чаша с разогретым молоком. Девушка вошла и поставила напиток на стол.

Вот только мне сейчас хотелось совсем не молока.

- Нея... Принеси бутылку вина. Красного. И два бокала. - попросила я.

- Два? Ммм... Мне кого-нибудь позвать? - тихо спросила девушка, всматриваясь в мое лицо.

- Нет.

Кивнув, камеристка вышла, унося с собой чашу.

Иногда в жизни случаются ситуации, когда мнение интуиции расходится с доводами разума и сердца. В момент слабости мы принимаем порой самые неожиданные решения. Некоторые из них имеют долгоиграющие последствия, порой не самые приятные. А иногда они помогают. Но любое из этих решений имеет под собой всегда одну и ту же цель - найти успокоение для разума и сердца. Потому что иногда лучшим выбором будет - не делать ничего. Так бывает, что в проблемных ситуациях нет верного выхода. Любое действие будет ошибочным. И тогда лучше всего сделать шаг назад и посмотреть на небо.

Служанка принесла бутылку и бокалы, стала задавать какие-то вопросы, на которые я просто махнула рукой. Я не хочу сейчас разговаривать. Было совершенно очевидно, что в этом доме мне не дадут просто побыть одной. Но одной можно побыть по-разному. Я не знала, что из всего этого выйдет, но, прихватив вино и бокалы, тихо покинула поместье.

Как я себе вообще все это представляла? Стоя перед дверью дома Сина, я смотрела на нее и не понимала, почему ноги принесли меня сюда. Скрипки уже не было слышно, а я все еще стояла. Сколько времени прошло? Минута? Две? Вряд ли больше. Нужно было хотя бы постучать, но я просто стояла. Посреди зимы в одном легком платье с бутылкой вина и четким пониманием, что я хочу войти.

Внезапно дверь распахнулась, являя взору хозяина поместья. Син был гораздо выше меня, поэтому пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Впервые вижу такие светлые глаза. Будто расплавленное серебро или ядовитая ртуть. Черная бровь изогнулась, а пробирающий до мурашек взгляд медленно прошелся по моей фигуре, замерев на сжимающих бутылку руках.

Я думала, сейчас начнутся вопросы, вполне логичные в нашей ситуации, но таанахский изгой лишь усмехнулся и сделал шаг в сторону, пропуская меня внутрь. Вот так. Без вопросов. Без приветствий. Даже не представившись. Я перешагнула порог, и дверь за моей спиной захлопнулась.

Терраса располагалась на третьем этаже, а в поле зрения попала лестница, ведущая наверх. Не дожидаясь Сина, я пошла туда. Взгляду предстали пустые пыльные коридоры. Выцветшие от времени гобелены висели на стенах, создавая ощущение заброшенности. На окнах не висели занавеси, свободно пропуская лунный свет. Здесь не было свечей и факелов, комната утопала в полутьме, но очертаний было достаточно, чтобы видеть, куда иду.

Рукой с бокалами придерживая юбку, я поднималась по ступеням, а позади молча шел герцог без герцогства. В конце коридора третьего этажа виднелась луна сквозь открытую дверь на террасу, туда я и пошла. А ведь он действительно живет здесь один. Терраса была усыпана опавшими с осени листьями и кое-где снегом. У стены стоял стол и пара кресел, будто у хозяина поместья бывают гости. Что ж... сегодня гости есть.

Усевшись в кресло, поставила бокалы на стол, а бутылку протянула мужчине. Откроешь?

Без слов забрав вино, Син вытащил из-за пояса длинный узкий кинжал и поддел пробку. С тихим хлопком откупорив бутылку, он разлил рубиновую жидкость по бокалам и поставил бутылку на стол. Кинжал лег рядом, хищно сверкнув отполированной сталью в лунном свете. Очередной слабый порыв ветра зашуршал сухой листвой, а мужчина вдруг начал расстегивать камзол, стоя передо мной и глядя сверху вниз. Мне вдруг подумалось, что сейчас его глаза и луна были одного цвета, а Син стянул с себя камзол, наклонился и накинул его мне на плечи, оставшись в черной рубашке, перехваченной кожаными ремнями. К ремням крепились другие кинжалы и оружие, о названии которого я даже не догадываюсь. Похоже, ему тоже очень уютно дома, раз он не расстается со всеми этими железяками даже ночью. Что, быть в опале у короля совсем не весело, лорд?