Лия Седая – Мой наглый гад (страница 5)
А то так проснусь утром, а я уже женатый. Пока в мои планы такая хреновня не входила, я еще не нагулялся. Даже старший брат только-только собрался вроде как, а ему тридцатник.
Куда уж мне?
Я вообще планировал просто потрахаться, если честно. Небольшой городок, частный сектор, лето, красивая женщина под боком. Ретрит, бляха!
Выходные как надо.
– С ума сошла, женщина? – я отшвырнул сигарету в сторону, шагая внутрь бани.
Выхватил у нее из рук таз с мыльной и цветной водой. Сам вылил его под полок, на широкие щели между досками, чтобы стекло.
– Чего? – не поняла Алиса.
– Тяжелое же, – я со звонком опять поставил таз на скамейку. Подхватил ковшик, черпая чистую воду. – Ты же тощая как тростинка, переломишься, я виноват останусь.
Она иронично хмыкнула, но отвечать не стала.
Посмотрела только так ехидно, что у меня опять в джинсах все напряглось.
Лиса, твою мать!
– Хватит! – она накрыла ладошками поверхность воды, будто пыталась прикрыть ее от поступления новой. – Куда столько?
– Так я же не знаю, сколько надо, а ты молчишь.
Она возмущенно сдула с чуть вспотевшего лба несколько волосинок. Ну, матерь вашу, ну какая ж милота, я не могу!
Ты губы почаще вот так дуй, я в слюнтяя превращусь рядом с тобой.
– Яромир, идите лучше курить!
Я заржал. Не, посылать не умеет точно. Но рядом со мной научится. Я буду учить свою ромашку плохо-ому! Я бы прямо сейчас начал, но она же не дает.
А когда мне не дают, я начинаю искать варианты.
И нахожу.
Я с предвкушающей улыбкой достал еще одну сигарету, а Алиса начала полоскать футболку. Тонкими, будто слабыми от природы руками. И меня это тоже взбесило. Гадство, а как она зимой тут живет, в частном доме одна?
– Ты всегда тут стираешь? – веселье куда-то пропало резко.
– Нет, – зеленый взгляд на меня даже не поднялся. – У меня машинка в доме стоит.
Вот же...
Лиса!
– Зайка, мне, конечно, приятно, что моей футболке столько внимания, но нахрена руки-то стирать? Закинула бы в стиралку и все.
– А так вы быстрее уедете.
– Язва, – я только цыкнул в ответ. – Может, уже перестанешь меня на вы звать?
– Я воспитанная, Яромир, – Алиса вытащила футболку из воды и растянула перед собой. – В отличие от вас, похоже. Ваша футболка!
Она протянула мне комок белой ткани, который еще полчаса был шикарной поло из последней коллекции.
Зеленые глаза прищурились хитро:
– Счастливого пути!
Глава 5. Алиса
Я забросила в рот малинку и раздавила ее языком.
Ммм, какой аромат...
И закат такой чудесный. Заходящее солнце раскрашивало и без того разноцветные крыши домов на соседней улице в еще более яркие оттенки. Рай для глаз художника.
Переливы, отсветы.
Игра бликов, света и теней. Мой преподаватель в академии всегда советовала наблюдать за природой. В ней ответы на все вопросы, в ней гармония и покой. Я слопала еще несколько ягод.
Даже малина идеальна.
А вот у меня на душе паршиво так, что сладость ягоды почти и не чувствуется. В жизни тоже как будто бы все идеально. Футболочку я постирала, она стала чистой. И этот наглец ее забрал с каменным лицом.
Сказал спасибо даже!
Поднял столб пыли своим черным броневиком и умчался в даль улицы.
Добилась? Добилась.
Я мрачно разжевала последнюю ягоду. Я же упрямая, это хорошее качество, ага. Прекрасно все. Мне с гадами и наглецами не по пути. Я отставила чашку и вздохнула.
– Алисочка! – за забором показался платочек баб Кати. – Алиса, девочка, ты дома?
– Иду, – я вздохнула еще тяжелее.
Общаться с соседкой сейчас не очень хотелось, но притворяться, что я ее не слышу я не стану.
– Ой, Алисочка! – бабуля, с которой я дружила, в общем-то, расплылась в улыбке. – А что, твой молодой человек уехал уже? Я глянула, машины нет...
– Он не мой молодой человек, баб Катя, – отрезала я.
С-соседи...
Любименькие мои. Все-то они увидят и обо всем в курсе.
– Да? – расстроилась старушка. – Жалко. Красивый такой, внимательный. Мы с ним поговорили так хорошо, знаешь. Он спрашивал, что ты любишь.
На ее хитренькую улыбочку мне захотелось снова вздохнуть.
Так вот кто ему растрепал, что я художник. А я-то думала, откуда он узнал, карандаши эти приволок. А это вот кто, понятненько теперь.
Сводня у меня за забором образовалась неожиданно.
– Он не хороший, – отрезала я. – Он плохой, баб Катя.
– Да ты что?!
– Ага, – я оперлась о забор между нашими участками и серьезно на нее посмотрела. – Он, знаете, кто?
– Кто??
– Из этих, – я пощелкала пальцами, вспоминая слово. – Которые женщин обманывают и пользуются ими. Брачный аферист, вот! Втирается в доверие, а потом оп! И дом уже на него переписан, а ты на улице без гроша, представляете?
– Алиса, что ты говоришь! – баб Катя в ужасе даже креститься начала.
– Правду. Спокойной ночи, баб Кать! – я оттолкнулась от забора, разворачиваясь. – Устала я сегодня, а завтра работать с утра, опаздываю с заказом.
– Конечно, спи, детка, спи!
Я улыбнулась мрачненько.
Вот так вот. Нечего кому попало рассказывать все обо мне. В конце концов, в наше время это, действительно, небезопасно. Ладно Яромир, а если бы это кто-то другой был?
Я подхватила чашку из-под малины на крыльце и распахнула дверь в дом.