Лия Рой – Ребенок от бывшего мужа (страница 29)

– Ой, все, – выдал коронную фразу Макс, опуская голову мне на грудь.

– Долго отлеживаться не получится, – усмехнулась я. – У нас ужин, потом надо будет забрать Матвея у твоей мамы.

– Дед опять выдаст дичь, вот увидишь, – буркнул Макс, нехотя отрываясь от меня и садясь на кровати. Маленькая фиеста подошла к своему концу.

– Что бы он не выдал, мы должны там быть. Не просто так он всех созывает.

– Дичь будет, дичь, как пить дать, – помотал головой Орлов, поднимаясь с кровати.

– Давай собираться.

Что-то мне подсказывало, что муж прав и дед опять выдаст что-то из ряда вон выходящее, но, тем не менее, показывать Максиму свое волнение я не хотела. Оно ему было не нужно, наоборот, я решила его поддержать и успокоить ровно настолько, насколько могла.

Однако исходя из опыта прошлых вот таких вот собраний, я приходила к выводу, что сегодня нас снова огорошат. Вот только чем?

К чему нам следовало готовиться?

К чему-то хорошему или чему-то плохому? Что на сей раз пришло в голову Павлу Лаврентьевичу? Старик был непредсказуем и мог выкинуть, что угодно, но, если смотреть в целом, действовал он на благо своих внуков.

Кто бы и что не говорил, а ему удалось их более или менее примирить друг с другом, а также заставить взять ответственность за своих детей. Это был уже большой прогресс. И Макс, и Миша, и даже Мир выросли в моих, и, наверное, дедовских глазах тоже. И все это за считанные месяцы.

– Ладно, идем, – Макс подал мне руку, помогая сползти с разворошенной кровати. – Неважно, что он задумал, нам все равно нужно будет его выслушать.

– Это точно, – я кивнула и улыбнулась, обнимая супруга. – Все будет хорошо. Верь мне.

– Откуда ты знаешь?

– Просто чувствую.

– Ну, раз чувствуешь, значит, так и будет.

Павел Лаврентьевич встретил нас с улыбкой, восседая на почетном месте во главе стола. Обеденный зал оказался украшен так, будто мы ожидали в гости саму королеву.

Когда мы с Максом вошли внутрь, все уже были на месте.

– Я очень рад видеть вас здесь вместе, мои дорогие, – начал торжественную речь старший Орлов. – Как вы знаете, нам всем это стоило больших усилий. Семья – это ведь не просто дом или фамилия, это даже не общая кровь, это единение духа, мысли. Собрать вас воедино было для меня сложной, если не сказать, непосильной задачей. Но благодаря мудрости и поддержки моей возлюбленной, моей Светочке, – мужчина с любовью и особой нежностью в глазах посмотрел на сидевшую по правую руку женщину, – я смог сделать все правильно. И вот результат, – дедушка обвёл руками полный стол. – Мои чудесные внуки рядом. Они вместе работают, взялись за ум и услышали, наконец, своего старого деда. Они вместе создают общее дело. Они признали свои ошибки и двинулись вперёд. Они добры по отношению к своим избранницам и заботятся о своих детях. Они построили дома собственными руками. И я думаю, что в будущем смогу гордиться каждым из них.

На некоторое время воцарилась тишина. Вступление, конечно, было хорошим, но все чувствовали подвох. Напряжение скопилось в воздухе, все замерли в молчаливом ожидании.

– К слову о ваших домах, мальчики, – старший Орлов загадочно усмехнулся. – А почему бы вам в них и не перебраться, а? Мирослав, твой, конечно, с большой вероятностью развалится при первом же сильном ветре, но тем не менее, – усмехнулся Орлов. Мир же закатил глаза в свойственной ему манере.

Да, я тоже видела его дом и что я могу сказать? Домом это было назвать сложно, но зато парень старался. Бросил гулять по клубам, менять женщин одну за другой и занялся делом. Какой-никакой, а это был опыт и он явно был не во вред.

Мы с Максимом переглянулось, тоже самое сделали Миша с Миром и Ольга с Евгением.

– Вы все взрослые, у всех своя голова на плечах, вы работаете, у некоторых уже свои семьи, так почему бы вам не покинуть семейное гнёздышко?

– Дедушка, но разве ты не этого хотел? – начал Макс. – Объединить нас, собрать вместе? – он развел руками в стороны.

– Так и я собрал! – весело ответил Павел Лаврентьевич.

– Да, но… – Макс растерянно замолчал. – Выходит теперь ты хочешь нас разогнать?

– Нет, Максим, собрать – это значит объединить вас, а не держать силой под одной крышей. Это разные вещи, мой мальчик. Думаю, ты и сам это понимаешь. К слову, я не могу вот так нагло забрать все лавры себе. – Дедушка обратился в мою сторону. – Без тебя, моя прекрасная невестка, все сложилось бы иначе, – он тепло улыбнулся мне, заставляя смутиться.

– Ну, что Вы, Павел Лаврентьевич, что я сделала-то?

– Донесла до этих олухов элементарные, но важные истины. Я все слышал, видел и знаю. Ты могла прийти в этот дом и начать мстить. Собственно говоря, чего-то подобного я и ожидал, но вместо этого ты сделала все, чтобы примирить братьев между собой. И это несмотря на собственную запутанную историю со средним. Обижаться и злиться – это всегда проще, поверь мне, деточка. Так поступает большинство людей. А вот увидеть что-то и кого-то дальше своего носа – это может не каждый. Поставить интересы другого выше своих, а это именно то, что сделала ты, решился бы не каждый. Ты мне очень нравишься, Алина, и я очень рад, что ты моя невестка, часть моей семьи. И я с нетерпением жду внучки, – закончил старший Орлов.

Я невольно улыбнулась, выслушав его. На душе вдруг разлилось тепло, радость поселилась глубоко в сердце. Редко мне кто-то говорил столько хороших вещей за раз. Да еще и чужой. Впрочем, как оказалось, действительно уже не чужой. Я носила фамилию Павла Лаврентьевича, а еще совсем скоро он должен был стать дедушкой второго моего ребенка.

– Это ведь не все, ради чего ты нас собрал, отец? – прервал мои размышления Евгений, тем самым, нарушая идеалистическую тишину, воцарившуюся за столом.

– Разумеется, нет, – холодно ответил дедушка. Кажется, внуками он действительно был доволен, а вот с сыном отношения так и не изменились. Я не знала, что именно происходило между Евгением и Павлом Лаврентьевичем, но разочарование последнего сыном сквозило сквозь каждое произнесенное им слово. – Пришло время рассказать, что я затевал на самом деле и для чего.

– Мы тебя внимательно слушаем, дедушка, – с усмешкой на губах произнёс Михаил. Все это время бывший муж сидел тихо, не подавая голоса. Мы ни разу не пересеклись взглядом. Я старалась не смотреть в его сторону, чтобы лишний раз не нервировать Максима, но после произнесенных слов, вынужденно повернулась к нему, как и все остальные.

– Да, дед, мы ждали этого много месяцев, – согласился Мирослав.

– Хорошо, тогда слушайте. У меня никогда не было цели делить свое наследие и отдавать все имущество и бизнес одному из вас. План был в другом. Я любыми способами, порой, не очень честными, хотел заставить вас понять, что вы – братья, что вы – одна семья и должны держаться вместе. Донести до вас мысль, что по одиночке вы слабее, а вместе – наоборот, сильнее. Мне в этом помогли, – Орлов снова посмотрел на меня, – и у меня получилось. А в случае, если бы не получилось, каждый из вас получил бы минимальные отступные.

– А наследство? – спросил Максим. – Куда ты собирался его деть?

– У меня уже были готовы все необходимые бумаги для создания благотворительного фонда.

– Что?! – вскрикнул супруг.

– Тише, Макс… – я положила руку на его плечо, отдергивая и призывая успокоиться.

– Дед, ты не поступил бы с нами так!

– Еще как поступил бы. И, возможно, оказал бы вам лучшую услугу, – строго заявил Орлов. – Но благо, что до этого не дошло. Мы смогли все решить мирно. И вот теперь я с чистой совестью могу поделить все поровну между тремя своими чудесными внуками. Наследство ваше. Заводы, фабрики, фирма. Счета, недвижимость, машины, антиквариат. Вы заслужили и, повторюсь, я могу вами гордиться. Контрольный пакет акций я оставляю за Максом, но это лишь один процент и только потому, что он старше. Вы все молодцы, мальчики, – с улыбкой объявил Павел Лаврентьевич.

Я почувствовала, как Макс рядом выдохнул. Облегчённо, счастливо. Я повернулась к нему и тепло улыбнулась. Наконец-то.

Наконец-то я увидела в его глазах спокойствие.

– А… а как же мы? – неожиданно подала голос Ольга. – А как же Евгений?

– Евгений – мое самое большое разочарование в жизни. И, к сожалению, с ним устраивать подобные тряски уже поздно, – ледяным тоном заявил дед. – В любом случае, я с себя снимаю всю ответственность. У вас трое детей, может быть, хотя бы один из них захочет подать вам руку помощи.

– Отец… – начал было Евгений, но Павел Лаврентьевич прервал его на удивление твердым взмахом руки.

– Я еще не закончил! Особняк и все, что находится в нем, я оставляю себе. Свой век я доживу здесь, вместе со своей чудесной Светланой. Также за собой я оставляю счет с деньгами, который после моей смерти достанется ей. Особняк достанется Максиму. Это мое последнее слово, которое подтверждено нотариально. И оно не обсуждается. Если кто-то чем-то недоволен, он может оставить свое недовольство при себе и наслаждаться им вдоволь. Всем все понятно? Все меня услышали? – Орлов обвел всех сидевших за столом тяжелым взглядом. Дождался кивка от каждого, а затем снова улыбнулся, поворачиваясь к своей возлюбленной. – Ну что, Светочка, теперь можно пожить и для себя?

Глава 17

Мы переехали в построенный Максимом дом почти сразу после памятного ужина. Несколько дней парни улаживали вопрос бумаг и наследства, затем еще несколько дней мы паковали наши вещи, которых, как оказалось, просто уйма, и только после смогли перебраться на новое место обитания.