Лия Ришар – Парень подруги. Я не буду твоей (страница 15)

– Конченный, – ответила я, потянувшись к двери. – Именно это слово идеально для тебя подходит.

Не успела я открыть дверь, как пальцы Ковалева ловко ухватили меня за локоть, резко заставив развернуться. Его лицо оказалось снова напротив моего. Слишком близко.

– По тонкому льду ходишь, Капитанша, – темные глаза угрожающе блеснули. – Хочешь я кое–что проверю?

– Что? – не поняла я, чувствуя, как начинают гореть щеки.

Матвей склонился ко мне ещё ближе. Так, что мне пришлось опустить взгляд вниз, на его губы. Я чувствовала его дыхание, его запах. Голова будто опустела. Ни одной мысли.

В следующую секунду он мягко прижался своими губами к моим, удерживая мою шею рукой. По коже пронеслись мурашки, я растерялась. И, кажется, даже забыла, как дышать. Но потом взяла себя в руки и попыталась оттолкнуть Ковалёва, однако это только распалило его.

Он притянул меня к себе еще ближе, углубил поцелуй. Впивался в мои губы снова и снова. Напористо и властно. Так, что внизу живота зарождалось приятное тепло. Его пальцы зарылись в мои волосы, сжимали их до лёгкой боли. Сердце в груди стучало, как сумасшедшее. Тело стало непослушным, ватным. Мозг отключился напрочь. И я… сама не заметила, как начала отвечать на поцелуй. Как непроизвольно поддалась вперёд, выгнула спину, не отрываясь от губ Матвея и позволяя его языку встретиться с моим. Он прижал меня к себе ещё ближе, положил мою ладонь себе на щеку, удерживая ее тёплыми пальцами.

Стало очень жарко, воздух накалился – мы едва успевали ловить его губами между поцелуями. Это было сумасшествие. Я погрузилась в нахлынувшие чувства с головой, окончательно потеряв связь с реальностью. Мне было мало его губ, я не могла остановиться.

До тех пор, пока рука Матвея не оказалась под моей кофтой, поднимаясь все выше и оставляя на коже горячие следы. Это отрезвило меня. Вздрогнув, я резко отстранилась, с ужасом уставившись на Ковалёва. Я видела в его потемневших глазах пылающий огонь и лёгкое недоумение. Тяжело дыша, он некоторое время смотрел на меня. Озадаченно и хмуро.

Не говоря ни слова, я открыла дверь и пулей вылетела из машины. Не могла больше оставаться с ним рядом. Казалось, прямо сейчас меня вывернет наизнанку, разорвёт на части от волнения и стыда.

К дому бежала со всех ног, не останавливаясь. Сзади послышался визг шин. Матвей уезжал. Я зашла в подъезд и, облокотившись на стену спиной, плотно закрыла глаза, со всей силы вонзившись зубами в губу. Сердце звенело в ушах, по телу проносилась дрожь. Ноги предательски подкашивались.

Все случилось так внезапно… я была как будто под гипнозом. Почему меня так тянет к Матвею? Почему когда он рядом, мозг отключается? Несмотря на то, что он сделал со мной и Мариной, я позволила ему поцеловать себя. И это по–настоящему ужасно, гадко.

Но я не собиралась себя жалеть и оправдывать. Прекрасно осознавала, что поступила подло. Позволила Ковалёву поцеловать себя, да ещё и на поцелуй этот ответила. Я – предательница. Самая худшая подруга в мире. И поэтому завтра Марина обо всем узнает. Я расскажу ей и о том, что произошло на даче и о том, что случилось сейчас.

В кармане завибрировал телефон. Нехотя открыв глаза, я достала его и, смахнув с потрескавшегося экрана блокировку, увидела сообщение от незнакомого номера:

«Проверка прошла успешно. Конченные все же в твоём вкусе.»

Глава 14. Матвей

Я смотрел, как убегает Даша и не знал, какую эмоцию юзануть. То ли смеяться, то ли загнаться. После поцелуя со мной девушки ещё не сбегали, но эта чокнутая рванула так, что пятки сверкали.

Я усмехнулся, проследил как она подбегает к подъезду и дал по газам. Капитанша здорово успела завести меня и нужно было срочно сбросить напряжение. Вроде обычный поцелуй, да ещё и с девкой, которую порой прибить охота, а башню сорвало конкретно.

И ничего в этой Даше особенного нет. Таких тысячи. Плюс она далеко не в моем вкусе. Но чем–то всё–таки эта пацанка цепляет. Внешка у неё нормальная, и глаза красивые – чисто–голубые, большие. Смотрят, правда, почти всегда с ненавистью. Но сегодня стало ясно, что не так уж сильно она меня и ненавидит.

Кир давно уже говорил, чтобы я завязывал с шантажом, но я не хочу. Хотя изначально не планировал слишком долго изводить Капитаншу – хотел просто приструнить, чтобы место своё знала. К тому же так долго встречаться с Мариной вообще не входило в мои планы. А после того, как я уложил ее на даче, она больше меня не интересовала, порой даже раздражала своей болтовней.

Но теперь… все стало намного интереснее. Эта игра мне неожиданно понравилась. И хотя Даше я уже утёр нос, меня не отпускало. Мне хотелось задеть ее, разозлить. Хотелось, чтобы обратила на меня внимание. Сам не знаю почему Капитанша не даёт мне покоя. Рядом с ней все не так, совсем не так, как с остальными. Хотелось одновременно придушить ее и целовать до боли в губах.

Интересно, какого хрена я ей не нравлюсь? Может она по девочкам? Нет, бред какой–то. Она целовалась как обезумевшая, хотела меня не меньше, чем я ее. Никогда не думал, что меня может так завести такая, как Даша. Интересно, что у неё там прячется под кофтой? Ноги я уже видел, но на фигуру и грудь тоже не прочь глянуть.

От таких мыслей в штанах стало совсем горячо. Нужна разрядка. Марину я сегодня всё–таки обрадую. Она как раз названивала весь вечер, хорошо что заранее на беззвучный поставил, иначе Капитанша снова бы разоралась.

Притормозив возле дома Марины, я вышел из тачки и направился к подъезду. Спустя пару минут уже нажимал на кнопку звонка. Марина будто возле двери сидела – открыла почти сразу.

– Матвей! Ты где был? Тебя столько времени…

Не желая слушать этот бред, сразу притянул ее к себе и впился в ее губы. Жестко и уверенно, не позволяя ей отстраниться. Впрочем, Марина и не собиралась – сразу обхватила мою шею руками и прижалась теснее. Шагнув в квартиру, захлопнул дверь и, припечатав Марину к стене, продолжил поцелуй.

Но искр не было. Мозг не отключался. Я прекрасно осознавал, что делаю. И мне совсем не нравилось, что с Дашей все было по–другому. Это даже пугало, если честно. Потому что я не хочу, чтобы она мне нравилась, не хочу думать о ней. Она бесит и притягивает одновременно. Это сводит с ума и злит. И даже сейчас, когда я с другой, все равно думаю об этой чертовой Капитанше, чтоб ее. Меня наверное кто–то проклял.

Резко прервав поцелуй, я одним движением развернул Марину к себе спиной и прижал к стене. Задрал юбку платья, стянул вниз ее белые стринги. Она выгнула спину, расставив ноги пошире. Походу, ей было плевать, как я отношусь к ней. Согласна на все, лишь бы осыпал баблом и дарил подарки. Продажных телок сейчас как грязи. Только вот Дашу эту бабками не купишь. Ей вообще на них плевать. Либо она только корчит из себя гордячку.

Я плотно закрыл глаза и сделал глубокий вздох. Снова она. В моей башке.

– Все нормально? – послышался голос Марины.

– Нормально, – отозвался я, сунув руку в задний карман джинсов. – Резинку искал.

– Может, без неё? – она попыталась развернуться, но я не позволил – припечатал ее к стене ещё теснее.

Марина реально дура, если думает, что я позволю ей залететь от меня. А дальше, типа, свадьба по залёту и семейная жизнь. Все ее схемы я знаю наперёд.

Я резко вошёл в неё, удерживая ее одной рукой за бёдра, другой оперевшись о стену. С каждым моим движением дыхание Марины учащалось. Постанывая, она пыталась обернуться, чтобы встретиться со мной губами, но это лишнее.

– Матвей, – выдохнула она, – нежнее…

– С нежностью не ко мне, – сбивчиво отозвался я и, схватив ее за волосы, натянул их на себя.

Стоны Марины стали громче, чувственнее. Сцепив зубы, я грубо вбивался в ее тело, ощущая, как вокруг члена сжались ее мышцы. Внутри неё было горячо и тесно. Прикрыв глаза, начал двигаться ещё сильнее, ещё жёстче. Схватив ее за бёдра обеими руками, я ускорил темп, с каждым толчком приближая разрядку. Марина притихла, выгнувшись ещё больше. Я почувствовал, как она напряглась и задрожала в моих руках. Ещё пара мощных рывков и по моему телу разлилось приятное тепло. Тяжело дыша, я опустил голову к плечу Марины, продолжая толкаться внутри нее до тех пор, пока удовольствие не угаснет.

– Ты же останешься? – прошептала она.

– Нет, – ответил я, чувствуя наконец–то облегчение. Может, хотя бы после этого Капитанша выветрится из башки. – Мне ехать надо.

Марина полностью повернулась ко мне, с надеждой заглянула в глаза.

– Останься, прошу. Хочешь, примем душ вместе?

– Нет, душ я приму один, – ухмыльнулся я, подтянув штаны. – Но потом уеду. Важное дело.

– Какое? – приподняла брови она.

– Я же сказал – важное, – щёлкнув ее по носу, я ушёл в душ.

А потом уехал, несмотря на то, что Марина просила остаться. Интересно, она со временем сама кинет меня или будет до последнего терпеть мое отношение к ней? Бабки важнее гордости? Или появились чувства? Хотя неважно. Главное, что меня отпустило и мысли о Даше пока не появляются. Но надолго ли?

Глава 15

На утро я не передумала. Я долго составляла в голове диалог, пыталась хорошенько подготовить себя к разговору с подругой, но не могла собрать мысли воедино. Особенно, когда в голове всплывал момент поцелуя с Матвеем. Кожа сразу покрывалась мурашками, щеки горели. Приходилось каждый раз одергивать себя.



Но хуже всего было признаться себе в том, что целоваться с Ковалевым мне понравилось… я ещё никогда не испытывала ничего подобного, не ощущала таких эмоций, притяжения. Тем более к человеку, которого знать не хочу. Почему именно он? Почему я не смогла испытать все это с кем–то другим? Разве это справедливо?



В любом случае я должна забыть этот поцелуй. И Матвея – тоже. Скоро все закончится. И шантаж и… дружба, которой я так дорожила. Но ничего не поделать. Поступать так низко с Мариной я не могу, пусть она знает правду. О ее реакции остаётся только гадать.



Ощущая как тревожность сковывает тело, я шагала в универ. Сегодня было солнечно и тепло, но я не могла наслаждаться погодой. Я будто ничего не замечала, даже дорогу начала переходить, не заметив, что на светофоре горит красный – меня привели в чувства громкие сигналы машин.



Да, день начался не очень хорошо. Но страшнее было узнать, чем он закончится. Что будет со мной, с Мариной… как мы дальше будем общаться? Она начнёт меня презирать или станет холодна? На сколько больно ей будет после моего признания?



Зато Матвей наверняка даже не догадывается о моем решении. Хотелось бы видеть его лицо, когда Марина все узнает. Я обломаю ему игру, не дам использовать подругу. Пусть катится к черту. Даже если наша дружба разрушится, я буду знать, что Марину больше никто не обманывает. Она освободится от этих лживых отношений. И это самое главное.



Эта мысль меня успокоила, немного придала уверенности в том, что я все делаю правильно. Поэтому, оказавшись в универе, я направилась искать подругу. Поднявшись по лестнице на второй этаж, я окинула взглядом шумный коридор, по которому туда–сюда сновали студенты и, заметив Марину возле дверей одной из аудиторий, пошла к ней.



Шаг. Ещё шаг. Сердце гулко билось в груди. Ещё никогда мне не приходилось сталкиваться с такой ситуацией. Говорить правду всегда тяжело. Намного тяжелее, чем молчать.



Подруга обернулась, увидела меня и весело помахала мне рукой. На ее кукольном лице как всегда сияла улыбка. Я редко видела Марину в плохом настроении. Но похоже теперь я стану причиной ее грусти.



– Привет! – она как обычно обняла меня, обдав сладковатыми духами. – Я сегодня пораньше! Говорят, Федорова не в духе, так что я решила не опаздывать сегодня. – Подруга отстранилась, смерила меня недоуменным взглядом. – Что у тебя с лицом? Ты заболела? Бледная, как поганка.



– Нам надо поговорить, – выдавила из себя я. В горле пересохло.



– Поговорить? – вскинула брови Марина. – Ну, говори.



– Не здесь, – увернувшись от локтя проходящего мимо парня, сказала я. – Идём.



– Ты меня пугаешь, Даша, – покачала головой подруга. И, пожав плечами, кивнула в сторону соседней аудитории. – Там свободно.



– Хорошо, – выдохнула я.



Мы зашли в светлую, просторную аудиторию. Тут было относительно тихо. Марина села на одну из крайних парт и внимательно посмотрела на меня.



– Ну, говори же, – поторопила меня она. – Скоро звонок уже.



Я встала напротив неё. Посмотрела вниз, ощущая, как кружится голова. Затем подняла взгляд на обеспокоенную подругу и выпалила:



– Я целовалась с Матвеем.



Марина, округлив глаза, ошарашено уставилась на меня. Она будто не поняла, что я сейчас ей сказала. И тогда мне пришлось обречённо повторить:



– Я. Целовалась. С Матвеем.