Лия Малинина – Бывшие. Украденное счастье (страница 2)

Делегация удалилась, и кабинет постепенно стали покидать сотрудники «Дельты-М». Я тоже вместе с остальными направилась к выходу, но меня остановил тяжёлый голос Коршунова:

– Вероника… Ильинична, задержитесь на пару минут, пожалуйста.

Глава 3.

Тяжело вздохнув, я развернулась на пятках и подошла к столу, за которым сидел президент холдинга.

– Слушаю вас, Павел Демьянович, – проговорила самым деловым и нейтральным тоном, на который была способна.

– Присаживай…тесь, – официально продолжил он.

Я села на краешек стула, выпрямив спину, как школьница на экзамене. Моё волнение выдавали только слегка подрагивающие руки, которые теребили края блокнота, лежащего на моих коленях.

Когда последний сотрудник покинул переговорную и закрыл за собой дверь, он начал разговор:

– Каким образом ты оказалась в моей кампании? – холодно поинтересовался он.

– Начнём с того, что я не знала о том, что это твоя кампания. В противном случае меня бы здесь не было. А оказалась здесь так же, как и все сотрудники: прошла собеседование, и мне предложили контракт, – чётко проговорила я, смотря перед собой.

Я чувствовала на себе его взгляд. Казалось, он пытается разглядеть что-то, что скрыто от посторонних глаз. Его молчание затягивалось, и я начинала чувствовать себя всё более некомфортно под его пристальным взглядом.

– Допустим, – наконец произнёс, – но почему ты не ушла, когда узнала?

Я набрала в грудь побольше воздуха, стараясь сохранять спокойствие. Этот вопрос был ожидаем, и у меня был готов ответ.

– Я профессионал, Павел Демьянович. И я не позволяю личным обстоятельствам влиять на мою работу. У меня есть обязательства перед компанией, и я намерена их выполнить. Да и возможности не было, откровенно говоря. Делегация вошла практически вместе со мной.

– Интересно, – усмехнулся он. – А что, если я попрошу тебя уволиться? Что тогда?

– Я не буду ждать твоей просьбы. Как только вы найдёте другого переводчика, я уйду. По сути, если вы завтра подпишете контракт с китайцами, в моих услугах больше не будет нужды. Поэтому мы можем не придавать никакого значения нашей мимолётной и малоприятной встрече.

В этот момент наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах что-то, что заставило моё сердце дрогнуть. Вызов. Или, может быть, что-то ещё?

– Хорошо, наверное, ты права. Думаю, нам некомфортно будет работать вместе, даже несмотря на то, что мы будем не часто пересекаться. Я согласую расторжение твоего трудового контракта без штрафных санкций и попрошу Олега дать хорошие рекомендации.

– Благодарю вас, Павел Демьянович, но в ваших рекомендациях я не нуждаюсь. У меня было несколько предложений о работе. Выбор пал на «Дельту» исключительно из-за близкого расположения офиса к дому.

– Давно вернулась в город? – задал вопрос, меняя тему и продолжая ощупывать меня своим внимательным взглядом.

– Неделю назад, – ответила, отводя от него взгляд.

«Нужно заканчивать это. Ника, встань, попрощайся и уходи, прекрати эти мучения», – уговаривала саму себя, но почему-то продолжала сидеть на месте, как приклеенная.

– Как живёшь? Ты счастлива? Не пожалела о своём выборе? – начал задавать мне вопросы, от которых я дёрнулась, как от удара.

«О каком выборе он говорит? Он же не может знать про Ваську», – мысли лихорадочно бились в голове.

Наконец, набравшись сил, я поднялась со стула:

– Павел Демьянович, я не настроена обсуждать с посторонними свою личную жизнь. Если у вас больше нет вопросов, касающихся моей работы, я пойду. Всего доброго, – развернулась и направилась к выходу.

– Ты не ответила на мой вопрос, – его голос, как выстрел, пронзил меня в спину, – не пожалела о своём выборе?

Я на несколько секунд замерла каменной статуей посреди переговорной. Воспоминания прошлого накатывали удушливой волной, не позволяя вздохнуть полной грудью, в ушах нарастал гул.

– У меня выбора не было, так что сожалеть не о чем, – проговорила, даже не повернув головы в его сторону, и вышла из кабинета.

Мчалась по коридору, нервно расстёгивая верхнюю пуговицу на блузке, чтобы было легче дышать. Моя хвалёная выдержка дала сбой, начинали душить слёзы, а перед глазами, словно в калейдоскопе, мелькали обрывки событий, разрушивших мою жизнь, навсегда убив веру в любовь и мужчин.

Только бы успеть добежать до уборной, чтобы никто не увидел мою начинающуюся истерику.

Глава 4.

Едва я вошла в квартиру, как Аня по моему лицу сразу поняла, что я расстроена.

– Что случилось? – вместо приветствия встревоженно проговорила подруга и заглянула в мои глаза в поисках ответов.

– Коршунов случился, – выдохнула я, села на пуфик в коридоре и начала медленно снимать обувь.

– Твою дивизию, – пролепетала Анька, садясь рядом со мной на корточки, – поднимайся, идём на кухню. Я прикупила бутылку прекрасного новозеландского Совиньон Блан, чтобы отметить твоё трудоустройство, но чувствую, будем им приводить тебя в чувство. Я требую подробностей!

Поднявшись с пуфика, я поплелась за Аней, чувствуя, как на плечи давит невидимая плита моего прошлого. Кухня встретила меня тёплым светом, ароматом свежесваренного кофе и сладкой выпечки. Аня уже возилась с бутылкой вина, ловко освобождая её от пробки.

– Ну давай выкладывай, – подгоняя меня, сказала она, наливая вино в два бокала. – Как ты с ним встретилась?

Я взяла протянутый бокал и сделала большой глоток. Белое вино приятно прокатилось по горлу, немного рассеивая сгустившийся в голове туман, и кратко пересказала события этого дня.

– Да-а-а, дела! – протянула Анька, вновь разливая вино по бокалам. – И что делать будешь?

– Ань, выход один – увольняться. А ещё лучше – вернуться обратно. Я очень боюсь, что он узнает про Ваську. А если он захочет забрать её? Кто я? Мать-одиночка без собственного жилья. А он – состоятельный бизнесмен из очень уважаемой семьи, как тогда сказала его мать. Да меня никто даже слушать не станет, – сокрушалась я, уронив лицо в ладони и глотая всхлипы.

– Ника, слушай, а ты не слишком его демонизируешь? Не спорю, он поступил с тобой как последняя скотина, но не думаю, что он захочет забрать у тебя дочь. Может, и к лучшему, что он узнает? Помогать будет, всё легче, чем ты одна на себе всё тянешь. Да и ребенку, как ни крути – нужен отец.

Я подняла заплаканное лицо и посмотрела на Аньку. В её глазах читалось искреннее сочувствие и желание помочь, но в её словах я слышала наивность.

Она не понимала, что значит иметь дело с такими людьми, как он. Для них деньги – это власть, а власть – это возможность купить всё, что захочешь. В том числе и ребёнка.

– Ты не понимаешь, Ань. Он из тех, кто привык получать всё, что захочет. Если он захочет Ваську, он её получит. И никакие суды мне не помогут. Да и потом, я не хочу его помощи. Я хочу, чтобы он просто исчез из нашей жизни. Чтобы он никогда не узнал о существовании Васьки.

Анька вздохнула и придвинула ко мне ближе свой бокал. Мы чокнулись и молча выпили. Я чувствовала, как алкоголь медленно расслабляет меня, но усиливает чувство безысходности.

– Ладно, Ника, не буду спорить. Тебе виднее. Но не торопись уезжать сразу. Подожди немного, присмотрись. Уволишься, найдёшь другую работу, и вы никогда больше не встретитесь. Город большой, шансы столкнуться еще раз минимальны. А я всегда буду рядом и помогу тебе. Главное помни: вместе мы сила.

Я слабо улыбнулась и обняла подругу. Её поддержка была для меня сейчас очень важна. У неё самой в жизни куча проблем, она одна воспитывает сына, бывший муж никак не даёт покоя, но я знаю, что она не бросит меня в беде, и это придает мне немного уверенности.

Может быть, она и права, не стоит сразу рубить с плеча. Может, немного подождать и посмотреть, как будут развиваться события. В любом случае я буду готова к любому повороту. Ради Васьки и ее будущего я готова на всё.

Только вот к чему я оказалась совершенно не готова, так это к встрече с ещё одним призраком из прошлого, состоявшейся на следующий день.

Глава 5.

Подготовка к заключению контракта с китайцами шла полным ходом. Были задействованы все: юристы, финансисты, технический департамент и, конечно, международный отдел, и в частности я.

До обеда, не поднимая головы, занималась переводом документов, отдельных пунктов контракта, отправкой их на согласование в юридический департамент.

Как только я выкроила минутку, чтобы выпить чашку кофе, позвонила Елена – секретарь юристов:

– Вероника Ильинична, зайдите, пожалуйста, к начальнику договорного отдела, – попросила она меня.

Начальником договорного отдела был весьма импозантный мужчина, чем-то напоминающий актёра, который играл Эркюля Пуаро в знаменитом британском сериале: среднего роста, крепкого телосложения, с чёрными волосами и такими же чёрными густыми усами.

– Вероника, можно я буду вас так называть? Вы очень похожи на мою дочь, она приблизительно вашего возраста, – с улыбкой проговорил он, предлагая мне присесть за стол для переговоров.

– Конечно, Виктор Петрович, я не возражаю. У вас возникли вопросы по переводу контракта?

– Да, есть небольшие правки. Исправьте, пожалуйста, и отнесите Павлу Демьяновичу. Он ждёт.

– Да, конечно. Сейчас сделаю, – попрощалась с Пуаро (как я про себя его стала называть) и направилась к себе, сжимая в руках листы с контрактом.

Опять заходить в клетку к тигру? Я надеялась больше не пересекаться с Коршуновым. Не могу его видеть, ощущать его взгляд, чувствовать его запах, который совсем не изменился за прошедшие годы, такой же родной и… Любимый.