Лия Бруннер – Желание или защита (страница 17)
Колби безуспешно пытается проскочить мимо меня. У него шайба, а я перед ним, качусь спиной. Я отбираю у него шайбу и передаю ее Уэсту. Колби догоняет его, пытаясь вернуть себе шайбу, но Уэст совершает неожиданный рывок, обманывая его, и отправляет шайбу мне.
Сначала я удивляюсь – обычно Уэст просто закидывает ее в ворота. Он любитель забивать шайбы.
Его движение застает меня врасплох, и шайба проскальзывает прямо между моих ног. Я резко поворачиваюсь и ловлю ее, отправляя ее в правый верхний угол ворот. Брюс вытягивается и практически ловит шайбу рукой, но промахивается, и она попадает в прямо в ворота.
Мы с Уэстом переглядываемся, и он подмигивает мне. Я что, случайно попал в страну чудес и фантазий? Во‐первых, мне вдруг нравится находиться в компании ребят, а во‐вторых, я не хочу набить морду Уэстону Кершоу. Я молча моргаю несколько раз, не зная, как реагировать, и Уэст отъезжает.
Брюс тихо присвистывает сквозь маску вратаря.
– Чувак, весь этот отдых тебе явно на пользу!
Реми врезается в меня сзади, чуть не сбивая с ног. Он единственный игрок в команде, который крупнее меня.
Я отталкиваю его, и он усмехается.
– Ах, вот и наша любимая сердитая физиономия. Скажи‐ка, когда следующая игра «вомбатов»?
– Этого я вам точно говорить не собираюсь. – Я снимаю перчатку зубами и играюсь с изолентой на клюшке.
Прислонившийся к воротам Брюс, стоящий поодаль от нас, кричит мне:
– Я уже просмотрел их расписание в сети!
Я тихо ругаюсь себе под нос, заставляя Реми вновь рассмеяться. Уэст с легкостью забивает шайбу, поскольку Брюс не обращает на нее никакого внимания.
– Перешли его мне! Мэл хочет прийти на следующую игру.
Колби оживляется и присоединяется к разговору.
– Она придет с Ноэль?
В ответ Уэст качает головой.
– Ты безнадежен.
– Я безнадежно влюблен, – говорит Колби с драматичным вздохом. Уэст цепляет его ногу клюшкой, и он падает, прокатываясь по льду на животе.
Брюс смеется, прижимаясь спиной к воротам и блокируя удары остальных игроков. Я подъезжаю к скамейке запасных, хватаю свою бутылку с водой и выпиваю половину залпом. Колби, Уэст и Реми подъезжают поближе ко мне.
– Когда ты начнешь тренировать того парнишку? Ноа, кажется? – спрашивает Реми, прежде чем сделать глоток воды.
– Не твое дело, – отвечаю я. Колби и Уэст переглядываются. – И что это за гляделки?
Я перевожу взгляд с одного на другого.
– А с Энди у вас тоже будут персональные тренировки? – спрашивает Колби, каким‐то образом умудряясь сохранить невозмутимое выражение лица.
Я бросаю на него недовольный взгляд.
– Ты мог бы преподать ей немного другой индивидуальный урок, – предлагает Колби. – Поучил бы ее чему‐то более горячему, чем катание на коньках.
Я прищуриваюсь и собираюсь сделать рывок вперед, но Колби далеко не дурак. Он улавливает пламя в моих глазах и быстро сдает назад, не переставая смеяться.
А я уже было подумал, что мне нравятся ребята из моей команды. Размечтался.
На следующее утро я захожу в кабинет доктора Кертиса. Настало время нашего еженедельного сеанса. Он поднимает взгляд от своего места за большим дубовым столом и улыбается, его очки сдвинуты на кончик носа, как будто он что‐то читал до того, как я вошел. Как обычно, на нем слаксы и рубашка.
На мне футболка «Иглз» и джинсы. Интересно, другие одеваются приличнее перед сеансом с психологом? Хотя, на самом деле, мне все равно.
– Рад вас видеть, Митч, – спокойно говорит доктор Кертис.
Я что‐то недовольно отвечаю и сажусь на свое место, на большой диван. Закрыв глаза, я делаю глубокий вдох. Надеюсь, док не заставит меня обсуждать то, что произошло на прошлой неделе. Я слышу его шаги по комнате, затем шуршание ткани, он садится напротив меня. Когда я открываю глаза, он что‐то печатает на своем планшете – хладнокровный, спокойный и сосредоточенный.
Он прекращает записывать и поднимает на меня взгляд, и от взгляда этих теплых карих глаз я чувствую себя немного спокойнее. Все это напоминает мне об Энди, только у нее в глазах еще мелькают золотистые искорки. Это так завораживает. Я несколько раз моргаю, желая прогнать мысли о той, кого все никак не могу выкинуть из головы, как бы сильно ни старался.
– Я понимаю, что вы не готовы говорить со мной, Митч. Ничего страшного, мы поговорим, когда вы будете готовы. – Он кладет планшет на столик и закидывает ногу на ногу. – Но мне бы хотелось поделиться несколькими техниками, которые помогут вам успокоиться, если будет такая потребность.
– Вы собираетесь меня загипнотизировать?
В этот раз доктору Кертису не удается сохранить невозмутимое выражение лица, и он тепло и искренне смеется.
– Извините. Меня еще никогда об этом не спрашивали. Но нет, никакого гипноза.
Я облегченно вздыхаю, вызвав тем самым новый смешок у моего психолога.
– Мы просто поработаем с дыхательными техниками. Никаких разговоров. Ну как, вы согласны?
Я раздраженно выдыхаю. Хотя мне не очень нравится эта идея, это куда лучше, чем обсуждать мою семью, поэтому я киваю.
– Хорошо. – Доктор Кертис выпрямляет ноги, наклоняется вперед и кладет локти на колени. – Итак, предлагаю ознакомиться с методом «Семь на одиннадцать». Все просто: сначала вы делаете глубокий вдох в течение семи секунд, затем выдыхаете одиннадцать секунд. Считать можно в любом темпе. Попробуйте.
Он смотрит на меня в ожидании. Я закатываю глаза, но все‐таки выполняю его просьбу, мысленно считая на вдохе и выдохе. Я смотрю в окно, пока дышу, мечтая оказаться на улице и наслаждаться солнцем.
Закончив упражнение, я оглядываюсь на мужчину и поднимаю бровь, как бы спрашивая, что дальше.
Он усмехается.
– Отлично. Теперь давайте попробуем еще раз. Сейчас подумайте о чем‐то, что могло бы вызвать у вас чувство гнева, а затем подумайте о последствиях проявления гнева в такой ситуации.
Я прищуриваюсь, осознавая, что он обвел меня вокруг пальца. Может, я и не говорю о своем прошлом вслух, но мне все же нужно о нем подумать. Доктор Кертис невозмутимо взмахивает рукой, безмолвно приказывая мне попробовать заново.
Я снова устремляю свой взгляд в окно, и первое, что приходит мне на ум, – это, конечно, мой отец. День, когда его арестовали, когда я остался без родителей. Если бы не мой дедушка, я бы оказался в приемной семье. Пламя ярости начинает разгораться глубоко внутри меня, подступая к груди и плечам, и я напрягаюсь.
– Не забывайте дышать, – тихо говорит доктор Кертис.
Я делаю вдох, считая до семи. Я думаю о том, что бы мне хотелось сделать: ударить что‐то или кого‐то, кто попадется мне на глаза, или напиться до беспамятства. Все это угробило бы мою карьеру. Это причина, по которой я
Медленно выдыхая, я чувствую, как мои плечи немного расслабляются, а жгучее чувство в груди начинает ослабевать. Не полностью, но достаточно, чтобы я понял, что эта дурацкая штука с дыханием действительно работает. Но я уж точно не собираюсь признаться в этом психологу.
– Отличная работа, – говорит доктор Кертис. Он снова берет свой планшет и начинает печатать. – Как вы себя чувствуете после этого?
Я хмыкаю и пожимаю плечами.
Доктор Кертис расплывается в ухмылке, он будто бы знает, что это помогло, даже если я этого не признаю.
Глава 13
Митч
Сегодня среда. Я на катке, где обычно проходят тренировки с «вомбатами». Я зарезервировал один из катков для нас с Ноа. Меня не волнует стоимость. Главное, что мне не придется волноваться о толпе фанатов.
Ворота и дюжина шайб уже подготовлены для тренировки. Я жду, когда приедут Энди и Ноа. Мне стыдно подумать, в который раз я уже бросаю взгляд в сторону входной двери. Также меня немного смущает тот факт, сколько времени я потратил с утра на свою прическу, хотя ее полностью скроет шлем.
Я пытаюсь убедить себя в том, что мне просто не терпится поработать с Ноа наедине и посмотреть, на что он способен, не отвлекаясь на шутки мальчишек. Но в глубине души я знаю, что мне хочется взглянуть в карие глаза Энди и, может быть, вновь увидеть ее ямочку на щеке.
Когда дверь наконец открывается, вместе с Ноа заходит не Энди, а пожилая смуглая женщина с сединой в волосах и таким взглядом, будто она видит меня насквозь.
Я подъезжаю к ним по льду, и женщина медленно окидывает меня взглядом. Не заигрывающим, а скорее таким, как телохранитель рассматривает потенциальную угрозу. Незнакомка смотрит на мою бороду, и мои, вероятно, прищуренные глаза. Затем разглядывает плечи и татуированные руки, выставленные на всеобщее обозрение, ведь рукава моей серой кофты закатаны до локтей. Ее взгляд скользит по шнуркам на моих коньках, не упуская из виду даже малейшую деталь.
Женщина снова поднимает глаза, и мы встречаемся взглядами. Ноа выезжает на лед, улыбаясь, поэтому и я не могу сдержать улыбку. Я не привык видеть его улыбающимся, и от этого все вокруг будто становится немного светлее. Это, видимо, у него семейное.
– Привет, Даунсби, – говорю я, когда мальчик врезается всем телом прямо в меня. Он пытается сбить меня с ног, но я не двигаюсь с места. Вместо этого я смеюсь и игриво толкаю его. Смех отдается теплом в горле. Это чувство кажется мне чуждым, и я мысленно задаюсь вопросом, когда я в последний раз по‐настоящему смеялся?
Ноа направляется прямо к шайбам и начинает забрасывать их в ворота. Пока мальчик погружен в свои мысли, я подъезжаю к женщине, которая привела его сюда.