Литта Лински – За Гранью. Книга 2 (страница 82)

— Как хочешь, — вздохнула Лотэсса. — Но как видишь, на мне нет ни царапинки… в отличие от того раза, когда я встретила в лесу четырех знатных дайрийцев.

Вот зачем она вспомнила об этом? Чтобы сделать ему больно в ответ на расспросы?

— Прости, маленькая, — он привлек жену к себе бережно и осторожно, сдерживая желание стиснуть ее изо всех сил. — Я по-прежнему хочу знать обо всем, что с тобой случилось, но не стану терзать тебя вопросами. Ты сама расскажешь, что захочешь и когда захочешь. Но я хочу понять другое. Какие причины сподвигли Изгоя помочь тебе? Откуда это внезапное милосердие?

— Знаешь, — теперь Тэсса выглядела смущенной, даже виноватой. — Мы вроде как подружились, пока он держал меня в плену. То есть, не по-настоящему подружились, конечно, — торопливо поправилась она. — Просто Дэймор, похоже, решил, что он — единственный, кому позволено причинять мне зло.

Валтор чувствовал, что она не лжет, но при этом недоговаривает настолько много, что правда мало чем отличается от лжи. Когда-нибудь он обязательно узнает эту правду. Всю до конца. Но не сейчас. Они оба слишком много пережили. Он вновь обрел жену, вырвался из пучины отчаяния. Дайрии не грозит безвластие или по меньшей мере смена правящей династии. Тэсса жива и невредима, а уж что там за тайны у них с Изгоем он выпытает позже. Как бы то ни было, проклятый Странник не оставил Лотэссу у себя, а вернул ему. Как странно ощущать благодарность к воплощению зла, шаг за шагом разрушающему их мир, однако, именно благодаря Изгою они оба живы и снова вместе. Хотя король и мысли не допускал, что это бескорыстное благодеяние.

— Я не верю, что Изгой помог тебе по дружбе или по доброте душевной. Подожди, не спорь, — он остановил поток возражений, готовый сорваться с уст жены. — Не верю я и в то, что все так просто между вами. Но я не стану допытываться правды. Ты или сама расскажешь мне, если пожелаешь, или не расскажешь. Я не верю ему, но верю тебе, Тэсса.

— Спасибо, Валтор, — она обхватила его ладонь своими. — Ты прав, я не все могу рассказать. Но, поверь, все эти тайны ничего не значат для нас с тобой. Никто не разлучит нас, даже Дэймор.

— Никто, — отозвался он. — Остается лишь надеяться, что мы больше не расстанемся из-за твоих неосмотрительных поступков. Впрочем, я этого не допущу.

Теперь, покрывая ее лицо поцелуями, не заботясь о том, что их видит полсотни людей, он мог позволить себе упрекнуть Тэссу в неосторожности, которая привела к столь трагичным последствиям. И страшно подумать, насколько хуже все было бы, не надумай вмешаться Изгой.

— Я обещаю не принимать никаких решений, не обсудив их с вашим величеством, — Тэсса улыбалась, хотя на ресницах ее сверкали слезинки.

— Уж я об этом позабочусь, — Валтор все-таки позволил себе с силой сжать ее в объятиях. — На тебя в этом плане совершенно нельзя положиться. Ни королевская корона на голове, ни пережитые испытания не отменят того, что ты совсем еще ребенок, плохо знающий людей.

— Иногда о людях лучше бы знать поменьше…

Глава 22

Нейри поднялся с кресла, дошел до стола и, обернувшись, торжествующе посмотрел на Рейлора с Эданом. Только после этого он, как ни в чем ни бывало, налил себе стакан воды.

Кто бы мог подумать, что всего несколько шагов без посторонней помощи могут вызвать такой прилив радости и гордости. Хотя еще месяц назад счастьем казалась возможность просто сидеть в кресле и пользоваться собственными руками. Нейри постоянно сравнивал себя с младенцем, который шаг за шагом постигает управление своим телом, и удивлялся тому, что много лет принимал все это как должное. Теперь, даже если он полностью поправится, то никогда не устанет удивляться вновь обретенной способности двигаться.

Вот бы поскорее показаться Шафире и порадовать ее очередной победой. Нейри улыбнулся предвкушая ее удивление и радость. Она так искренне ликовала, видя каждый его успех, что просто невозможно было не стремиться к новым. Ради Шафиры. Как жаль, что не она первая увидела эти самостоятельные шаги. Но Нейри не решился сделать их в ее присутствии, опасаясь неудачи. Теперь же он уверен в себе, и уже сегодня вечером Шафира увидит, как он ходит, не опираясь на чужие плечи.

— Скоро ваше величество перестанет нуждаться в наших услугах, — шутливо посетовал Рейлор.

— Бросьте, герцог, — Нейри чуть нахмурился. — Я всегда буду нуждаться в вас. И, видят богини, вы оба мне нужны вовсе не для того, чтобы поддерживать под руки. Кроме того, сколько можно говорить, перестаньте обращаться ко мне как к королю. Ваш… и мой король сидит на троне в Тиарисе.

— И, похоже, спустя несколько лет он сможет присоединить к своим владениям Латирэ, — Рейлор скорее спрашивал, чем утверждал.

— Это не совсем так, — Нейри сделал несколько шагов обратно до кресла, и не смог сдержать гримасы боли.

В душе он горячо поблагодарил обоих мужчин, что не бросились ему на помощь и сделали вид, что не заметили с каким трудом ему дался обратный путь.

— Вы получили вести из Дайрии? — Таскилл как ни в чем ни бывало продолжил разговор.

— Привыкайте к тому, что вскоре Дайрия станет зваться Эларом, как три века назад. Валтор Малтэйр уже подготовил закон об объединении. Но столицей восстановленной империи будет объявлен Тиарис. Заранее сочувствую нашем аристократам, когда они утратят статус столичных жителей. Интересно, сколько из них со временем переберутся в Тиарис?

— Могу заверить, что мои родители будут в числе первых, — усмехнулся Эдан Линсар. — Собственно, они уже собираются. Матушка жаждет наконец-то ощутить себя королевской тещей, а отец… Он все еще обижен на ваше… на вас за то, что так и не обрел после смерти Йеланда реальной власти в королевстве. Представляю, насколько велико было бы его возмущение вашим решением отказаться от короны в пользу Малтэйра, если бы не вышло так, что это делает Тэсс королевой империи. Теперь он, как отец королевы и тесть короля надеется получить при дворе Малтэйра то, чего был лишен здесь.

— Мне жаль, что герцог Линсар таит обиду на меня, — Нейри покачал головой. — Однако, боюсь, что и при дворе короля Валтора его ждет разочарование. Малтэйр не из тех, кто перекладывает бремя власти на чужие плечи. По крайней мере в том, что касается серьезных решений. Впрочем, полагаю, на место канцлера эн Оро вполне может рассчитывать. Насколько мне известно, место Фрэлома Табрэ, подавшего в отставку больше полугода назад, по-прежнему свободно.

— Надеюсь, отец его получит. Ну а маменька будет и вовсе счастлива, обретя кроме родства с монархами еще и статус жены верховного канцлера.

— Значит, ваши родители скоро переберутся в Тиарис. А вы, эн Эдан? Не думаете последовать за ними? — Нейри очень старался, чтобы вопрос звучал спокойно и безразлично. — Ведь ваша сестра…

— О моей сестре и без меня найдется кому позаботиться в Тиарисе, — перебил Линсар. — Нет уж, я останусь тут, пока вы согласны терпеть меня.

— Разве вы не скучаете по Лотэссе?

Опасный вопрос. Ведь точно такой же можно задать ему самому. И положа руку на сердце он должен будет ответить положительно. Он всегда будет скучать по своей несбывшейся судьбе. Однако стоит порадоваться хотя бы тому, что тоска больше не причиняет боли, уступив место светлой грусти и любви, свободной от всяких ожиданий.

— Конечно, скучаю, — Эдан откинул темные волнистые пряди со лба. — Мы с ней пишем друг другу чуть ли не каждый день, с тех пор, как она вернулась в Тиарис. Хотя я до сих пор не могу простить Малтэйру, что не известил меня о ее похищении.

— Мне тоже сложно это простить, — кивнул Нейри. — Однако известия дошли бы до нас немногим раньше, чем Валтору удалось вернуть Тэссу. Удивительно все-таки все сложилось. Айшел Имторийский мертв. Отравлен собственным сыном, кто бы мог подумать.

— А мне кажется, вполне закономерный конец, — возразил Рейлор. — Грызню этих двоих и раньше обсуждала вся Доэйя, а после захвата Латирэ их отношения переросли в откровенную войну. Понятно было, что одному из них придется отправиться за Грань по воле другого. Однако, я бы поставил на Айшела.

— Но вышло так, что мертвы оба, — Эдан Линсар обвел собеседников задумчивым взглядом. — Тэсса писала, что ее спас Изгой. Трудно в это поверить, но я знаю, что она не станет лгать.

— И я верю ей, — Нейри на миг прикрыл глаза, вызывая в памяти знакомый образ. — Верю, но не жду ничего хорошего от его вмешательства. У Изгоя свои планы на наш мир, и он уж точно не станет делать ничего, что идет вразрез с ними. Возможно, его устроила междоусобица в Имтории, хотя сторонники законной династии быстро положили ей конец, отстояв трон для принца Кайлира. Я далек от мысли, что действовали они бескорыстно из патриотизма и преданности сыну Айшела. Просто Кайлир молод, мало смыслит в политике. Не один год им можно будет управлять, дергая за нитки. Боюсь, Имторию ждет судьба Элара времен правления моего брата.

— Остается лишь порадоваться, что эти времена для нас миновали, — заметил Рейлор. — А всерьез жалеть имторийцев, после того, что натворили Айшел и его бастард, я не смогу при всем желании.

— Вы не правы, Рейлор. Конечно, жалеть стоит не о королевской семье, а о людях, которых теперь ждет незавидная участь. Казна разоренная войной, слабый правитель, дрязги у трона. Увы, все это отразится на народе. Однако соглашусь с вами в том, что нам надлежит прежде всего думать о народе собственном.