Литта Лински – За Гранью. Книга 1 (страница 46)

— Что ж, — Торн внезапно помрачнел. — Если вашему величеству угодно устроить мою жизнь по своему усмотрению, я откажусь от союза с Альвой Свелл, хотя вряд ли желаю чего-нибудь сильнее, чем этого, — каждое слово отдавало горечью. — Но в обмен на покорность прошу позволить мне хотя бы забрать ее из Фьерры. В конце концов, я обязан этой девушке жизнью… как и ты. Если бы не она, я был бы мертв и вопрос моей женитьбы отпал бы сам собой.

— Успокойся, Элвир, — король поймал себя на том, что испытывает вину, хотя по-прежнему был убежден в своей правоте. — Мне не по душе твой выбор невесты, но я не запрещаю тебе жениться на этой девице. По правде сказать, из двух твоих требований неравный брак тревожит меня меньше твоего намерения отправиться в зараженную провинцию Элара. Я предлагаю сделку — ты можешь взять в жены эту свою Альву, но пусть за ней едет кто-нибудь другой. И пусть выждут пару недель на границе, прежде чем доставить ее в Тиарис, чтоб быть уверенными, что она и ее сопровождающие здоровы. Согласись, я прошу не так уж много.

— Соглашусь. И все-таки я должен поехать за ней сам.

— Но почему? — Валтор утратил самообладание. — Что за блажь?!

— Я должен! Она спасла мне жизнь. Я дал клятву.

— Какую клятву? Кому? — король чувствовал, что сейчас взвоет.

— Неважно, — отведя глаза, пробормотал Элвир.

— Ты ведешь себя как упрямый мальчишка! Нет, скорее ты похож на Лотэссу Линсар. Голова забита нелепыми идеями, а с языка слетают загадки.

При упоминании Лотэссы Элвир вздрогнул, будто его ударили.

— Валтор, я знаю, как это выглядит со стороны и все же прошу тебя…

— Мы вернемся к этому разговору позже, — оборвал король. — А сейчас, если ты не забыл, нам обоим пора на прием. Сантэрские послы не будут ждать, пока мы уладим личные дела.

— Неужели ты не понимаешь, что я не могу ждать? — в голосе Торна слышалась мольба.

Но Валтор предпочел остаться непреклонным, хотя в душе его мутило от выбранной линии поведения. Он сочувствовал Элвиру и почти ненавидел его, однако был не в силах вынести решение прямо сейчас. Посольский прием оказался удобным предлогом, чтоб хотя бы на время отложить тягостный разговор.

— Один вечер ничего не изменит, — Валтор говорил, не глядя на друга. — Ступай. Через полчаса мы оба должны быть в Небесном зале.

Торн ничего не ответил, развернулся и вышел из кабинета. На сердце у короля стало совсем паршиво. А ведь впереди несколько часов пустых придворных любезностей и показного благодушия.

В честь вступления в должности новых послов Сантэра в Ортейне устраивался традиционный прием, на котором соберется весь цвет дайрийской знати. А значит его ждут бесконечные разговоры и ни минуты для того, чтоб спокойно обдумать дикие планы Элвира.

Поправляя тяжелую серебряную цепь с сапфиром и водружая на голову корону, Валтор думал, что будь он хоть трижды королем, это не дает ему права распоряжаться судьбой друга по своему усмотрению. То есть, формально такое право у него имеется, но кем он будет в глазах Элвира и в собственных, если воспользуется им?

Он не может запретить Элвиру выбрать в жены девушку, которая покорила его сердце. Довольно того, что он сам лишен такого права. Но одно дело король, а другое — первый маршал. Не Элвир должен за счет брака укреплять положение государства. В конце концов, он не принц и даже не герцог.

Шагая по коридорам и галереям, Валтор прощался с планами женить лучшего друга на какой-нибудь кудорской княжне или герцогине Валэйна. Нет так нет. Вряд ли подобный союз сулил сулил какие-то реальные выгоды, а так, по крайней мере, Элвир будет счастлив.

Да, будет, если, конечно, девушка выживет и ее привезут в Дайрию. Стоило вспомнить, где обретается бесценная дама сердца Торна, как мысли короля приняли еще более мрачное направление.

В Небесный зал Валтор вошел в отвратительном расположении духа. Над стеклянным куполом, давшим название залу, вместо звезд на черном небе клубились грязноватые тучи. Хотя шумное пестрое сборище сановников и придворных это вряд ли печалило. Как, впрочем, и сантэрские послы. Почетные гости еще не явились, но это никого не беспокоило. Зато стоило королю войти в зал, как его окружили со всех сторон, пытаясь урвать хоть каплю монаршего внимания.

Привычные светские любезности, и в обычное-то время претившие Валтору, сейчас казались особенно невыносимыми. Он поискал глазами Торна. Тот стоял чуть поодаль, беседуя о чем-то с эном Табрэ. Как только явятся послы, они оба, как и Риз Нолан, займут место подле короля.

Но пока вместо главных советников возле него стояла маркиза Винелл, словно демонстрируя, что имеет на это право. Вызывающее поведение Мирис в последнее время и без того раздражало, а сегодня показалось и вовсе переходящим все границы. Надо будет прекратить эти бессмысленные отношения. Единственное достоинство маркизы Винелл — привлекательная внешность, прочее — лишь рисовка, включая ее увлечение поэзией. Мирис Винелл по сути довольно ограниченная и неприятная женщина, мелочная, ревнивая и мстительная. В полной мере она себя проявила по отношению к Лотэссе Линсар, когда та явилась на ее поэтический вечер.

Вспомнив о Лотэссе, король поискал ее глазами. Он ведь распорядился, чтобы эларка присутствовала на приеме в честь послов. Он довольно быстро отыскал девушку в толпе придворных. Ее трудно было не заметить. Кажется ни одну даму в зале не окружало столько мужчин. Отчасти их можно понять.

Лотэсса и впрямь была особенно хороша сегодня: роскошное платье в сочетании белых и лиловых тонов, жемчужная диадема, венчавшая замысловатую прическу. Одежда и украшения лишь оттеняли и подчеркивали природную красоту, создавая ослепительный образ. Однако вместе с восхищением красота девушки вызывала досаду и гнев, потому что Лотэсса Линсар явно пользовалась своей привлекательностью, на которую как мотыльки на огонь слетались рыцари дайрийского двора. Изгой бы побрал эту девчонку!

— Это возмутительно, — шепот маркизы Винелл прозвучал в унисон его размышлениям. — Ваша эларская гостья совсем забыла свое место, ваше величество.

Несмотря на то, что поведение Лотэссы злило его, Валтор не собирался соглашаться с завистливой фавориткой, которую про себя уже почитал бывшей.

— А где же по-вашему ее место, эна Мирис? — насмешливо спросил король.

— Если вам угодно знать мое мнение, то этой девице не стоило бы покидать свои покои. Я бы к ней еще и стражу приставила. Любому ведь ясно для чего ей все эти мужчины.

— И для чего же?

— Она эларская шпионка, я в этом убеждена, — эти слова маркиза произносила столь проникновенно и с таким серьезным выражением лица, что Валтор не удержался от улыбки. — Мне жаль, что при всей вашей проницательности ваше величество не видит столь очевидных вещей.

— Вы явно недооцениваете мою проницательность, эна Мирис. Можете не сомневаться, эту версию мы с эном Торном проверили прежде всего.

Он не стал добавлять, что не получив доказательств того, что Лотэсса Линсар шпионит на Ильда, они не имели так же веских опровержений ее неблагонадежности. Правда, за все время пребывания эньи Линсар в Ортейне людьми Торна и Нолана, приставленными следить за ней, не было перехвачено ни одного послания. Да и в поведении девушки не было ничего подозрительного. Однако это не повод полностью сбрасывать со счетов вполне естественные подозрения. Если уж такая недалекая особа как Мирис пришла к тем же выводам…

— Я бы еще поняла, если бы она выделяла хоть кого-то из поклонников, — продолжала меж тем маркиза, — но она держит их всех подле себя, не выделяя никого. Значит, они нужны ей все. Какой же может из этого следовать вывод? Либо Лотэсса Линсар — эларская шпионка, либо — чрезвычайно развращенная женщина.

— И это говорите вы? — Валтор не мог сдержать иронию, да и не хотел.

— А что такого? — взвилась в ответ Мирис.

Очевидно роль королевской любовницы считается столь почетной, что фаворитки мнят себя выше законов морали. Однако вряд ли сейчас подходящий момент, чтоб разъяснять маркизе Винелл, что ее статус, по сути, лишает ее права рассуждать о добродетели других женщин.

Тут герольд наконец торжественно объявил послов Сантэра. Валтор вздохнул с облегчением. Теперь не меньше получаса он сможет думать о своем, пока старший посол будет зачитывать приветственную речь, полную лживых заверений в вечной дружбе.

Рассматривая послов, король привычно дивился их нелепым беретам, обилию чересчур крупных драгоценных камней и тесьмы, украшавших камзолы странного покроя. Все-таки сантэрская мода столь же уродлива, как принцессы этой страны.

Старший посол, как и ожидалось, распинался, стараясь доказать расположение своего монарха к Дайрии, хотя и последнему идиоту ясно, что выступи против них Элар, сантэрский король поддержит извечного союзника. Единственный способ хоть как-то изменить расклад — жениться на страшной как шаэла принцессе Аглаис. Еще пару месяцев назад такая мысль казалась Валтору Дайрийскому дикой, но сейчас он смотрел на это с другой стороны. Возможно, брак с уродиной — не самая высокая плата за нейтралитет Сантэра, если придется одновременно воевать с Эларом и Имторией. Об этом стоит подумать, если угроза эларского вторжения станет очевидной.

При мысли о браке король невольно отыскал глазами Лотэссу Линсар. А ведь прошлой весной он всерьез рассматривал ее в качестве будущей королевы Дайрии. Какая злая ирония, взять в жены самую уродливую принцессу Доэйи вместо самой красивой. Валтор почти пожалел, что не выполнил тогда своего намерения. Теперь он бы не стоял перед столь неприятным выбором. А Лотэсса стояла бы рядом, а не кокетничала с половиной дайрийского двора.