Литта Лински – На Грани (страница 78)

Однако следы присутствия загранного создания явственно проступали на шее Нармин и запястьях Лотэссы, не говоря уже обо всем перевернутом, сломанном и разбитом. Нармин, все еще со свистом вдыхавшая и выдыхавшая, только сейчас поняла, что тихонько подвывает. Провела рукой по шее, пальцы окрасились кровью. Лотэсса, сидя на полу, терла запястья, приобретшие багрово-черный оттенок. Альва, бросив лук, металась между обеими. Она рывком подняла на ноги сначала Лотэссу, затем Нармин.

— Не думаю, что нам стоит оставаться здесь, — Альва изо всех сил пыталась скрыть дрожь в голосе. — От стражи все равно никакого толку.

Обе пострадавшие от чудовища девушки закивали, выражая согласие со своей спасительницей.

— Нужно пойти к королю, — предложила Нармин, при каждом слове ощущая боль в горле. — Пусть он решает, что делать.

От одной мысли, что вскоре она увидит Валтора, окажется под его защитой, жрице стало намного лучше. Она даже готова была снова пережить весь этот ужас, лишь бы иметь возможность получить утешение любимого мужчины. Может быть, он даже обнимет ее, займется ранами на шее…

— Только не к нему! — Лотэсса поспешила все испортить.

— Мы пойдем к протектору, — решила за всех Альва.

Ну разумеется! Нармин обреченно смолчала. Она отчаянно хочет к королю, Лотэсса так же отчаянно не хочет к нему, а Альва, естественно, хочет к протектору, который ей покровительствует, и все ее послушаются. Ладно, она им обеим все-таки жизнь спасла. О том, что первой на ее защиту бросилась надменная энья Линсар, думать было тяжело. Не то чтобы жрица не испытывала благодарности, смешанной с удивлением, просто сложно так быстро поменять отношение к человеку, которого вроде как терпеть не можешь.

Выйдя из покоев и представ перед изумленными стражниками, три растрепанные девицы потребовали сопроводить их к протектору. Стражи, надо отдать им должное, быстро смирились с тем, что просить объяснений бессмысленно. Один из гвардейцев молча повиновался, остальные старательно отводили глаза.

Идя последней, Нармин разглядывала спутниц со спины и пыталась оценить, как выглядит сама. Из Альвиной прически выбилась половина локонов, а у Лотэссы жемчужная сетка для волос болталась, непонятно каким чудом вообще держась на голове. Ткань платья треснула на плече, и девушка зажимала разрыв рукой, чтобы не дать сползти.

Эн Элвир открыл дверь, застегивая на ходу рубашку.

— Какого демона?! — выругался он, узрев, кто к нему пожаловал, и оценив внешний вид гостий. — Ты цела, крысенок? — он подался к Альве, схватил ее за плечи, повернул вправо и влево, оценивая повреждения. Очевидно, подопечная интересовала его больше, чем сиятельная энья Линсар. — Что случилось?

— Тварь из-за Грани, — ответила Альва, которую почему-то назвали «крысенком». Слово вроде обидное, но сказано было с такой искренней теплотой, что заподозрить желание оскорбить просто невозможно.

— Мог бы и догадаться, — с досадой проговорил протектор, впуская девушек. — Кто еще мог сотворить подобное? Разве что эна Линсар в порыве родительской заботы о благе дочери…

Лотэсса нервно хихикнула, Альва отвела глаза, кусая губы, чтобы скрыть улыбку. Ей, в отличие от Лотэссы, смеяться над шутками про герцогиню положение не позволяло.

— Садитесь, дамы, — протектор жестом указал на кресла и стулья. — Рассказывайте. Только постарайтесь не перебивать друг друга.

Затем он направился к резному шкафу и достал графин с рубиновой жидкостью.

— Я не буду это пить! — Лотэсса замотала головой, едва увидев графин.

— Ваше право, — Торн пожал плечами. — Но вам всем не помешало бы немного успокоиться. Это поможет. Дэнья Свелл? Нармин? — он предложил напиток обеим девушкам, но те отказались. Альва, наверное, из подражания своей госпоже, а Нармин — чтобы не пить в одиночестве.

Решив вопрос с выпивкой, эн Элвир приступил к расспросам. Альва довольно лаконично поведала о случившемся. Ей было проще всего рассказывать, потому что она все-таки наблюдала за происходящим со стороны. А Нармин и Лотэсса как жертвы чудовища вряд ли сумели бы изложить события связно и последовательно.

— Значит, ваша магическая защита бесполезна, да, Нармин? — он обратился к жрице, а та почувствовала себя обманщицей.

— Нет, она действует, — неожиданно выручила жрицу энья Линсар, избавив от необходимости объяснять, что магия защищала лишь саму служительницу Маритэ. — Но мы почему-то не учли, что это создание может с легкостью убивать и без магии. По крайней мере, беззащитных женщин. А ваши милые стражники, разумеется, ничего не слышали или были околдованы.

— Не могу не порадоваться собственной предусмотрительности, — заметил мужчина. — Обычная стрела в умелых руках оказалась куда полезнее всяких там даров богини. Какая же ты умница, кры…

— Эн Торн! — Альва глянула на своего покровителя очень выразительно и очень недовольно.

— Я горжусь вами, дэнья Свелл! — как ни в чем не бывало закончил тот. А потом вновь обернулся к Нармин. — Дайте-ка взглянуть на вашу рану, — он осторожно прикоснулся пальцами к ее шее. — Так, синяки, царапины, в принципе, ничего трагичного… если бы дело касалось мужчины. Но вы создания более нежные. Хотя, думаю, все равно вмешательства лекаря можно избежать.

Протектор открыл один из ящичков все того же шкафа и достал небольшую костяную баночку. Внутри была какая-то сероватая мазь, на ощупь оказавшаяся холодной и вязкой. Раны на шее начало саднить, но это быстро прошло.

— Посмотрите, пожалуйста, руки эньи Лотэссы, эн Элвир, — попросила Альва.

— Альва! — с укором воскликнула Лотэсса, очевидно, не желавшая привлекать к себе внимания.

Торн бесцеремонно задрал рукава лотэссиного платья и выругался… на этот раз куда более сильно.

— Что это?! — он поднес запястье девушки к лицу. Черно-багровые «браслеты» на обеих руках стали словно шире и ярче. — Почему на шее у Нармин нет ничего подобного? Обычная рана от сильных мужских рук с длинными острыми ногтями. А это…

— Наверное, магия, — неуверенно предположила Лотэсса, теперь позволяющая себе морщиться от боли.

— Но ведь этот самый дар Маритэ должен был защитить вас от магического воздействия. И защитил же Нармин… ее одну, — задумчиво потер пальцами подбородок Торн. — Нармин, ваш дар защищает только жриц, да?

— Я не знала! — на глаза девушки навернулись слезы, вызванные стыдом и страхом. — Клянусь, не знала! Я же никогда до этого не сталкивалась с чудовищами и не имела возможности проверить!

— Что ж, теперь мы знаем, — вздохнул Торн. — Остается лишь еще раз порадоваться тому, что мы не проявили беспечность, полностью полагаясь на ваш дар, — затем он вновь обернулся к Лотэссе. — Что же с этой дрянью делать? Лекаря звать бессмысленно — не поможет.

— Можно послать за Энлил, — негромко предложила Альва.

— Молодец, крысенок! — опять протектор забылся, обращаясь к Альве столь фамильярно, но той было не до обид. — Только посылать мы не будем, слишком долго. Кто знает, сколько у нас времени и чем это грозит. Я сам отвезу энью Линсар к колдунье.

Торн вышел и вернулся с плащом, который надел на Лотэссу, несмотря на ее сопротивление.

— Я никуда не поеду с вами! — протестовала девушка. — Какое вам вообще дело? Вам же на меня наплевать, — с горьким сарказмом добавила она.

— Это не так, — спокойно возразил протектор, затягивая завязки плаща. — Мне не может быть безразлична судьба будущей королевы и жены моего лучшего друга.

— Да провалитесь вы за Грань со своей заботой! — выругалась Лотэсса, не переставая потирать запястья.

— Дамы, — обратился Элвир к двум оставшимся девушкам. — Вы должны немедленно отправиться к его величеству и все рассказать. Я бы сделал это сам, но…

— Конечно, мы пойдем, — поспешила заверить Нармин, не веря неожиданному счастью.

Она все-таки увидит своего короля, пусть даже ей придется признаться в своем обмане насчет дара. Торн объяснил Альве, как найти королевские покои, затем подхватил на руки Лотэссу, не желающую двигаться с места, и они все вместе вышли в коридор.

Девушки двинулись в одну сторону, протектор с Альвой — в другую.

— Простите, что был груб с вами на балу, энья Линсар, — донесся до них удаляющийся голос Торна. — Очень больно?

Через десять минут девушки были у королевских апартаментов. Альва робко постучала, а Нармин не могла разобрать, какой звук громче — стук в дверь или стук ее собственного сердца. Король открыл на удивление быстро. В отличие от Торна, он был почти полностью одет, разве что без камзола, и очень мрачен. Но при взгляде на девушек мрачное выражение лица сменилось сначала удивленным, а затем — встревоженным.

— Где Лотэсса? Что с ней? — были его первые слова.

Ну кто бы сомневался… Нет, чтобы озаботится состоянием тех, кто стоит перед ним! Так нет же! Где Лотэсса и что с ней — вот все, что его занимает, с горечью подумала Нармин.

— Жива, — поспешила успокоить короля Альва. — Эн Торн повез ее к Энлил… колдунье.

— Она ранена? Заколдована? — Валтор был немногословен.

— Ранена, — Альва тоже старалась быть лаконичной.

— Вы даже не спрашиваете, что с нами случилось! — с обидой произнесла Нармин, напоминая о себе.

— Догадываюсь, — мрачно ответил король. — Чудовище? — он скорее утверждал, чем спрашивал.

Девушки согласно кивнули. А Нармин, не выдержав, пожаловалась: