Лицо ночи – Гарри Поттер и Долги Совести (страница 22)

Пятый курс приближался…

Глава девятая: Сегодня самый лучший день — сегодня битва с дураками

У Драко Малфоя был план. Это был крайне идиотский план, но сам он этого не знал, а подсказать было как–то некому. С тех самых пор, как его отец трагически погиб при «дружеском визите на дом к Герою Магического Мира», практически все состояние Малфоев принадлежало ему. А вместе с состоянием все политическое влияние, все связи и знакомства Люциуса… Эта огромная власть находилась в руках дурака — катастрофа только и ждала нужного момента, чтобы произойти. И она произошла, уже на четвертый день его учебы на пятом курсе школы Хогвартс…

С тех самых пор, как семнадцать его ближайших сподвижников, отправленых на дом к Гарри Поттеру, остались там навсегда, в стане возродившегося Волдеморта ощущалась острейшая нехватка кадров. Некому было тихонько действовать–злодействовать в Министерстве, фактически не с кем было планировать освобождение его сторонников из Азкабана… А, учитывая его нынешний внешний вид, все начинать с нуля тоже было крайне проблематично — уж больно страшен он стал для того, чтобы набирать сторонников, пользуясь своим, некогда неотразимым, шармом…

И решить эту проблему поручено было Драко (как говорится: на безрыбье и рак — рыба). Малфой–младший был — это все уже поняли — далеко не гений, но кое–какая хитрость у него имелась. Целью плана было взятие в заложники… ну, не совсем заложники, но не суть, наследниц и наследников тех чистокровных семей, что на сторону Темного Лорда не вставали — для дальнейших с ними переговоров. И тут–то Драковская хитрожопость себя и показала, ибо решил он идти не путем грубой силы, а совершенно иным. Таким образом, чтобы все получилось законно, и никто бы и вякнуть не сумел. Идею он, вообще–то, позаимствовал у Гарри Поттера (хотя предпочел бы поцеловать взасос дементора, чем признать это), а точнее: Драко задумал подогнать события так, чтобы все было похоже на произошедшее во время Второго Тура…

То есть нужно спасти кому–нибудь жизнь, с таким расчетом, чтобы после этого возникшая связь вылилась во что–то такое, что даст ему власть над несостоявшейся жертвой. Тут, конечно, возникали определенные трудности: обычный Долг Жизни не предусматривает ничего столь радикального, а вейл на всех не напасешься, да и вообще, не о них речь. Но, как уже было сказано, политического влияния новоиспеченному Лорду Малфою было не занимать. Подергав за все доступные ему ниточки и раздав столько взяток, что впору сверяться с Книгой Рекордов Гиннеса, он привел в готовность закон, который немедленно преобразует все прямые Долги Жизни (то есть не те, что перешли от предков) в Узы Повиновения — по сути — рабства. Это форма магического контракта была благополучно забыта три–четыре столетия назад, ею уже никто не пользовался, но вот отменить ее руки как–то ни у кого не дошли. Все, что ему оставалось — это спасти энное количество жизней.

Тут он опять принялся — за отсутсвием не только мозгов, но и воображения — копировать Гарри Поттера (опять же, он бы в это ни за что не сознался). Как очкарик спас человека в первый раз? Правильно — когда по школе тролль гулял, а Грейнджер окопалась в туалете. Оставалось лишь повторить это в более крупном масштабе. Тролля он с подручными уже заготовил, место действия так же было выбрано… И все что оставалось, это героически придти на помощь кучке перепуганных волшебников и волшебниц, вырубить тролля одним могучим заклятием (он же Лорд Малфой как–никак) — и дело в шляпе.

Драко по незнанию, или просто потому, что дурак, в упор не замечал как минимум две громаднийшие дыры, что зияли в его плане:

— Во–первых, обычный Долг Жизни тварь, несомненно, тупая, злобная и куда менее разборчивая, чем его аналог у вейл. Но даже он не возникнет, если спаситель собственноручно, а главное, намеренно поставил жертву в опасную ситуацию.

— Во–вторых, тролль это вам все–таки не кусачая болонка, бой с ним может плохо кончиться и для взрослого волшебника. И «могучее заклятие» вполне могло и не сработать, и не только из–за… посредственности потенциального троллеубийцы, но просто потому, что на этих существ магия действует так себе…

В общем, Малфой был близок к тому, чтобы обречь на не самую веселую смерть множество юных магов и колдуний, что было бы величайшей трагедией в истории Хогвартса, и, скорее всего, спровоцировало бы ее закрытие… И угадайте, кому же пришлось расхлебывать всю эту кашу? Правильно — Гарри Поттеру!

Драко Малфой прятался за углом коридора, ведущего в Больничное Крыло, пока что все шло как надо. Около дюжины его будущих прислужниц уже собрались тут с острой головной болью. Странное дело, что пока это были лишь волшебницы… может быть, то зелье, которое его домовик добавил в блюда его мишеней за обедом, действовало быстрее на женщин? Впрочем, неважно, мадам Помфри их так просто из своих владений не выпустит, а значит, все успеют собраться… Задание Лорда будет выполнено…

И именно тут все пошло наперекосяк. Первым сигналом был оглушительный рев — рев разгневанного тролля, который выходит на тропу войны. И этот рев означал, что монстр уже близко, что его тупоголовые сообщники освободили его слишком рано… Выглянув из–за угла, Драко увидел, как чудовище ударом дубины выбивает дверь в Больничное Крыло, будь тут кто–то из ныне уже не существующего Золотого Трио, он бы подтвердил, что тролль был покрупнее того, с которым они имели дело четыре года назад…

Несколько мгновений спустя из больницы донесся нестройный хор перепуганных криков, визга и суматошно творимых заклинаний… Малфой чертыхнулся: все шло не так, теперь он не заполучит и половины тех, на кого нацеливался, но тут уже ничего не поделаешь… придется играть в героя прямо сейчас.

Когда несколько секунд спустя он ворвался вслед за троллем, тот уже успел разнести несколько коек. Девушки жались к стенкам, их первые попытки оказать сопротивление провалились, и остатки боевого духа исчезли бесследно… Пришел его час!

— Аркура — Кассура-Спинакракус! — выкрикнул Драко, взмахнув палочкой и…

Ничего не произошло, только тролль, привлеченный громким голосом, отвлекся от своих предыдущих целей. И несколько секунд разглядывал еще одну козявку, которая что–то вопила, чем–то тыкала в его сторону и вообще, вела себя вызывающе… Надо сказать, тролль был не один такой: в Больничном крыле зависла тишина, ибо все девушки также с немалой долей недоумения глядели на Драко Малфоя, который вдруг решил поиграть в героя… И притом, каким–то совершенно непонятным способом. Видимо, он хотел наложить заклятие… заклятие, о котором никто из них не слыхал (что неудивительно, ибо оно было из числа тайных чар, составленных древними Малфоями, котрые не пожелали делиться)… Но что самое главное — это заклятие не сработало…

Драко Малфой на несколько секунд застыл с разинутым ртом, в его плане как–то не было предусмотрено возможности того, что все накроется медным тазом. Так он и стоял, пока троллю это не надоело, лениво отмахнувшись от него левой рукой, он вернулся к созерцанию множества куда более интересных целей, и снова поднимая дубину…

От ленивого касания лапищи тролля Драко улетел обратно в корридор, где и стек по стене на пол…

У Гарри сегодня день явно не заладился. Сперва Габриэль ночью приснился кошмар, и она подняла и его, и Флер с постели в четыре часа утра. От этого утром все были мрачными и не очень дружелюбными, а мрачная Габриэль — это что–то, за завтраком от нее исходила такая аура, что никто не дерзал сесть в паре метров от нее. Флер убежала на работу — в Гринготтс (Гарри так до конца и не понял, как именно утрясли тот факт, что она жила в Хогвартсе, хотя делать ей тут, по сути, и нечего). И день вроде как начал налаживаться… так нет же — прицепилась эта мигрень.

Вспоминая ругательство позаковыристее, Гарри направлялся в Больничное Крыло, попросить чего–нибудь подходящего и надеясь, что мадам Помфри не понесет, и та не пропишет ему неделю–другую постельного режима… Впрочем, в это случае можно будет попытаться выбить клин клином, и наслать на нее сестер Делякур, просто чтобы посмотреть, кто же кого переупрямит…

Его размышления были прерваны криками ужаса впереди… именно со стороны Больничного Крыла. Все–таки с Омутом Памяти времени он даром не терял: еще не поняв, что собственно не так, он уже выхватил палочку. Поколебавшись долю мгновения, он бросился вперед — слова того гостя из иного мира, что вообще–то спасать всех — не дело для школьника, не прошли даром… но уйти просто так он тоже не мог.

Секунд двадцать спустя он уже был в коридоре перед дверью, и потому мог лицезреть небезынтересное зрелище: вылетающего оттуда Драко Малфоя. Встреча последнего со стеной явно прошла для него неудачно… А потом раздался до противного знакомый рев, и, замерев в дверном проеме с палочкой наизготовку, Гарри ничуть не удивился, увидев тролля. Удивился он — правда, уже задним числом — тому что он эту зверюгу не унюхал. То ли этот представитель кокосоголовых был чистюлей, то ли его кто–то помыл. Кроме тролля в Больничном Крыле еще почему–то обнаружилось около десятка учениц… «Почему они здесь? Не только у меня, что ли, голова заболела?»