LitaWolf – Жена по обмену. Любить нельзя забыть (страница 12)
Сегодня Регина почти с нежностью вспоминала вчерашние сутки. Для Кристины, скорее всего, это был бы обычный рабочий день, но для неё…
К ней постоянно приходили сотрудники, у каждого были какие-то дела и вопросы. Подсовывали папки, файлы, документы. Всё это нужно было читать, проверять, подписывать.
Совещание, кстати, которого так боялась Регина, прошло на удивление гладко. Вёл его Олег, а ей приходилось лишь иногда вставлять короткие комментарии.
Беда пришла откуда не ждали – от Евы.
Секретарша заглянула к ней после обеда.
– Кристин, – с порога сказала она. – Помнишь, ещё летом я давала тебе бабулину тетрадку? Мать мне уже всю плешь проела – что-то ей там пригорело! Вернёшь?
Что за тетрадка? О чём она?! В желудке моментом образовался холодный липкий ком предчувствия неразрешимой проблемы.
– Хорошо, – тем не менее, кивнула Регина. – Я принесу.
Ева улыбнулась и выскользнула из кабинета.
Регина с досады стукнула кулаком по столу. Тут водишь за нос целую организацию, меньше чем за сутки проникаешь в постель к банкиру, а приходит какая-то блондинка и в две секунды ставит тебя раком!
Какую тетрадку Кристина у неё брала? Где она её хранит? Может, здесь, в кабинете?
Девушка начала судорожно выдвигать ящики стола, просматривая их содержимое. Никаких тетрадок!
Результатов не дал и обыск шкафа. Дома, что ли, эта тетрадка? Только вот у кого дома? У Кристины или у Кравцова? Если первое, то о тетрадке можно смело забыть. И зачем вообще Кристине могла понадобиться тетрадка Евиной бабушки?
Регина достала из сумки второй, конспиративный мобильник. Вышла в Ватсап и отправила нанимателям вопрос, не знают ли они, какую тетрадку может просить Ева. Ответ пришёл уже через минуту: «Не знаем. Придумай что-нибудь».
Придумай! Чёрт!
Сказать, что потеряла? Нет, не выход. Похоже, тетрадка дорога Евиной семье. Да и Кристина – ответственный человек, вряд ли могла так безалаберно отнестись к чужой вещи.
Что же делать?
В таком расстроенном виде её застал Игорь Морозов – начальник фондового отдела и друг Олега. Это был первый человек за сегодняшний день, явившийся к ней без бумаг в руках.
Поболтать зашёл? Интересно, о чём? Ей, честно говоря, Евы выше крыши хватило!
– Как ты, Крис? – спросил Игорь, присаживаясь на стул. – Извини, что раньше не заглянул. С делами закрутился.
«Я бы тебя извинила, даже если бы ты вообще никогда ко мне не заглядывал!» – подумала про себя Регина. А вслух сказала:
– Брось, у нас тут у всех куча дел. Как я? Огурцом! В нашем банке по-другому не получается.
Мужчина рассмеялся.
– Если ты ещё не забыла, у меня день рождения через неделю, – сказал он. – По традиции хочу отметить его на даче. Как насчёт отдохнуть на природе?
Да уж, забудешь ваши дни рождения! Она часа полтора потратила, чтобы заучить эти даты – их аж восемнадцать штук было в списке.
– Кто ж откажется-то! – улыбнулась Регина. – А ты нас с Олегом по отдельности приглашаешь? – она посмотрела с нарочитым укором.
– А я пока и не приглашаю, – Игорь послал ей ответную улыбку. – Просто спрашиваю. Мало ли ты…
– Разлюбила природу? – вставила девушка. – Смешной ты. Ну какие тут могут быть вопросы – конечно, приедем.
Мужчина довольно сложил губы. А потом посмотрел на неё как-то… изучающе что ли.
Да что ж за наказание! Мало ей Кравцова с его нечитаемыми взглядами и неразгадываемыми полуулыбками. Если так и дальше пойдёт, скоро все, вплоть до уборщиц, начнут что-то подозревать.
В этот момент у Игоря зазвонил телефон.
– Да. … Сейчас приду, – его разговор был краток. Нажав «отбой», он повернулся к Регине: – Труба зовёт.
Девушка мысленно поблагодарила звонившего и, едва Морозов покинул кабинет, вытащила из файла документы, которые ей недавно принесли на подпись.
Кристинина подпись – это вообще отдельная песня. Регина никогда не была сильна в подделывании автографов, а тут этот замысловатый росчерк. Пока тренировалась, погибших нервных клеток и попыток правильно расписаться было примерно поровну – несколько сотен. Один раз она психанула, даже ручку сломала. Но терпение и труд всё перетрут. В итоге Регина научилась расписываться за Кристину так, что не различишь.
Когда она завизировала последний документ, появился Кравцов:
– Крис, я в налоговую. Вернусь через час-полтора.
– Удачи, – напутствовала его Регина.
Отличная возможность позвонить сестрёнке, подумала она. И не просто отличная, а единственная на ближайшие несколько дней. Завтра начинаются выходные, Олег всё время будет болтаться рядом. А на следующей неделе ещё неизвестно, отлучится ли он куда-нибудь.
Только звонить в кабинете не следует. Во-первых, не исключено, что Кравцов додумался поставить здесь прослушку. Во-вторых, в приёмной сидят блондинистые локаторы.
Регина спустилась на третий этаж и прошла в конец коридора, к самому окну. Тут располагались комнаты программистов, поэтому можно было не опасаться, что кто-то станет подслушивать её разговор. Да и вообще она планировала говорить тихо.
Набрала номер и с нетерпением стала ждать, когда на том конце возьмут трубку.
Однако сестра на звонок почему-то не отвечала. Регина перезвонила ещё раз. И ещё.
Господи, что случилось-то? Та всегда брала трубку, кроме как во время процедур. Но сейчас никаких процедур быть не должно.
Нехорошее предчувствие кошкой заскреблось в груди.
Дрожащими руками Регина набрала номер лечащего врача.
– Алло, Виталий Егорович, – запинаясь от волнения, заговорила она. – Здравствуйте! Это Регина Баринова. Что с моей сестрой?!
Глава 11
«Совершила что-то настолько плохое, что готова скорее лишиться рассудка, чем вспомнить»… Эти слова Марвилла весь день звучали у неё в голове.
Что же такого она натворила? Что? Что?
Наверное, неудивительно. Раз уж память не пожелала подчиниться даже магу, самой пытаться раскопать в ней что-то вовсе бесполезно. Хотя Лори-то, в отличие от собственного подсознания, страстно желала вспомнить всё.
Потому что теперь стало только хуже. Весь день она провела в одиночестве, ощущая себя прокажённой. Даже Эйтан смотрел на неё с подозрением. По крайней мере, ей так казалось.
Правда, вечером он сам пришёл к ней в покои, где она сидела в добровольном заточении.
– Не переживай так, – мужчина опустился рядом на диван и ободряюще коснулся её запястья. По руке опять промчалась свора мурашек. – Что бы ты ни сделала, наверняка потом здорово сожалела об этом. Значит, совесть у тебя есть. А это главное. У той же Долорис с совестью было глухо. Боюсь, они вообще не подозревали о существовании друг друга.
Эйтан улыбнулся краешками губ. Запущенные его прикосновением мурашки как раз затихали где-то в районе затылка. Но на улыбку не замедлили среагировать: мгновенно сделали стойку и вновь пустились в забег.
Да что ж за ерунда с ней творится?! Конечно, он – потрясающий мужчина с телом Аполлона (на самом деле, гораздо лучше всяких там Аполлонов!). И длинные волосы ей всегда нравились. Но нельзя же таять, словно пломбир на солнце, при одном лишь его приближении!
Может, она нимфоманка? Об этом и стыдится вспоминать?
Но ведь на Марвилла, обладающего, к слову, идентичной внешностью, она так не реагировала. Рядом с ним ей хотелось только исчезнуть, развеяться в пространстве. Чтобы больше не давил своим взглядом-прессом.
А вот Эйтан смотрел на неё совсем по-другому – так, как, кажется, не смотрел ещё никто и никогда…
Неужели он тоже к ней неравнодушен? Или всё дело во внешности проклятой Долорис?!
Кстати, об этой мерзавке.
– Что если я всё же помогла Долорис сбежать? – озвучила-таки девушка свой главный страх за последние два дня.
Мужчина покачал головой:
– Не думаю. Как бы ты могла быть с ней связана? У нас, правда, пропала одна служанка, но это точно не ты.
– Уверен? – на всякий случай уточнила Лори.