LitaWolf – Моя таинственная незнакомка, или Крокодил назад не ходит (страница 19)

– Девушка попросила меня молчать, и я ей пообещал никому ничего не рассказывать, – виновато ответил тот. – Она выглядела такой несчастной.

При этом сам он выглядел не намного счастливее Алирии, когда она умоляла не болтать про кольцо.

Киган саркастично усмехнулся.

– Мы остановимся у вас на ночлег? – спросил он.

– Да-да, конечно, – забормотал хозяин. – Вам подадут бесплатный ужин.

– Это не обязательно. Мы заплатим.

– За счёт заведения, – настойчиво произнёс хозяин.

– Ладно, – сдался брюнет. – Очень любезно с вашей стороны.

Отужинав, наёмники отправились спать, а Киган ещё долго зарисовывал со слов хозяина портрет негодяя, обчистившего Алирию. Поутру он планировал показать этот портрет наёмникам, чтобы каждый знал вора в лицо – мало ли где тот попадётся по дороге.

Утром отряд выдвинулся на восток, обследуя все примыкающие к тракту населённые пункты с непременным опросом местных жителей. Портреты Алирии, разумеется, также были в наличии: один у Кигана с Лэйби и два у наёмников.

***

Где-то на восточном тракте

Алирия сидела на скамейке в парке, расположённом в самом центре городка, носившего название Венса́й.

В кармане у неё лежали две столеринговые купюры – всё что осталось от суммы, вырученной за кольцо. Но, главное, уехала она от Вельтека уже довольно далеко. Другой вопрос, что с такой суммой до Ме́леса добраться нелегко, если вообще возможно. На её шее висела цепочка, и сейчас девушка как раз раздумывала, где её можно продать.

Поёжившись от внезапно налетевшего ветра, она осмотрелась по сторонам. И где бы заночевать? Оставаться в парке нельзя – к утру она просто окоченеет от холода. Ночёвка на постоялом дворе лишит её тридцати лерингов, да к тому же она вряд ли сможет устоять против запахов, витающих в трапезном зале. Человек, голодавший целые сутки и имеющий в кармане деньги, пройти мимо аромата жареного мяса просто не способен. А деньги надо экономить.

Несколько раз Алирию посещала мысль о ночлежке, но её передергивало от одного только слова. Эх, если бы с самого начала она рассказала Маоро обо всем, то лежала бы сейчас в тёплой кровати в обнимку с любимым мужчиной, да и желудок не урчал бы от голода. Ну как можно быть такой идиоткой! Ведь он бы простил её, в этом нет никаких сомнений! Эх, если бы можно было повернуть время вспять!

У Алирии начали мёрзнуть ноги. Она пыталась разминать пальцы, но не так-то это было просто в сапогах. Нет, ночь в парке будет последней в её жизни. А жить, несмотря ни на что, хотелось. Она поднялась со скамейки и огляделась. Прохожих в этот поздний час не было. Хорошо, хоть луна светила – в Венсае было всего шесть уличных фонарей, да и те находились на площади перед ратушей.

Вдруг Алирия заметила, как на аллее появилась какая-то парочка. Видимо, свидание затянулось. Подойдя к молодым людям, она поздоровалась и спросила, где в Венсае можно переночевать за умеренную плату. Парень объяснил, как дойти до ночлежки, поскольку других дешёвых мест, где можно остановиться, он не знал.

Да, видимо, ночлежка – действительно единственный вариант.

Поблагодарив за помощь, Алирия тяжело вздохнула и поспешила в указанном направлении, а именно прошла почти до конца улицы, свернула в переулок, затем долго двигалась вдоль каких-то заборов, пока не очутилась на петляющей вниз, к реке, улочке. Ночлежка, по словам парня, должна была находиться где-то у реки.

Уже на подходе она почувствовала гнетущую энергетику ночлежки – воздух буквально был ею пропитан. Остановилась, с ужасом глядя на полуразрушенный дом, в подвале которого какой-то предприимчивый человек открыл платный приют для отбросов общества. Её пугал даже тусклый свет, пробивавшийся из подвала, в недра которого вела крутая каменная лестница.

– Нет! – прошептала Алирия. – Лучше умереть от холода!

Она спустилась к реке и присела на перевернутую вверх дном лодку.

На берегу было безлюдно и страшно. Алирия дрожала, сама уже не понимая от чего больше – от ужаса или холода. Сейчас она как никогда сильно ощутила, насколько безжалостен мир, когда остаёшься с ним один на один.

Этот вечер был заметно холоднее предыдущего, а к ночи температура обещала опуститься ещё на несколько градусов. Девушка плотнее закуталась в плащ, но её всё равно продолжала бить дрожь.

«Может, заснуть… и не проснуться? – подумала она. – Так решатся все проблемы».

Алирия прилегла на лодку, решив, что если она заснёт, то значит, судьбе так угодно, а если нет, то нужно будет продолжать выкарабкиваться.

Однако она даже минуты полежать не успела – где-то вдалеке послышались пьяные голоса, и раздавались они явно не со стороны ночлежки.

Девушка открыла глаза и заметила нескольких бредущих вдоль берега мужиков. Она юркнула за лодку и на четвереньках, чтобы её не заметили, поползла в сторону улицы. Убедившись, что исчезла из поля зрения пьяной компании, Алирия побежала вверх по улице. Быть может, парни пройдут мимо, но страх в любом случае уже завладел ею безраздельно. Нет, на улице она однозначно не останется! Ноги сами понесли её к ночлежке.

Чуть не навернувшись на ступеньках, она сбежала вниз и очутилась в коридоре, в конце которого около печки дремал здоровенный небритый детина. Девушка невольно попятилась, но тут мужчина приоткрыл глаза.

– Вам чего нужно? – безразличным тоном спросил он.

В общем-то, в его вопросе не было ничего странного – обитатели ночлежки такую одежду, какая была на ней, не носят.

– Добрый вечер, – поздоровалась Алирия. – Мне нужно переночевать.

– Два леринга за койку.

Эта сумма монетами у неё нашлась. Повезло, надо сказать, – отпала необходимость извлекать на свет сотенную купюру.

– Займёшь любое свободное место, – сказал мужчина, убрав деньги в карман.

– А постельное бельё где взять? – спросила Алирия.

– Что взять?

– Бельё… постельное, – упавшим голосом повторила она.

– Может, тебе ещё и кофе с эклером подать? – осклабился мужик.

Алирия с обречённым видом повернулась и направилась к двери.

– Туда не советую, – небрежно бросил он.

– Почему?

– Это мужская опочивальня. Женская напротив.

У Алирии отлегло от сердца. Она думала, что комнаты здесь общие.

Поблагодарив мужчину, она надавила на дверь плечом, не желая прикасаться к ручке.

Едва вошла в комнату, в нос ударил «ароматический» букет из перегара и запаха немытых тел. Кроме того, в комнате витал ещё один, весьма специфический запах.

Зато здесь было тепло. Печка, стоявшая в коридоре, одним боком грела мужскую комнату, другим женскую. На выступе печки имелась железная конфорка, на которой можно было кипятить воду.

Поморщившись от вони, Алирия осмотрелась, ежесекундно вздрагивая от отвращения. Толстая свеча, стоявшая на табурете в замусоленной миске, освещала спины тёток, сопевших на койках. Некоторые из них бормотали во сне, некоторые храпели, а одна даже похрюкивала. На койке около табурета сидели, прислонившись спинами к стене, две спившиеся бабы и играли в карты. Видимо, они скинулись по лерингу за одно спальное место на двоих.

– Смотри-ка, к нам белоручка пожаловала, – хрипло произнесла одна из картёжниц, разглядывая Алирию сквозь щёлки заплывших век.

– Из дома выгнали? – спросила вторая, обнажив в улыбке единственный зуб. – Меня тоже когда-то выгнали.

– Сама ушла, – ответила Алирия. Ей совершенно не хотелось заводить разговор с этими алкоголичками, но она решила, что игнорирование может привести к совершенно не нужному ей конфликту.

– Совсем идиотка? Сама ушла от вымени! Была бы я лет на двадцать моложе, уже бежала бы твоё место занимать.

Алирия скривилась, невольно представив, как эта женщина прыгает на шею к Нилфри.

– Чаю хочешь? – спросила первая.

– Спасибо, но единственное, чего я хочу – это спать, – сказала Алирия, вновь содрогнувшись – алкоголичка протягивала ей свою кружку. – Кстати, что это за запах такой едкий?

– Клопов вчера морили.

– Клопов… – в ужасе прошептала Алирия и бросила взгляд на дверь.

Нет, всё-таки тепло и относительное спокойствие лучше, чем мороз и пьяные мужики.

– Ну и как? – спросила она. – Выморили?

– Ага, – довольно улыбнулась однозубая.

Присмотрев пустовавшую кровать в углу комнаты, Алирия подошла к ней и принюхалась. Но не успела она прислушаться к своим ощущениям, как одеяло зашевелилось. Девушка зажмурилась и встряхнула головой, понимая, что у неё разыгралось воображение. Действительно, одеяло лежало спокойно, вот, правда, желание даже садиться на эту кровать у неё отпало начисто. А в тепле её разморило, да и организм после всех мучений и переживаний просто умолял об отдыхе, поэтому бороться со сном было очень тяжело. Глаза предательски слипались. Алирия пожалела, что она не лошадь, а то заснула бы стоя.

В этот момент справа раздалось бормотание.

– Ты ляжешь когда-нибудь или нет, зараза? – услышала она скрипучий голос и тут же ощутила на себе злобный взгляд.