Лисса Адамс – Разве это не романтично? (страница 3)
Когда все закончилось, Влад наблюдал, как другие парни возвращаются в объятия своих жен и подруг. Снова борясь с ревностью, он подошел к бару за стаканом воды. Колтон, который одновременно наливал себе виски и пиво, начал что-то говорить, но остановился на полуслове. Звук прямо перед ним возник женский силуэт. Влад обернулся, чтобы посмотреть, кто привлек внимание Колтона. Высокая женщина в длинном красном платье, с каштановыми волосами, перекинутыми через плечо, царственно стояла в дверном проеме. Она действительно была великолепна. Она была... черт возьми.
Влад кашлянул, все стихло.
Время. Движение. Его сердце.
Его зрение сузилось, как будто он следил за шайбой на льду. Цвета померкли. Звуки стихли. Бурлящая толпа растворилась где-то на периферии, пока он не смог видеть только ее.
Елена.
Рука, сжимающая виски, двигалась взад-вперед перед его глазами.
— Эй, чувак. Ты же женатый мужчина, помнишь?
— Да, я помню. — Сердце Влада бешено колотилось, а колени подкашивались. — А это моя жена.
Колтон фыркнул, но затем замер.
— Черт возьми, чувак. Ты серьезно?
Его грудь бурлила от тревожной радости, как будто пузырьки шампанского снова поднялись в воздух. Был ли это ее ответ? Таким образом она сообщала ему, что приняла решение? Взгляд Елены встретился с его взглядом через весь бальный зал. Влад открыл рот, но ничего не сказал. Он попытался подойти к ней, но ноги не слушались его.
Неожиданно Елена развернулась и вышла.
На него нахлынула волна дежавю. Всего через несколько месяцев после того, как она приехала к нему в Америку, он смотрел, как она перекинула рюкзак через плечо и исчезла за линией досмотра в аэропорту, чтобы сесть на рейс в Чикаго. Его сердце молило его пойти за ней, попросить ее остаться с ним, но его мама — всегда романтичная — сказала ему, что на это потребуется время.
Нашла ли Елена, наконец, способ вернуться к нему? Влад стряхнул оковы нерешительности и заставил себя двигаться. Коридор перед бальным залом был забит гостями и пьяницами, которые вернулись с ночной попойки. Он заметил Елену примерно в пятидесяти футах впереди, она шла быстро, практически бежала.
— Елена, подожди. — Он повысил голос, перекрывая шум разговоров и смеха.
Она продолжала идти, поэтому он перешел на бег и, поравнявшись с ней, перешел на их родной русский.
— Елена, пожалуйста, остановись. Куда ты идешь?
Она остановилась так резко, что пошатнулась и чуть не упала на высоких каблуках. Длинное красное платье обвилось вокруг ног. Повинуясь инстинкту, он протянул руки, чтобы поддержать ее, нежно обхватив пальцами ее обнаженные локти.
— Осторожно, — прошептал он тихим хриплым голосом, потому что шок от прикосновения к Елене лишил его легких воздуха.
Она медленно повернулась, и он с сожалением опустил руки. Она излучала тепло и пахла уютом.
— Я не могу поверить, что ты здесь, — сказал он, по-прежнему по-русски, потому что именно так они и поступали. Они всегда говорили друг с другом на родном языке. — Прекрасно выглядишь.
Елена покачала головой, не желая встречаться с ним взглядом.
— Мне жаль. Я должна была позвонить. Мне не следовало так удивлять тебя.
Он снова взял ее за локти.
— Это лучший сюрприз в моей жизни.
Ее взгляд метнулся влево, затем вправо. Куда угодно, только не на него.
— Влад, может, мне лучше подождать тебя дома? Я не хочу прерывать...
— Ты не прерываешь. Я хочу, чтобы ты была здесь.
Она прикусила губу и обхватила себя руками.
— Эй, — сказал он. Он рискнул погладить ее по подбородку, чтобы она посмотрела на него. — Ты нервничаешь перед встречей с моими друзьями? Тебе не нужно нервничать. Ты им понравишься. Я обещаю. Они так давно хотели с тобой познакомиться.
— Влад, ты не понимаешь. Я думала... я думала, что так будет проще. Думала, что смогу приехать, и мы сможем встретиться по-дружески, и так будет проще. Но потом я услышала твою речь и увидела тебя с ними, и я... Мне здесь не место. Я не участвую в этом. Я никогда не была частью этого — Ее голос дрогнул, а губы задрожали.
И внезапно реальность стала похожа на сильный удар по льду. Холодный и резкий. Его желудок сжался, когда он увеличил расстояние между ними.
— Елена, что... что ты здесь делаешь?
— Мне жаль... — Она с трудом выговорила эти слова. — Я возвращаюсь в Россию.
ГЛАВА 1
Полгода спустя
В другую эпоху заброшенное здание на южном берегу реки Камберленд могло бы показаться необычным и привлекательным. Даже счастливым. Но не более того.
Пустые разбитые цветочные ящики висели под окнами, выкрашенными в черный цвет и заколоченными изнутри. Тонкие обрывки того, что когда-то было красно-белыми навесами, хлопали на влажном июньском ветру, напоминая о прошлом здания, как призраки, которые шепчут о подстерегающих опасностях. Только глупцы могут не прислушаться к их предупреждению, но Влад уже доказал, что он дурак. И хотя его разум ругал тело за слабость, по коже побежали мурашки в предвкушении сладостного облегчения, которое, как он знал, он испытает, когда постучит в дверь.
Мужчина, сидевший рядом на пассажирском сиденье его машины, отругал его совсем по другой причине.
— Позволь мне внести ясность, — сказал Колтон, добавив в свой голос плаксивых ноток. — Я три месяца не получал от тебя вестей, а ты наконец позвонил только из-за этого? И мы будем сидеть здесь и слушать, как ты бормочешь себе под нос по-русски?
— Прошло не три месяца, — возмутился Влад. На самом деле прошло четыре.
В первые несколько недель после свадьбы Мака — после того, как Елена сказала, что уезжает и хочет расторгнуть их брак, — Влад обманывал себя, что он все еще может быть членом книжного клуба. Но каждая минута, проведенная с ребятами, была мучительнее предыдущей. Их счастье было как соль на рану, и когда он, наконец, сказал друзьям, что они с Еленой разводятся, их искренние предложения помочь были еще хуже. Он не мог больше ни минуты тратить на придумывание оправданий и лжи. Он не мог спокойно смотреть, как его друзья живут той жизнью, о которой он всегда мечтал, зная, что у него никогда не будет такой, как раньше. Он терпеть не мог, когда ему напоминали, что его вера в то, что он сможет построить настоящий брак с Еленой, была не более чем бредовой фантазией. Книги не вселяли в него ничего, кроме ложной надежды, что Елена когда-нибудь увидит в нем романтического героя своей мечты. Что она когда-нибудь сможет полюбить его так, как героиня романа. Теперь он знал правду. Счастливая жизнь была для других мужчин.
Все, что у Влада осталось, — это хоккей.
И вот, впервые за двадцать пять лет, «Нэшвилл Вайперс» вышли в финал конференции плей-офф Кубка Стэнли. Еще одна победа, и они вышли бы в чемпионскую серию. Влад никогда не бил сильнее, не катался лучше и не забивал больше голов, чем за последние полгода.
Он не мог рисковать проигрышем сейчас. Что останется от его жизни?
— Я проклинаю тот день, когда рассказал тебе об этом месте, — сказал Колтон. — Я думал, что делаю тебе одолжение, подбадриваю тебя и все такое. Я не знал, что ты стал наркоманом.
Влад стиснул руль.
— Я не наркоман.
— В самом деле? Тогда какого хрена мы здесь делаем?
— Мне это нужно. Для сегодняшней игры. Мне это нужно. — Даже Владу его голос показался тихим и слабым, бессильным перед напором его желания.
— Нет, не нужно. Это глупое суеверие.
— В прошлый раз я поклялся, что больше никогда не приду, и посмотри, что из этого вышло. Мы проиграли игру.
— Так вот почему ты, наконец, позвонил мне? Чтобы я мог вернуть тебя в свой клуб?
Влад уставился на мрачный фасад.
— С тех пор как я начал приходить сюда, я играл как зверь. Я не могу рисковать снова.
— Это в последний раз, Влад, — сказал Колтон, распахивая дверь. — Я больше не пойду сюда с тобой.
Колтон направился к двери здания, под его ногами хрустел гравий и осколки стекла. Влад следовал за ним по пятам.
— Я серьезно, — сказал Колтон, поворачиваясь и тыча Влада в грудь. — Ты не можешь просто исчезнуть на несколько месяцев, а потом позвонить мне и попросить об одолжении, как будто ничего не случилось. Мы с ребятами заслуживаем лучшего.
Тяжесть сожаления и вины заставила Влада опустить взгляд на грязный разбитый бетон у него под ногами.
— Я знаю. Ты прав. Мне жаль.
— Мы скучаем по тебе, чувак. И мы беспокоимся о тебе. Я знаю, что развод для тебя тяжелый удар, но мы здесь именно для этого. Чтобы помочь тебе все исправить.