Лисса Адамс – Bromance. Все секреты книжного клуба (страница 39)
Две девушки за барной стойкой выглядели не старше своей клиентуры. На них были одинаковые черные топы на тонких бретелях с названием бара на груди, и, судя по тому, как одна из них все поправляла топ, форма ей не нравилась.
— Что вам предложить? — спросила она, сверкнув улыбкой.
— У вас есть «Дос Мадерас»?
Девушка ответила озадаченным взглядом.
Мак покачал головой.
— Один ром с колой и бутылку «Сэм Адамс».
Он отнес напитки к столу и сел рядом с Лив.
Лив попыталась отодвинуться, но он обнял ее за плечи и потянул обратно. Она гневно покосилась на него:
— Что ты делаешь?!
— Маскируюсь. Мы — романтическая пара на свидании.
— Не мечтай.
А он мечтал. Внезапно очень этого захотел. Он отпил пива. Сесть к ней так близко было, пожалуй, стратегической ошибкой. От нее хорошо пахло. Не весной и цветами, как он читал в любовных романах, но просто
Он потер рукой под носом.
— Что еще? — спросила она.
— Ничего.
— Ты вдруг весь напрягся.
— Ничего подобного.
Она пожала плечом, которое коснулось его подмышки. У него перехватило дыхание.
Дверь бара открылась, и они оба подняли головы. Но вошла не Джессика. Ввалились пятеро девиц, которые, судя по всему, начали вечеринку в другом месте, прежде чем явиться сюда.
— Я никогда не допустил бы такого в своем баре, — сказал Мак.
— Не допустил бы чего?
Он указал бутылкой на девиц.
— Явно уже пьяны. Напрашиваются на неприятности.
Мак почувствовал на себе пристальный взгляд Лив. Перевел взгляд на нее:
— Что?
— Ты очень этичный.
— Тебя это удивляет?
— По моему опыту, богатство и нравственность редко идут рука об руку.
Он повернулся, чтобы лучше рассмотреть ее лицо.
— Не любишь богатых людей?
— Я им не доверяю.
— Почему? Конечно, много плохих людей зарабатывают деньги сомнительными способами…
— …и так настраивают государственную систему, чтобы никто другой не мог продвинуться вперед.
— …но не всякое богатство — признак плохого характера.
— Но часто это так.
Он приподнял бровь. Его желание понять суть ее проблемы подавило голос здравого смысла, советовавший промолчать.
— Дело в твоем отце, не так ли?
Она улыбнулась.
— Я не хотела говорить о нем раньше и не хочу говорить о нем сейчас. Но ход хитрый.
— Ну, ладно тебе. Хоть что-нибудь расскажи.
Она покачала головой и снова посмотрела на дверь.
— Должны же мы о чем-нибудь поговорить. Чем нам еще заниматься, пока не придет Джессика?
Ее глаза вдруг стали большими и круглыми, как у диснеевской принцессы.
— Поцелуй меня.
Он замер, не донеся бутылку до рта.
— Что?
— Я сказала, поцелуй меня, идиот.
Она схватила его за рубашку и потянула к себе.
Он чуть не упал, но сохранил равновесие, уперевшись рукой в стену.
— Постой, дорогая. Могла бы сперва угостить меня ужином…
Она прижалась губами к его губам.
Черт возьми, эта женщина умела целоваться. Мак перецеловал достаточно женщин, чтобы это понимать. Он любил поцелуи. Некоторые мужчины предпочитают женщин, умеющих скрутиться в крендель в постели, но Маку дайте ту, которая умеет заниматься любовью одними только губами, и он терял голову.
Но боже, это безумие. Что она вытворяет?
Мак отстранился, тяжело дыша.
— Вижу, ты очень-очень не хочешь говорить о своем отце.
Она бросила взгляд поверх его плеча.
— Здесь головорезы Ройса.
— Что?
Он хотел обернуться, но она обхватила его лицо руками и повернула обратно к себе. Пальцы Лив стиснули его щеки. Удивительно крепкие пальцы. Видать, натренировала, замешивая тесто.
— У Ройса есть головорезы? Ты о чем? — Вышло неразборчиво, потому что губы сплющились между стиснутыми щеками.
— Его охранники, — объяснила она.
Дыхание у нее ничуть не сбилось. Как такое возможно? А ему казалось, что он только что пробежал десять миль.
Мак снова попытался обернуться, и на этот раз она ему позволила. Он заметил их мгновенно.
— Двое громил у двери?
— Ага.