Лисавета Челищева – Псих. Ты мой диагноз (страница 12)
Он хмыкнул.
— Ты меня прямо процитировала. Подслушивала?
— Случайно услышала. И подумала — вот он, мой шанс.
Тимур скрестил руки на груди, откровенно меня разглядывая. Я выдержала взгляд, хотя внутри хотела закрыться. У меня всегда была боязнь слишком самоуверенных в себе парней.
— Красивых девушек с просьбами научить драться я обычно не беру, — высказался он наконец. — Себе дороже. Потом выясняется, что у неё ревнивый парень или отсидевший муж, и мне прилетает.
— У меня нет ни мужа, ни парня, — сразу заверила я. — Есть только желание не бояться идти домой вечером. И я готова хорошо платить.
Пауза. Он смотрел на меня, и я чувствовала, как он оценивает — то ли мою искренность, то ли степень отчаяния.
— Ладно, — кивнул он. — Давай телефон. Я подумаю. Если решу взяться — условия жёсткие: деньги вперёд, без опозданий, и без сантиментов. Гонять буду как следует.
— Договорились.
Я продиктовала номер, он сразу набрал, у меня пиликнуло в кармане.
— Если что-то срочное — звони. Тренировки согласуем в смс.
Я благодарно моргнула.
— Спасибо.
— Пока не за что, — он надел наушник и вернулся к тренажёру.
Я пошла обратно в раздевалку. Сердце билось ровно. Мой план отомстить этому ублюдку скоро будет запущен.
Я прокручивала в голове лицо Тимура, его голос, его руки. Красивый, сильный, уверенный. И главное — он знает, как защитить и научить защищаться.
Когда я зашла в раздевалку и закрыла дверь, меня накрыло запоздалое смущение.
В кармане опять пиликнул телефон. Я достала, глянула.
Сообщение от Тимура: «Завтра есть свободное окно в 18:00. Адрес скину позже».
Я села на скамейку, закрыла лицо руками. И какой адрес он мне скинет? Гараж какой-нибудь? Заброшку? А дальше?… По голове кирпичом и в багажник?
Господи, да я схожу с ума! Я уже никому не доверяю, но при этом готова вывернуться наизнанку перед первым встречным, у которого красивые глаза.
Может, не зря я к нему подошла. Может, это всё-таки шанс?
Я посмотрела на своё отражение в зеркале раздевалки. Красная, потная, с опухшими глазами. Но в глазах появилось что-то новое. То, чего не было ещё вчера.
Посмотрю какой он мне адрес скинет. Если ужас какой-нибудь, точно никуда не пойду.
Глава 10
***
ЛАНА
***
Вечер опустился на Москву неожиданно быстро, будто кто-то выключил свет за окнами маминой кухни. Я сидела за столом, с давно остывшим чаем, и тупо смотрела в темноту. Есть не хотелось.
Телефон вздрогнул. Сообщение от Вики:
Я усмехнулась. Если бы все было так просто.
Я отложила телефон и тут же он зазвонил снова. Мама.
— Ланчик, ты как там? — голос у неё был уставший. — Саша уснул, давление вроде нормализовалось у него. Я завтра еще побуду с ним. Чтоб точно убедиться. Ты справляешься пока?
— Справляюсь, мам. Все хорошо.
— Еду разогрела себе? Там в холодильнике котлеты были. Поела их?
— Да-да, поела. Ты отдыхай.
Я сбросила звонок и посмотрела на пустую тарелку. Котлеты... Я даже не открывала холодильник.
Ночь тянулась бесконечно. Пистолет лежал под подушкой. Я лежала на спине, глядя в потолок, и прислушивалась.
Каждый скрип половицы в соседней квартире заставлял сердце подскакивать к горлу. Каждый отдаленный звук в подъезде — сжимать пальцы на рукоятке под подушкой. Сосед сверху закашлял — я вскочила, наставив ствол на дверь. За окном завыла сигнализация чьей-то машины — я замерла, считая удары сердца.
Телефон неожиданно засветился в темноте. Сообщения от «ОН»:
Я не отвечала. Сжимала зубы и смотрела на экран, пока он не погас. А потом начиналось снова — скрип, звуки подъезда, и я вскакивала с пистолетом наизготовку.
Под утро я провалилась в сон, сама того не заметив.
***
Утро встретило меня серым смогом за окном и противной моросью. Выходной. Целый день свободы, который ощущался как приговор.
Я натянула старые легинсы, любимую растянутую толстовку с капюшоном, повязала волосы в хвост и вышла на улицу. В нос ударил обычный запах — выхлопы, мокрый асфальт, курево. Но Битцевский парк встретил меня тишиной и влажной листвой под ногами. Здесь пахло по-другому. Свежо.
Я побежала. Сначала медленно, разминая затекшие мышцы, потом быстрее. Ноги сами несли меня по знакомой асфальтированной дорожке. Интересно, он сейчас здесь? Следит за мной?
Я остановилась у старой липы, уперлась руками в колени, восстанавливая дыхание. Шнурок на левом кроссовке развязался. Я присела на корточки, принялась завязывать. Выпрямляюсь, и в этот момент кто-то задевает меня плечом.
— Ой, извините! — мужской голос, запыхавшийся.
Я резко обернулась, но он уже бежал дальше, вглубь парка, сворачивая на лесную тропинку. Я успела заметить только легкую серую шапку на голове и широкую спину в темной куртке.
Сердце рухнуло вниз. Это был он? Следил? Ждал момента?
Я стала оглядываться по сторонам. Парк казался пустым. Только редкие мамочки с колясками и старушка с палками для скандинавской ходьбы.
Он будто затих. Ни сообщений, ни звонков. Это пугало больше всего.
После пробежки я зашла в маленькое кафе на первом этаже жилой высотки, рядом с парком. Название «Уют» не соответствовало интерьеру — пластиковые столы, искусственные цветы в вазах и запах пережаренного масла. Но кофе здесь был приличный.
Я заказала американо и круассан, уселась у окна, наблюдая за редкими прохожими. Москва жила своей жизнью: куда-то спешили люди с маршрутки, девушка выгуливала крошечную собачонку в смешном комбинезоне, мужик в спецовке курил у подъезда, матеря кого-то по телефону.
Я уже доедала круассан, когда мимо окна с воем пронеслась скорая. Она остановилась метрах в ста от кафе, у входа в парк. Я увидела столпотворение — несколько человек, машина с мигалкой, носилки.
Сама не понимая зачем, я бросила на стол деньги и выбежала на улицу.
Подойдя ближе, я стала вглядываться в центр этого столпотворения.
И тут увидела его.
Тот самый бегун в серой шапке. Он лежал на носилках, и даже сквозь толпу я разглядела его лицо — опухшее, в крови, один глаз заплыл так, что не открывался. Рука лежала под неестественным углом. Врачи суетились вокруг, капельница, кислородная маска.
Кто-то из зевак шептался:
— Говорят, напали в парке... Избили до полусмерти... Какие-то изверги.