Лисавета Челищева – Кадота: Охота на сострадание (страница 2)
Какие же у него длиннющие ноги. Похоже, он даже выше Рэда… Но точно не сильнее.
Я приподняла голову, пытаясь сесть ровнее. Правда, еловая ветка на бревне неприятно ткнулась мне в щеку: чем больше я пыталась уклониться, тем больше она меня задевала.
С деланным вздохом Вик привстал со своего места и шагнул к костру. Используя рукава, он аккуратно извлек с огня небольшую алюминиевую миску.
Покопавшись в кармане, парень вынул горсть сушеных цветков и ягод, которые тут же забросил в миску и принялся перемешивать все это палочкой. Перелив смесь в алюминиевую кружку, он обернулся на меня с цепким взглядом.
– Вот теперь, когда ты можешь внимательно выслушать меня… К слову, ты вообще умеешь слушать или только прикидываешься, дурнушка? – начал Вик, отхлебнув глоток чая, прежде чем продолжить, – я еще раз повторю свое предложение. Хорошенько обдумай его. Пусть до сих пор ты и справлялась в одиночку, но этот островок скрывает опасности, о которых ты даже и помыслить не можешь. Я готов предложить тебе помощь в передвижении и, по возможности, свою защиту.
Насмехаясь над его словами, я вызывающе выдержала его взгляд.
– Вообще-то… Я неплохо обходилась своими силами до встречи с тобой.
Парень выдержал паузу, его прищуренные глаза оценивающе изучили мое лицо. Он наклонился ближе, и от его близости мне стало совсем не по себе.
– Похоже, ты уже успела подзабыть о тех прекрасных созданиях, что в последнее время резвятся в этих краях? Да, за эти несколько дней ты удивительным образом не наткнулась ни на одно из них по дороге. А ты хоть знаешь, откуда я это знаю? – невозмутимо говорит Вик, опускаясь на корточки напротив меня. Мои колени теперь касаются его колен. Я отклоняюсь от них, как могу.
– …Только не говори, что ты следовал за мной все это время.
Вик выдерживает паузу, лукаво улыбаясь.
– Нет, дорогуша. Все это время я был на шаг впереди тебя. Во всех смыслах. Так что, по сути, это ты преследовала меня все это время от третьего забора.
– Мне не нужна была твоя помощь тогда, не нужна она и сейчас. Всякая, но только не твоя!
На мои слова Вик лишь безразлично передернул плечами. После чего вытянул руку к моему лицу.
Вздрагиваю, настороженно взирая на него. Щелчок – и он переламывает ветку, которая все это время царапала мою щеку.
Вик усаживается обратно, натягивая на голову серую шапку. Ущипнув себя за переносицу, он на мгновение задумался.
– Так что. Может, теперь все-таки расскажешь, кто тебе тогда в бок нож всадил?
Вопрос прозвучал так буднично, что я даже не сразу уловила его смысл.
Опускаю глаза. В голове мелькают все возможные версии ответа.
Тем временем Вик допивает свой чай. Успел вовремя – в следующую же секунду его рука дернулась, и чашка вылетела из пальцев с глухим стуком.
Он вцепился в руку, невнятно проклиная что-то под нос.
Я разглядела, как на его запястье появляется краешек криминального кода. Его код был мне уже известен. Я уже видела его раньше. «669». Код убийцы. За совершение убийства кого-либо, прежде всего государственного чиновника или важной персоны. Юна поведала мне.
Я наблюдала за происходящим, будучи в своих мыслях. Вику это не понравилось. Бросив на меня волчий взгляд и узрев мою отрешенную реакцию, парень в очередной раз что-то прошипел и рывком бросился ко мне.
В два шага он предстал передо мной, а в следующий – схватил за руку, разворачивая мое запястье к себе.
Ночные тени на его молодом лице добавили ему немало лет, а на лбу обозначились морщины от нахмуренных бровей.
– Где твой криминальный код, тупица? – выплюнул он, все еще ошарашенно пялясь на мою руку.
Нахмурившись, я тоже попыталась разглядеть свое запястье.
– Вероятно, там же, где и твои манеры! – огрызнулась я, выдергивая руку из его хватки.
– Ты с дуба свалилась, поди? Какие манеры? – рыкнул парень, просканировав меня с ног до головы.
– В таком случае я заменю слово на «человечность». Лучше?
Вик некоторое время молча таращился на меня рассеянным взглядом. Затем смачно сплюнул на землю и уже хотел уйти, но тут снова дал о себе знать код на его запястье.
Он болезненно зашипел и в ярости врезал ладонью по дереву.
Между тем я в замешательстве смотрела на свое запястье – оно было абсолютно чистым. Никакой кодовой татуировки. Почему у меня ее больше нет? Почему я не заметила этого раньше?…
– Знаешь, я знаю, как облегчить боль от воздействия чипа. – произношу я, видя, как Вик сжимает губы, обматывая вокруг руки несколько мотков какой-то тряпки. Наверное, он посчитал, что перетянув его как можно туже, боль будет меньше.
– Честно? Я и не надеюсь услышать что-либо дельное из твоих уст! Но ты, конечно, можешь и приятно удивить меня.
Он прислонился к стволу дерева, усталость стягивала его черты.
– Я скажу тебе, только если развяжешь меня.
– Ага. Нашла дурачка. – протянул Вик.
Наблюдая за ним сквозь дрему, я наконец дождалась – он уснул.
Пользуясь случаем, я попыталась освободиться. Но все мои усилия были тщетны: веревки, закрепленные вокруг моих запястий и лодыжек, держались крепко.
Исполненная решимости сбежать во что бы то ни стало, я кое-как поползла к угасающему костру, продумывая рискованный план.
Только я приготовилась опустить запястье в угли, как поток воды затушил тлеющее пламя.
Надо мной возвышался Вик с кружкой в руке.
– Поздравляю. Завтра умываться тебе не придется, дуреха.
Не успела я возмутиться, как он обвил еще одну веревку вокруг моего плеча и привязал ее к своему запястью, как поводок.
Ничего не сказав, он снова улегся спать. Потрескивание умирающих углей стало колыбельной в тихой ночи.
…
…
Молодой парень стремительно направлялся по длинному коридору с многоярусными стеклянными панелями, из которых раскрывался панорамный вид на тропическую оранжерею. Пышные экзотические насаждения внутри, плавно покачивались под дуновением ветерка.
Поспешно проходя мимо, юноша мимолетно скользнул взглядом по буйству зелени.
На многочисленных дисплеях, расположенных по всему коридору, замерцали картинки, показывая, какое опустошение причиняют эти безобидные на первый взгляд виды растений. Это была не обычная флора – она была ядовита, способная уничтожить все вокруг.
Не обращая внимания на все это, парень продолжал сосредоточенно идти, занятый своими мыслями.
На крупнейшем экране в конце коридора высветился обратный отсчет – 3, 2, 1. Завораживающее зрелище – в оранжерею выпустили облако пестрых бабочек. Хрупкие создания грациозно порхали в воздухе, а затем оседали на растения. Но вместо того чтобы подчеркнуть всю прелесть пейзажа, бабочки теряли крылышки и замертво опадали.
Юноша приостановился, наблюдая за разворачивающейся перед ним сценой с чувством отрешенности.
Возобновляя путь, он воткнул в уши микронаушники. Органные пения зазвучали в его голове, заглушая окружающий шум.
Достигнув стеклянного лифта, он встретился взглядом со своим отражением в настенном зеркале. Поправив долгополое черное пальто, парень прошелся по себе взглядом – в русых волосах длиной до плеч виднелись седые прядки, маленький пирсинг в носу вносил нотку бунтарства в его утонченное, совсем еще юное лицо.
– Прекрасно выглядите! Не желаете улыбнуться в камеру и пополнить свой счет на сто единиц? – раздался в замкнутом пространстве монотонный женский голос.
Юноша натянул на голову капюшон толстовки, скрывая черты лица, и повернулся спиной к отражению. В одно мгновение зеркало трансформировалось в телекамеру, фиксируя снимок в тот момент, когда тот поднял вверх свой средний палец.
– Обнаружены неподобающие действия. Пожалуйста, повернитесь лицом к камере, чтобы вычесть 500 монет из вашего сетевого счета за недопустимое общественное поведение. – последовал автоматический выговор.
Ничуть не обеспокоенный, парень покинул лифт, достигнув нужного ему уровня – этажа 69.
Войдя в затемненный приватный лофт-клуб с обзором на просторы богатейшей части Ведасграда, он вгляделся в пейзаж. Городская панорама – мерцающие башни с переливающимися крышами небоскребов и бурлящие деловые центры, окутанные голубой дымкой, стирающей границы между днем и ночью.
Бросив взгляд на запястье, где был встроен хроночип: светящиеся желтые цифры показали ровно двенадцать часов ночи.
Парень тихо произнес: – Вы опоздали.
Из тени вышла девушка – представительница местной консумации. Она была в коротком белом парике и аналогичном платье.