Линкольн Чайлд – Затерянный остров (страница 38)

Примерно с минуту они молча изучали друг друга.

— Позволь мне разобраться, — сказал, наконец, Гидеон. Он шагнул вперед с легкой улыбкой и поздоровался. — Друзья… э… мы… amigos, — он приподнял руки, демонстрируя, что безоружен. — Somos amigos.

Человек — по-видимому, лидер — собрал большой комок мокроты и сплюнул на землю. Вновь воцарилась гнетущая тишина. Гидеон воспользовался моментом и изучил пришельцев. Все они были одеты одинаково: грязные шорты, футболки, рваные шлепанцы. Многие из них носили странные ожерелья из каких-то кусков мусора — колпачков от бутылок, пластиковой бижутерии, оловянных ложек и сломанных деталей электронных приборов. На шее главаря на кожаном ремешке болтался старый iPhone со сквозной дырой в корпусе. На стеклянном дисплее телефона было нацарапано изображение, похожее на морщинистое лицо обезьяны.

— Somos amigos, — снова попытался Гидеон.

Человек со сломанным iPhone’ом вышел вперед и сердито произнес что-то на незнакомом языке, указав своим копьем на каноэ. Некоторое время он так и стоял, продолжая размахивать оружием, поочередно указывая то на них, то на лодку, то на место, где они ее нашли.

— Похоже, АйФон обвиняет нас в краже, — шепнула Эми. — Скажи им, что мы сожалеем.

Гидеон напряг память. Его скудный испанский ограничивался теми знаниями, что он получил во время проживания в Нью-Мексико. Он повернулся к Эми.

— Я думал, ты у нас лингвист.

— Да. Моя специализация — классические языки. Жалко, что они не говорят по-гречески.

Последовала новая серия сердитых жестов. Пока, в конце концов, АйФон не сказал:

— Ven. Ven, — и указал на то, что было похоже на протоптанную тропу среди мангровых зарослей.

— Ven… похоже, это испанский. Он говорит, чтобы мы пошли с ним, — пояснил Гидеон.

Чтобы подчеркнуть серьезность своего намерения, АйФон потряс копьем и указал его острием на Гидеона.

— Ven!

Пришлось повиноваться.

Напарники последовали за АйФоном по песчаной тропе, что пролегала среди мангровых зарослей и, которая, в конце концов, привела их в густые джунгли. Здесь было зверски жарко и влажно, и снова появились облака насекомых — мириады жуков, мух и москитов спикировали с листвы, чтобы напасть на свежую добычу. Даже лидер отряда аборигенов что-то недовольно проворчал себе под нос и стал отмахиваться от назойливых кровопийц, ускорив шаг. Гидеону это зрелище отчего-то доставило легкое удовлетворение.

Примерно через пять миль Гидеон услышал слабый звук прибоя. Растительность поредела, начали появляться пальмы, и кожи легко коснулся слабый соленый ветерок. Через мгновение они вышли к крошечному поселению, состоявшему из нескольких лачуг, сплетенных из веток и гофрированного железа. Безо всякой организованности и без намека хоть на какое-то архитектурное решение эти домишки были рассеяны среди травянистой растительности, перемежавшейся с вкраплениями дарующих тень пальм. Толстая стена джунглей отгораживала поселение от океана.

В центре поселка находилась открытая площадка с костром, где группа старых женщин что-то перемешивала в огромной, помятой эмалированной кастрюле, установленной на углях. С обеих сторон деревушки стояли столбы, чем-то напоминавшие тотемные колонны индейцев, с вырезанными на них ухмыляющимися мордами обезьян — и не одна из них не была похожа на ту, что АйФон нацарапал на дисплее своего сломанного аппарата. На другом конце деревушки стояло нечто, выглядевшее, как своего рода святилище: миниатюрный домик, выстроенный из мелких веток, с травяной крышей. Внутри Гидеон разглядел старые человеческие черепа, побуревшие от времени, тщательно сложенные вместе с другими костями.

Главарь произнес очередную сердитую тираду и жестами дал понять обвиняемым, что им следует сесть на бревно напротив него. Женщины продолжали готовить что-то в кастрюле, словно ничего необычного не происходило. Откуда-то из окружавшего деревню леса материализовалась стайка детей, которые замерли и молча уставились на незнакомцев.

— У тебя случайно нет каких-нибудь соображений, кто все эти люди? — пробормотал Гидеон.

— Так как это берег Москитов, я бы предположила, что они — индейцы москито.

Группа племенных старейшин приблизилась к незнакомцам, оживленно переговариваясь с АйФоном. Очевидно, что они обсуждали, что делать со злоумышленниками, и АйФон выступал в качестве прокурора и гнул свою линию обвинения. Наконец, отделившись от группы, он подошел к Гидеону и указал на его непромокаемый мешок.

— Dar! — скомандовал он.

— Нет, — отозвался Гидеон, убирая мешок за спину.

Мужчина направил на него свое копье и сделал пару угрожающих выпадов.

— Dar!

— Имей в виду, — пробормотала Эми, — что у тебя в сумке есть заряженный пистолет. Ну это я так, к слову.

— Mi, — сказал Гидеон, отодвигаясь от туземца.

Мужчина потянулся за сумкой, в то же время, ударив Гидеона плашмя копьем.

— Сукин сын! — воскликнул тот, вскакивая с места.

В ответ от агрессора послышались какие-то гневные ругательства, а затем последовали новые угрожающие движения копьем.

— Если вытащишь пистолет, — прошептала Эми, — быть может, это его утихомирит.

— Не лучшая идея, — отозвался Гидеон. — По крайней мере, пока.

Мужчина снова заорал на него, размахивая своим примитивным оружием.

Гидеон шагнул вперед, подошел почти к самому острию копья и вдруг тоже закричал:

— Убери копье! Baja! Мы — гости! — он судорожно ломал голову, пытаясь вспомнить свой скудный испанский. — Somos amigos! Visitantes!

Индеец замешкался, ошеломленный напором Гидеона.

— Lo siento! Я сожалею о лодке. Большое спасибо… Muchas gracias. Но мы потерпели кораблекрушение на этом берегу. Nuestro barco, baja en agua, — он попытался изобразить, как их лодка затонуло и как они потом плыли к берегу. С помощью гротескно комичных жестов, он рассказал, как им пришлось бродить, искать пропитание и воду, как они голодали и мучились от жажды.

Группа мужчин перестала спорить между собой, и вся обратилась в слух.

— Нам нужна помощь. Вы понимаете? Socorro. Comprende? Ayuda. Alimento y agua, — он изобразил жестами, что хочет есть и пить.

АйФон снова потряс копьем. Гидеон оттолкнул оружие, и решительно шагнул вперед, выпятив грудь.

— Хочешь меня ударить? Вперед! Так вы относитесь к гостям? Тогда давай, покончим с этим!

Этот выпад спровоцировал какое-то беспорядочное бормотание среди пожилых женщин, которые теперь рассматривали Гидеона с интересом. АйФон, разгневанный наглостью своего противника, ткнул острием копья прямо в грудь Гидеона, пустив небольшую струйку крови.

— Я не уверена, что твоя стратегия работает, — сказала Эми, потянувшись к своей сумке. — Думаю, пришло время показать этим людям, что с нами шутки плохи.

39

— Подожди, — прошептал Гидеон. Он смочил пальцы левой руки в струйке крови, вытекающей из точечной ранки на груди, а затем нарисовал на лице две кровавые полоски на обоих висках. Третью, косую полосу он нанес на лоб.

За этим последовал незамедлительный и поразительный эффект: со вздохом АйФон отпрянул назад, опустив копье. Со стороны пожилых женщин послышался тихий шепот.

Вдруг дверной лоскут соседней хижины распахнулся, и оттуда выскочил старик — иссохший, жилистый, тяжело двигающийся, с горбатой спиной. В отличие от других, он был одет традиционно, в набедренную повязку.

Группа спорящих мужчин замолчала, когда старик остановился перед ними и сурово на них посмотрел. Затем он сказал что-то резкое АйФону и повернулся к Гидеону, выдав длинную непонятную речь на своем родном языке, сопроводив ее вычурными жестами. Как показалось Гидеону, старик не выглядел особо счастливым от того, что они заявились к ним в деревню, но, по крайней мере, он не собирался их убивать. Наконец, старик замолчал и жестом дал понять, чтобы Гидеон занял свое место на бревне возле костра.

— Что это было? — пробормотала Эми. — Зачем ты размазал кровь по лицу?

— Мне нужен был… макияж.

Она нахмурилась, и он поспешно добавил.

— Вообще-то, я и сам не знаю, почему они так отреагировали. Я просто решил действовать в их стиле и подражать вот ему, — он кивком указал в сторону ближайшего тотемного столба. — Посмотри на ту одноглазую фигуру наверху. Я просто скопировал ее раскраску, вот и все.

Эми покачала головой.

— С пистолетом было бы проще.

— Нет. Когда достаешь оружие, все очень быстро усложняется. А я решил пойти по пути социальной инженерии — как твой приятель Одиссей.

Перед ними вдруг поставили миски с тушеным мясом, и пахло оно, как Манна Небесная. Гидеон даже не беспокоился о том, что может обжечь себе весь рот, пока уплетал это горячее лакомство. Напарники застенчиво поглядывали по сторонам пока если — они были единственными, кто сейчас ел — остальные лишь стояли вокруг них и смотрели.

— Не знаю, пробовал ли когда-нибудь что-нибудь вкуснее, — сказал Гидеон, выливая в рот остатки бульона.

Эми помешала остатки своей порции и достала что-то, похожее на крысиный хвост.

— Интересно, что в нем?

— Хочешь совет? Закрой глаза и доедай.

Они закончили трапезу.

— Что теперь? — спросила Эми. — Что нам надо сказать этим людям?

— Единственное, что я понял, так это то, что люди везде одинаковы, — ответил Гидеон. Он поднялся и, схватив тощую руку старика, энергично встряхнул ее. — Muchas gracias, — сказал он. — Большое спасибо!