Линкольн Чайлд – Старые кости (страница 24)

– Вы уже съездили в Аризону, чтобы проверить свою теорию. Вдобавок залезли в неофициальную, непроверенную базу данных в Интернете. То, что вы предлагаете, займет как минимум несколько дней. И все это на основании крайне хлипких предположений.

– При всем уважении, сэр, Альберт Паркин – связующее звено. Общий предок всех людей, чьи могилы разрыли. Разве вам не кажется странным, что по всему миру вдруг ни с того ни с сего начали раскапывать могилы Паркинов?

– Пожалуйста, не обижайтесь, Свонсон, но, на мой взгляд, вы совершаете типичную ошибку новичка.

– Какую?

– Вы должны вести дело, но пока оно ведет вас. Распространенная проблема среди агентов на первом-втором году службы. Стыдиться тут нечего.

Все мышцы Корри напряглись. Пользуясь тем, что ее рук не видно из-под стола, она крепко сжала кулаки. Ничто не бесило ее сильнее, чем снисходительность. Если, конечно, не считать приставаний: нашелся в академии один такой козел.

Морвуд говорил тихо, даже мягко, но каждое слово резало как нож.

– Вот хороший наглядный урок. Все здесь присутствующие либо уже его усвоили, либо скоро усвоят. Сосредоточьтесь непосредственно на деле, и не надо проверять все косвенные обстоятельства подряд. – Морвуд многозначительно поглядел на Корри. – Ну сами подумайте: какое отношение может иметь Альберт Паркин, умерший в тысяча восемьсот сорок седьмом в горах Калифорнии, к убийству Фрэнка Сербана на кладбище времен Гражданской войны почти два столетия спустя? Останки Альберта Паркина даже еще не нашли. Вы сами сказали, что раскопки проводит известное и уважаемое учреждение, все необходимые разрешения получены. Это совсем не то же самое, что разрыть могилу под покровом ночи, не правда ли?

Морвуд глубоко вздохнул. Все ясно: хочет преподать урок всем присутствующим на примере Корри.

– В наше время нас всех подстерегает одна опасность: компьютеры выдают нам даже слишком много информации. Мы в ФБР буквально завалены данными. Стало трудно отличать взаимосвязи между фактами от простых совпадений, зато легко увидеть связь там, где ее нет.

Морвуд помолчал, давая собравшимся время обдумать его слова.

– Поэтому предлагаю следующее. Агент Свонсон, продолжайте свое благое дело. Расследуйте убийство Сербана. Следите за новостями о семействе Паркин – только между делом. Будут ли новые инциденты с представителями этого рода? Найдет ли экспедиция в Калифорнии останки Альберта Паркина?

Морвуд улыбнулся Корри и даже одобрительно кивнул, но в его взгляде она прочла твердое «нет».

Он отпил большой глоток кофе и повернулся к Ванто:

– Ну что ж, агент. Зачитывайте новую главу этого вашего триллера.

17

Вдоль Доллар-Форка Нора спустилась обратно к Хекберри-крику. Она старалась соблюдать особую осторожность, ведь здесь, кроме нее, никого нет. Еще не хватало поскользнуться на камне или подвернуть ногу. Пришлось несколько раз переходить ручей вброд, прежде чем Нора добралась до Покер-крика. К этому моменту ноги заледенели, а мокрые ботинки чавкали при каждом шаге. Облачность рассеивалась. Стало видно, что после бури снега на вершинах прибавилось. По сравнению с первым днем в горах разница сразу бросалась в глаза.

Нора шла вдоль Покер-крика и через сорок минут добралась до того места, где ущелье сужалось. Потом поравнялась со стеной из мертвых деревьев. Но вместо того чтобы высматривать профиль старухи, Нора просто зашагала у подножий скал: нет ли недавно рухнувших камней, которые укажут его бывшее местоположение. Дело оказалось несложным. Порода здесь обваливалась на протяжении десятков тысяч лет, что доказывает и мелкая осыпь, и камни покрупнее, но почти все они заросли лишайником и частично ушли под землю. Скалы покрыты трещинами и отверстиями. Нора продвигалась вперед все дальше. Вот у нее над головой с недовольным карканьем пролетели два ворона. Пахло еловой смолой. Снова опустился туман, скрывая горные пики и превращая долину в призрачное белое озеро. Странный, леденящий холод пробрал Нору до костей.

Она дошла до противоположной части долины и направилась обратно, проверяя другую сторону. Там Нора почти сразу наткнулась на свежие следы камнепада, настолько недавнего, что между обломками до сих пор валялись гниющие стволы поваленных деревьев. Нора отступила на несколько шагов и уставилась вверх. У края скалы, под тающей линией снега, там, где каньон делал изгиб, Нора заметила светлый участок только что обнаженной горной породы.

На этом месте каменное лицо сразу привлекало внимание – если оно, конечно, здесь было.

Нора отступила дальше, изучая долину опытным взглядом. Возле скал земля идет под уклон, но дальше выравнивается. Как раз подходящее место для лагеря. Ровный участок занимает акра три-четыре. Для археологических раскопок, скорее всего, понадобится не больше четверти акра.

И где же переселенцы расположили фургоны? Нора попыталась поставить себя на место этих людей. К тому времени выпало не меньше фута снега. Разгул стихии продолжался. Путешественники очутились в эпицентре бури, которой суждено было изменить их жизнь навсегда. С 1846 года эти дикие места изменились мало – а может, совсем не изменились. Она понимала: если не считать отсутствия снега, ее окружает та же местность, что и участников партии Доннера.

Будь Нора главной среди них, где бы она разбила лагерь?

Нора прошла наискосок сначала вправо, потом влево. Возле ручья земля опять шла под уклон. Значит, остановились где-то посередине. Откуда лучше всего видно ныне осыпавшееся лицо и острый гранитный угол? Трудно судить, но в результате внимательного осмотра все еще заснеженной скалы Нора выбрала место, отчего-то показавшееся ей наиболее подходящим. Издали низина выглядела меньше. Трава мокрая от дождя, густая и сочная. Даже слишком. А еще здесь росли цветы.

Больше на сыром лугу нигде цветов не было. Как и любой археолог, Нора привыкла обращать внимание на места с неожиданно плодородной почвой или на изменения в растительном покрове.

Нора опустилась на колени и погрузила руку в холодную траву. Может, попробовать? А почему, собственно, нет? Она квалифицированный специалист, все разрешения у них есть.

Стоя на коленях, Нора сняла рюкзак. Достала совок, перчатки и маску для лица. Вымерила и разметила среди густой травы пятидесятисантиметровый квадрат. Подсунула под травяной слой совок, осторожно поддела корни и вытащила клочок дерна, обнажая влажную землю внизу. Медленно и очень осторожно Нора принялась убирать землю слой за слоем. Следы лагеря, разбитого на этом месте сто семьдесят пять лет назад, должны быть недалеко от поверхности, особенно на такой высоте, на горном лугу, где почва формируется медленно.

Через три дюйма совок задел что-то твердое. Вооружившись тонкой кисточкой, Нора раскопала этот предмет.

Человеческий зуб.

Когда Нора вернулась в лагерь, небо прояснилось. Закат окрасил легкие облачка кроваво-красным. Свежие горные снега сверкали и переливались на солнце. Джейсон и Клайв еще не вернулись. Пока Мэгги готовила ужин, а табунщики кормили лошадей овсом, Нора ничего не говорила. Наконец, когда она уже начала беспокоиться, показался Джейсон. За ним брел Клайв. Лицо историка выражало глубокое уныние.

– Вот это провал, – произнес он, сбрасывая рюкзак на землю.

Взял с огня всегда поджидавший наготове кофейник, налил себе чашку и сел на бревно.

– Ну как, пусто?

Клайв кивнул.

– Что, совсем ничего не нашли?

– Ни единой пуговицы.

Джейсон тоже налил себе кофе.

– А ты что скажешь? – спросила его Нора.

Тот пожал плечами:

– Если Потерянный лагерь здесь, то искать его надо в другом месте.

Быстро темнело. Заухала сова.

Нора обратилась к Клайву:

– Вот он, яркий пример зацикленности на себе.

Бентон растерянно уставился на нее:

– На себе? Вы о чем?

– О вас. Только ноете из-за своей неудачи, а что нашла я, даже не спросили.

Оба мужчины уставились на нее во все глаза.

– Вы что-то нашли? – наконец спросил Клайв.

Нора кивнула.

– Что?

– Человеческий зуб.

Клайв вскочил:

– Серьезно?

Тут все одновременно принялись забрасывать ее вопросами.

– Я наткнулась на него в миле от входа в каньон Покер, в той низине, которую мы с вами вчера осматривали.

– Нора, да это же замечательно! Великолепно! – воскликнул Клайв и от избытка чувств заключил ее в объятия, но быстро опомнился, отступил на шаг и принялся энергично трясти руку. Нора осталась довольна произведенным эффектом, и все же ее удивило отсутствие профессиональной зависти, ведь она опередила Клайва и сделала открытие одна. А еще от его объятий по всему телу пробежала легкая приятная дрожь.

– Потрясающе! Феноменально!

Клайв снова сел у костра. Он смеялся от радости, голубые глаза сияли.

– Ну, рассказывайте, как вам это удалось.

Нора вкратце поведала о своей догадке. Бёрлесон открыл бутылку вина и налил всем.

– Выпьем за первый успех, – объявил он, поднимая собственную жестяную кружку.

Во время ужина за первой бутылкой последовала вторая. Потом сидели у костра. Сначала все оживленно строили предположения, но постепенно разговоры смолкли. В тишине раздавалось только потрескивание хвороста, уханье совы и слабый шелест листьев на ветру.

– Завтра разбиваем новый лагерь, – проговорила Нора. – Возле Покер-крика, всего в полумиле от будущего места раскопок, есть подходящий ровный участок.