Линетт Нони – Мятежная королева (страница 14)
– Я… – С губ Кивы уже почти сорвались извинения, но Наари остановила ее взглядом.
И жестом.
Подняв левую руку, из которой еще недавно торчало лезвие, она сняла с нее перчатку. Кива удивленно уставилась на ее ладонь.
Крови не было, потому что не было раны. А раны не было, потому что не было плоти.
Вместо кисти у Наари был протез. И там, где заканчивалась кожа предплечья и начинался протез, виднелась зазубрина – именно в это место вонзилось лезвие.
– А, – глупо сказала Кива. И еще глупее добавила: – Как удобно.
Губы Наари дернулись:
– И всегда под рукой.
Кива удивленно хохотнула, но быстро замаскировала смех под кашель, от которого горло мигом разорвало болью.
Чтобы перевести тему, пока та натягивала перчатку, Кива не сдержалась и полюбопытствовала:
– Могу ли я спросить, как это произошло?
Она затаила дыхание, гадая, не стоило ли промолчать, но похоже, Наари ее вопрос ничуть не расстроил.
– Я защищала дорогого мне человека. – Надзирательница согнула руку с уже надетой перчаткой. – Он потом проследил, чтобы обо мне позаботились.
– И теперь вы тут, – заметила Кива и мгновенно пожалела о своих словах.
Однако Наари и в этот раз не рассердилась.
– И теперь я тут.
Это многое объясняет, подумала Кива. Наари, конечно, все еще была новым лицом среди тюремщиков, но она уже проработала в Залиндове дольше, чем большинство других женщин-надзирательниц. Несмотря на качественный протез, найти новую должность ей будет трудно, и уж тем более никто не даст ей продвинуться по службе. Тюремные надзиратели находились в самых низах, и все же, если Наари хотела служить защитником королевства, из-за отсутствующей кисти других вариантов у нее практически не было.
– Болит? – в Киве опять заговорил лекарь.
– Бывает, – призналась Наари.
Кива задержала на ней взгляд и предложила:
– Если вам вдруг понадобится болеутоляющее…
Наари мгновение помолчала и наконец ответила:
– Я сообщу.
Кива понимала: происходит нечто странное. Что-то сдвинулось в их отношениях. Размылась грань между надзирателем и заключенным, и не только потому, что Наари ее спасла, причем не в первый раз.
– Спасибо, – тихо поблагодарила Кива, – что помогли. Снова.
Наари удивленно выгнула бровь: она-то знала, что называть это «помощью» будет преуменьшением, но поправлять не стала.
– Просто радуйся, что я вовремя подоспела.
Кива радовалась. Даже очень. И все же не удержалась от вопроса:
– Сегодня в лазарете целый день никто не дежурил. Почему же вы пришли сейчас?
Прежде чем Наари успела ответить, в лазарет ворвался Типп, а следом за ним вошли Мот и Джарен.
Заведующему моргом Кива не удивилась, но на Джарена уставилась с удивлением. Он же при виде нее внезапно застыл, да и Мот с Типпом раскрыли рты.
– Кивушка, что с тобой приключилось? – Щеки Мота покрылись гневными пятнами. Оон осуждающе поглядел на надзирательницу.
Та, встретившись с ним взглядом, скрестила руки на груди.
Кива не сразу поняла, что происходит, но потом заметила, куда смотрит Джарен. И Типп. Она дотронулась пальцами до шеи. Наверняка на ней тревожной радугой уже расцветали синяки.
– Тильда проснулась, и у нас… произошла небольшая стычка, – поспешила объяснить Кива, стараясь, чтобы ее слова звучали как можно непринужденнее. С хриплым дрожащим голосом выходило не очень убедительно. – Наари вовремя… вмешалась.
Она буквально слышала, как надзирательница закатывает глаза: Кива определенно выразилась куда мягче, чем следовало.
– Не надо было мне т-т-тебя одну оставлять. – Бледное веснушчатое лицо Типпа было обращено к закованной заключенной. – Из-извини, Кива.
– Я сама велела тебе идти, – покачала головой она. Взглянула на Мота: – Спасибо, что пришел так быстро.
Тот тоже не отводил взгляда от пристегнутой к кровати женщины.
– Это она, значится? Та самая, о которой все толкуют?
– Мятежная королева, – впервые с появления заговорил Джарен. Тоннельные работы на сегодня кончились, так что теперь он мог свободно расхаживать по тюремным территориям. Тем не менее Кива предполагала, что он пришел не просто так, и осмотрела его с ног до головы. Внешне все было в порядке.
– То есть она и вправду к-к-королева? – Лицо Типпа сияло от любопытства, словно до этого момента он не смел по-настоящему в это поверить.
– Пока нет, – покачал головой Джарен. – Но она со своими приверженцами этого и добивается. Хочет свергнуть правителей Эвалона и захватить их корону.
– Или же
– Можете верить чему угодно, – перебила их Наари, переводя взгляд на Киву, – но у вас неделя, чтобы поставить ее на ноги. Я пришла сообщить об этом.
– А разве у нас не д-два дня? – Типп почесал нос.
– Королевская семья решила приехать на ее первую Ордалию, – заявила Наари. – Им еще нужно успеть сюда добраться.
На мгновение в лазарете воцарилась полная тишина. Но затем…
– Что?!
Кива не была уверена, кто воскликнул громче, зато точно знала, что удивилась не она одна.
– В Залиндов приедут король Стеллан с королевой Арианой? – Мот прижал руку к лысеющей макушке. – Во дела…
– Нет, их не будет, – ответила Наари. – Они слишком далеко, в Валлении. А наследный принц и принцесса на зиму остановились в горах Танестра. Они прибудут в тюрьму по поручению родителей.
У Типпа отвисла челюсть, Мот оцепенел, Джарен от потрясения широко раскрыл глаза. У Кивы полегчало на душе от того, что не ее одну поразила эта новость, но вместе с тем она чувствовала, как тяжелеет на ее плечах ноша немыслимого поручения.
Приедет королевская семья или нет, особой разницы это не имеет. Тильда все равно очень больна и вряд ли доживет до первого испытания, а если и доживет, то вряд ли его пройдет.
– Значит, неделя? – кивнула Кива. – Что ж, уже что-то.
Она посмотрела на женщину, и при виде оков у Кивы снова свело желудок.
– Они небось очень хотят правосудия, иначе б не стали тащиться в такую даль, – заметил Мот, проследив за взглядом Кивы.
– Расскажешь, как все было, Кива? – попросил Типп. – А то я от т-тебя только урывками это слышал и теперь н-не понимаю, почему все считают ее оп-опасной.
Кива беспомощно взглянула на Типпа, потом перевела взгляд на всех остальных. Остановилась на Джарене и вместо того, чтобы ответить Типпу, спросила:
– Зачем ты здесь?
Он поймал ее взгляд.
– Вообще я хотел попросить еще мази для рук. Но теперь тоже хочу послушать эту твою историю.
Мот согласно кивнул, и Кива повернулась к Наари в надежде, что надзирательница положит конец их просьбам. Вместо этого Наари отошла в сторонку и удобно устроилась на ближайшей кушетке. Кива еле удержалась от изумленного взгляда, а потом тут же нахмурилась, потому что остальные вслед за Наари расселись по местам и выжидательно уставились на Киву.
– Я тюремный лекарь, – напомнила им она. – Не сказочница.