Линетт Нони – Драэкора (страница 69)
— Два раза в год нам разрешается приходить и черпать Зао из Тер'а Ора Воррен, чтобы пополнить наши запасы, — продолжил свое объяснение Эйвен. — Это источник энергии для Мейи, помогающий нам продолжать процветать как расе, даже обеспечивая нас энергией для создания защитных оберегов, которые мы экономно используем по всему городу. Без Зао эти обереги потерпели бы неудачу. У нас также не было бы материалов достаточно высокого качества, чтобы создавать новое оружие, строить новые здания или даже освещать наши пути и очаги. Мы полагаемся на постоянное благословение драэкорцев — церемонию Дарования Жизни — за то, что они позволили нашему народу процветать в этом новом мире.
«Должно быть, именно поэтому он потащил меня в будущее».
Неожиданные слова застали Алекс врасплох.
«Ксира?» Она огляделась, но нигде его не увидела. «О чем ты говоришь?»
«Разве ты не думала, что заставило его вытащить меня в твое время?» — спросил Ксиракс.
«Конечно, думала, — ответила она. — Но я ничуть не приблизилась к разгадке».
«В твоем будущем нет драконов, Алекс, — сказал Ксираксус, заставив воздух вырваться из нее тихим звуком недоверия. — Когда Золотой — Эйвен Далмарта вашего времени — провел меня через абрассу, прежде чем я попался в его ловушку, я увидел мертвое море островов над облаками. Ваша Драэкора была заброшена давным-давно. Я не почувствовал даже отдаленного следа моей расы в вашем мире. Вот тогда я запаниковал и упал с неба, позволив ему подобраться достаточно близко, чтобы попытаться меня схватить».
Алекс наблюдала, как Ксираксус показал ей мысленную картину Драэкоры в будущем — образы, которые он пропустил размытыми вспышками во время своего повтора для Кивалона несколько недель назад. Его воспоминания показали пустошь островов, покоящихся на вершинах облаков, совсем не похожую на разнообразие цвета, которое окружало их сейчас.
«Но… Это означает…» Она сосредоточилась на своих мыслях и спросила: «А как насчет тебя, Ксира? Будущего тебя?»
«Я не знаю, Алекс. Я не могу сказать тебе, что случилось с твоей Драэкорой, — сказал он. — Но я предполагаю, что твой Эйвен вытащил меня, потому что ему нужен был дракон, чтобы дать ему преимущество перед остальными меяринами».
«Как бы ему помогло то, что ты был бы в плену?»
Именно тогда на собрание драконов воцарилась тишина, оторвав Алекс от внутреннего разговора, чтобы посмотреть на происходящее. Она украдкой взглянула на Эйвена, который все еще наклонился ближе и заглядывал ей через плечо, с облегчением обнаружив, что он был слишком занят наблюдением за драконами, чтобы заметить ее мысленный диалог.
— Что происходит? — прошептала она, едва шевеля губами в тишине.
— Наши идут, — прошептал Эйвен в ответ.
Конечно же, меяринский взгляд Алекс заметил их в тот момент, когда он это сказал, наблюдая, как они взлетели на почти невидимых Валиспасах, семь представителей совета приземлялись один за другим в амфитеатре траесоса. Все они были одеты в одинаковые мантии с капюшонами, светящиеся знакомым сиянием Мирокса, вшитого в ткань, яркость которого резко контрастировала с кристаллизованной чернотой, окружающей их.
— А вот и самое интересное, — прошептал Эйвен на ухо Алекс, отчего по ее коже побежали мурашки.
— Жители Мейи, — позвала Зарония на языке меярин, ее голос громким эхом разнесся по всему пространству до обостренного слуха Алекса. — Сегодня вечером вы присоединяетесь ко всей Драэкоре, чтобы почтить память тех, кто был потерян за пределами звезд.
Словно цитируя сценарий, который они все выучили наизусть, в один голос меярины сказали:
— Пусть свет всегда сияет над заблудшими.
Алекс была более чем немного напугана, и это стало только хуже, когда Зарония расправила крылья и полетела вниз со своего возвышения, пока не остановилась на земле перед меяринами. Между ними было что-то похожее на большую чашу, выкованную из траесоса, но вместо того, чтобы быть полностью черной, как остальная часть скалы, она была покрыта прожилками светящегося Мирокса.
— Свет для жизни, — сказала Зарония, как некое обещание — на этот раз не на меяринском, а на скрипучем, рокочущем языке драконов, — когда она наклонила голову над раковиной. На глазах у Алекс крупная серебристая слеза скатилась с ее глаза и упала в чашу.
Один за другим драконы падали на землю, произнося одно и то же: «Свет для жизни», прежде чем выпустить свои слезы в неуклонно растущей озерцо, а затем улететь в темноту ночи.
«Я не понимала, что Тер'а Ора Воррен — это буквальное описание, — обратилась Алекс к Ксираксусу. — Это действительно Озеро Слез».
«Зао обеспечивает основу для большинства жизненных потребностей меярин», — ответил он, повторив то, что сказал Эйвен, когда говорил о том, что, как теперь знала Алекс, было Мироксом в жидкой форме — слезами драконов.
«И если в моем будущем не будет драконов…» сказала Алекс, возвращаясь к их предыдущему разговору.
«Тогда у меяринов вашего мира нет доступных им новых Зао, — ответил он. — И без доступа к чему-то столь важному для их основания, для их дальнейшего процветающего существования, они, по сути, медленно деградировали бы. Медленно умирали как раса, поскольку их запасы заканчивались».
Алекс вдруг вспомнила, как в шутку спросила Кию своего времени, может ли она взять с собой домой немного Мирокса.
— К сожалению, в наши дни нам доступно очень мало Мирокса, — ответила тогда Кия. — Это редкий товар среди нашей расы.
Алекс поделилась воспоминанием с Ксираксусом и продолжила, сказав:
«Ты думаешь, Эйвен притянул тебя в будущее, чтобы ты мог, э-э, поплакать для него?»
«Я думаю, что он хотел слез дракона, да, — сказал Ксираксус. — С постоянным запасом Зао он сможет обеспечить оружием свой растущий гарсет; он сможет обменять наши слезы на любую из других рас Медоры и получить взамен все, что захочет; возможно, он даже сможет соблазнить других в Мейе и повлиять на них, если он сможет предложить им что-то столь ценное, без чего они так долго жили. Люди пойдут на все, если они достаточно отчаянны. Они пойдут за кем угодно, поддержат любое дело».
Алекс вздрогнула, когда на ум пришел образ Эйвена, штурмующего дворец. Несколько одаренных людей и небольшая горстка верных гарсетов, хотя и не были хорошими, не представляли большой угрозы для короны. Но при поддержке целого города отчаявшихся меяринов, готовых восстать против своих правителей, если это означает доступ к роскоши, в которой им так долго отказывали, тогда жизни Рока и Астофа будут в гораздо большей опасности. Даже элитная гвардия не смогла бы справиться с целым городом революционеров. Эйвену едва ли пришлось бы пошевелить пальцем, чтобы убить своих брата и отца, прежде чем заявить о своих правах на трон.
Дрожа от увиденного, Алекс все еще чего-то не понимала.
«Почему ты, Ксира? Почему не какой-нибудь другой дракон? И как ему вообще удалось провести тебя через абрассу с самого начала?»
«Только два существа во всех мирах могут получить доступ к абрассе, чтобы манипулировать или путешествовать в пространстве и времени, — ответил Ксираксус. — Драконы и Тиа Ауранс. У Эйвена из твоего будущего в плену была Тиа Ауранс… я увидел ее, когда подлетел достаточно близко, чтобы он мог поймать меня в ловушку».
Он поделился своими воспоминаниями с Алекс, и она ахнула от узнавания, увидев Леди Тайн, связанную извивающимися черными шнурами вокруг тела.
«Это… Это…»
«Айз Даега — это Тиа Ауранс, Алекс, — сказал Ксираксус. — В твоем будущем она бы уже встретила тебя в этом прошлом, поэтому, когда Эйвен захватил ее и нашел способ заставить ее выполнять его приказы, я полагаю, что она намеренно решила вытащить меня, чтобы я связался с тобой и забрал тебя с собой, зная, что это уже было сделано в прошлом».
Когда Алекс смотрела на редеющую толпу драконов, все еще капающих слезами в чашу, она задавалась вопросом, возможно ли получить аневризму мозга от перегрузки невозможностями, которые до смешного имели смысл.
«Это безумие», сказала Алекс, даже ее мысли звучали напряженно.
«Хорошая новость в том, что он не преуспел, сказал Ксираксус. — С той силой, которая потребовалась бы Айз Даеге, чтобы вытащить меня, она не сможет повторить этот процесс в ближайшее время с другим драконом. И, если Тиа Ауранс вашего времени хоть в чем-то похожа на ту, кем она является здесь, я рискну предположить, что она добровольно сдалась, чтобы обеспечить твой визит в прошлое. Связанная спиралями траесоса или нет, я не удивлюсь, если, как только ты вернешься в свое время, Эйвен обнаружит, что ему не хватает могущественного пленника».
Из того, что Алекс знала о древней женщине, она не сомневалась в предположении Ксираксуса о способностях Леди Тайн. И это было облегчением, поскольку она не горела желанием добавлять еще одно имя в свой список «для спасения».
«Это ничего не изменило, — сказал Ксираксус, прочитав ее внутреннее смятение. — Теперь ты просто лучше осведомлена о плане Эйвена».
«И что он в отчаянии, — добавила Алекс, — но, думаю, я уже знала это».
Снова оглянувшись через плечо, Алекс увидела расслабленное, открытое лицо Эйвена, который однажды станет монстром. Она просто не могла понять, как все могло пойти так плохо. Даже сейчас, несмотря на то, что он был увлечен своими антисмертными идеалами, в нем не было ничего злого. Все, чего он хотел, — это сепарироваться от них, а не убивать. Что могло случиться, чтобы заставить его сорваться и убить их всех?