Линдси Карри – Царап-царап (страница 13)

– Зачем мне писать маркером цифры на стене нашей ванной, Сэм?

– Не знаю! – Сэм вскинул руки и принялся расхаживать туда-сюда. – Я просто пытаюсь понять, что происходит.

Потом он провёл рукой по лицу и вздохнул.

– Когда я вернулся домой, то собирался доесть печенье и сыграть в «Фортнайт». Как вообще до такого дошло? – Он ткнул пальцем в цифры на стене.

Я мрачно рассмеялась.

– Ты не единственный, кому испортили вечер. Я с трудом пережила торнадо в нашей гостиной.

Сэм удивлённо наклонил голову, но у меня не было сил всё ему объяснять.

– Слушай, я привела тебя сюда и всё показала не для того, чтобы ты потратил своё бесценное время. Эти же самые цифры были написаны на листке бумаги, который я нашла в автобусе.

При мысли о выцветшем листке, который мальчик оставил в автобусе, у меня вспотели руки и ослабли колени. Мама всегда говорила, что лук, морковь и сельдерей – три главных ингредиента любого блюда. Сейчас моими главными ингредиентами, если такое понятие вообще существовало, были грусть, усталость и смятение.

– Это призрак, Сэм, – прошептала я, и по моему лицу внезапно потекли слёзы. – Я знаю, что в это невозможно поверить, но это… призрак.

– Эй, всё нормально! Я тебе верю, – тихо сказал мой брат. – Я тебе помогу. Обещаю.

Я посмотрела на него сквозь слёзы и улыбнулась.

– Правда?

– Да. Но ты должна пообещать, что попытаешься помириться с Кэсли. Она твоя лучшая подруга, Клэр. Ты не должна позволить какой-то косметике встать между вами.

Сэм был прав. Я это знала. Но всё было не так просто. Не удивлюсь, если Кэсли больше никогда не захочет со мной разговаривать после моего сегодняшнего поступка.

Глава 14

Я закрыла дверь спальни и придвинула к двери стул. Когда речь шла о призраках, необходимо было подстраховаться. Особенно в этом доме. Мы с Сэмом уселись на полу, разложив перед собой кучу папиных книг, как будто это была карта в неизведанное.

– Я пыталась придумать другое объяснение происходящего, но не смогла, – призналась я. – Не думаю, что оно вообще есть.

Сэм на минуту задумался.

– Давай начнём с начала. Если это действительно призрак, ты не знаешь, кто бы это мог быть?

– Понятия не имею. Автобус останавливался всего в трёх местах, значит, призрак должен был появиться из одного из них.

– Похоже на то. – Сэм открыл пустой блокнот. – Что это за места?

– Аллея смерти, Халл-хаус и мавзолей Кауча, – ответила я, загибая пальцы.

Лицо Сэма стало напряжённым.

– Ну и ну! Аллея смерти? Это слишком даже для папы.

Я закрыла книгу.

– Если испугался названия, тебе стоит посмотреть на сам переулок. Он просто ужасный. – Я увидела, что Сэм наморщил лоб, и нахмурилась. – Ты ведь знаешь, что тебе не обязательно это делать.

– Знаю. Всё нормально. И потом если я когда-нибудь проснусь ночью и увижу в своей комнате призрака, то начну жалеть, что не помог тебе.

Он был прав.

Сэм сунул в рот карандаш с ластиком на конце, а потом постучал им по ноге. Отвратительно.

– Но ты ведь видела не только эти три места, да? Вы просто проехали мимо остальных?

– Да, – подтвердила я. – Папа начинал ехать медленнее и несколько раз останавливался у обочины и рассказывал.

– А ты не думаешь, что тебя может преследовать призрак из одного из этих мест, мимо которых вы проезжали? – уточнил Сэм.

– Не знаю. Но если это так, тогда у меня большие проблемы. В ту ночь мы проезжали мимо кучи мест. Уйдёт целая вечность, чтобы выяснить, что это за призрак.

Сэм покачал головой.

– Вовсе нет. Это ведь должен быть маленький мальчик. Значит, мы должны исследовать все места, где вы были и где умер мальчик, и тогда мы найдём ответ.

Я задумалась. Сэм был прав. Почти. Призраком совершенно точно был мальчик. Но Чикаго старый город, и, по словам папы, здесь произошло много жутких событий. Пожары. Болезни. Гангстеры. Уверена, в любом из этих мест когда-то мог умереть маленький мальчик. Это плохо. Это очень плохо.

– Когда мы остановились у Халл-хаус, кое-что произошло, – вспомнила я.

– Что именно?

– Мне показалось, я что-то услышала. Потом я увидела в окне тень, как будто в автобусе кто-то остался после того, как все вышли. Я осмотрела салон, но там никого не оказалось.

Сэм выпрямился.

– Вот оно! Значит, этот призрак оттуда!

Я замахала руками.

– Погоди! Не думаю, что всё так просто. Я увидела мальчика только в конце экскурсии, когда мы проехали все остановки. Мы как раз отъезжали от мавзолея Кауча. Он мог забраться в автобус, пока мы его осматривали, но поскольку я видела тень раньше, он вполне мог проникнуть внутрь на другой остановке и оставаться незамеченным.

Сэм замолчал на целую минуту. Слишком долго для него.

– Эй! – Я постучала его по голове. – Ты меня слушаешь?

Сэм оттолкнул мою руку и кивнул.

– Да. Я просто думал, почему ты не рассказала папе. Он бывает надоедливым, но он больше нас знает о подобных вещах. Уверен, он бы что-нибудь придумал.

– Я не хочу, чтобы он знал, – твёрдо ответила я. – Он использует это для своей книги, экскурсии или чего-то подобного.

Сэм швырнул блокнот на кучу книг и сердито посмотрел на меня.

– Он бы этого никогда не сделал.

– Ты не был на экскурсии, Сэм! Эти люди помешаны на призраках. Они готовы заплатить почти семьдесят долларов за два часа в автобусе в чикагских пробках! Папа постоянно жалуется по поводу счетов. И мама тоже. Если таким образом экскурсии станут приносить больше денег, он обязательно сделает наш дом одной из остановок.

Я поморщилась, представив, как вся группа, включая парня с закрытым объективом камеры и женщину в мантии, фотографирует за окном моей спальни, пока я пытаюсь сделать уроки или посмотреть телевизор. Сэм был уверен, что папа никогда так не поступит, но он ошибался. Рассказать папе – всё равно что подразнить бифштексом голодную собаку.

– Ладно. Ты уверена, что это единственная причина? – не унимался Сэм, вопросительно приподнимая бровь

Меня охватило беспокойство.

– О чём ты говоришь? Какие ещё могут быть причины?

Сэм пожал плечами.

– Ну, не знаю. Я подумал, может, ты боишься папиных историй о призраках? Ты обычно уходишь, когда он начинает рассказывать.

Я ничего не ответила, и Сэм продолжал:

– Не злись, но я знаю, что ты считаешь не только в нашем переулке. Я слышал через стену, как ты считала. И это почти всегда происходит после папиных историй.

Внезапно беспокойство покинуло меня. Я разозлилась.

– Погоди! Ты слышал, как я считала в переулке? Я так и знала! Я знала, что ты за мной следишь!

Сэм поднял руки, пытаясь меня успокоить.

– Нет, всё было совсем не так! Я тебе уже говорил, что не следил за тобой.

– Тогда объясни, откуда ты это знаешь! – приказала я. – Объясни, откуда тебе известно, что я делаю, когда мне кажется, что я одна.