Линда Ховард – Незнакомка в зеркале (ЛП) (страница 50)

— И она держала эту информацию при себе?

— На встречах связной мог незаметно передать ей флешку во время рукопожатия. Но там содержались сведения только о последнем взносе всего на один депозит. Супруги ведь не держали все яйца в единственной корзине, чтобы минимизировать риск попасться с рыльцем в пушку и всё потерять. Натали наверняка планировала выгрузить информацию куда-то еще, удалить данные из своего ноутбука и уничтожить флешку.

— Стало быть, мне поручили добраться до очередной флешки, скопировать информацию и уйти.

— Если бы кто-то тебя и увидел, даже сам президент, то ничего не заподозрил бы. Тебя одели точно так же, как первую леди в тот день, осветлили и подстригли волосы.

Лиззи глубоко вздохнула и закрыла глаза, наслаждаясь комфортом большого тела рядом и ощущением горячей кожи под пальцами.

— Но что-то пошло не так.

— Вечный бардак. Даже если распланируешь каждый шаг, всегда есть шанс, что операция провалится.

— Это я всё запорола? — тяжело сглотнула Лиззи.

— Нет. Мы устроили так, что первая леди покинула люкс — отлучилась по делам — незаметно для других агентов, потому что начальники охраны каждого из первой пары сотрудничали с нами. Затем ввели тебя в апартаменты. Президент находился в своих покоях, он даже не знал, что первая леди уехала. Ты вошла в спальню, пустила воду, якобы решив принять ванну, выудила из сумочки первой леди флешку и начала копировать.

— И что случилось? — повернувшись в сильных руках, взглянула на Ксавье Лиззи.

— Нас выдал агент из ее охраны, оказалось, он работал не только на нас, но и на китайцев. Предатель запаниковал, рассказал о тебе Натали Торндайк, та вернулась в люкс и застала тебя на месте преступления. Агент к тому же отдал ей свое оружие.

Лиззи притихла, отчаянно стараясь отыскать в мозгу части головоломки, но обнаружила лишь пустоту. Живот свело от ужаса, внезапно захотелось заткнуть уши пальцами, чтобы не слышать продолжения, но тот давний эпизод способен объяснить, почему с ней всё это происходит сейчас, и почему стерты два года жизни. Даже если она действительно никогда ничего не вспомнит, надо узнать причины.

— Президент и первая леди вместе вошли в ее покои, — спокойно и как-то отчужденно излагал Ксавье. — У нее был пистолет, но она не подозревала, с кем имеет дело. Позже ты доложила, что прыгнула на миссис Торндайк, завязалась борьба за оружие, ты случайно нажала на спусковой крючок и Торндайк был убит.

Ясно, что Ксавье рассказал далеко не всё, опустил подробности и детали, что не преуменьшало кошмарную истину: это она убила президента Соединенных Штатов.

Лиззи замерла в надежных объятьях, чувствуя ужас и остолбенение одновременно. Позже она проанализирует услышанное, раскопает всякие частности… но сейчас надо как-то справиться с неоспоримым фактом: она убила — пусть и в порядке самообороны — не просто человека, но самого важного человека в мире. Этот поступок абсолютно противоречил всем ее убеждениям, как гражданки своей страны, неважно, что натворил Торндайк, жизнь президента США неприкосновенна.

Даже если она защищала свою жизнь — это куцее и жалкое оправдание. «Я ведь ничего не помню, как всё было на самом деле. Может, просто запаниковала. Может, солгала, что затеяла драку с первой леди за пистолет». Неизвестно. Ксавье — все они — знают о произошедшем только с ее слов.

— Что было дальше? Как ты вытащил меня оттуда?

— Ты вырубила миссис Торндайк, ударив головой о стену, вложила пистолет в ее руку и спряталась в гардеробной. Двое телохранителей ворвались в помещение, первая леди только очнулась и, вероятно, решила, что они пришли ее арестовать, — всего лишь предположение, потому что никто не знает наверняка, — открыла огонь по двум сотрудникам Секретной службы и убила очень хорошего агента по имени Лорел Роуз. Потом я выстрелил в первую леди.

— Как ты вывел меня из гардеробной, а потом из люкса?

— За двенадцать минут мы всё взяли под контроль: доступ в апартаменты, оружие, место преступления, всё. Старший охранник первой леди выбыл из строя. Я принял командование на себя. Мы планировали эвакуировать тебя из отеля замаскированной, так что, слава Богу, были готовы. Тебя переодели, нацепили парик и очки и вывели через смежную комнату. Потом изобразили сцену, будто первая леди расстреляла президента, получив доказательства, что он спал с ее сестрой — истинная правда, кстати.

«Значит, замаскировали и вывели наружу». Лиззи обдумала всё услышанное и пришла к выводу, что на нее возлагали гораздо большую ответственность, чем замышлялось изначально, что она была действующим членом команды.

— Ты не успела закончить копирование, но захватила с собой оригинал. Неопровержимые доказательства против президента. Он продавал не только важнейшие технологии, но и военные тайны тоже. Проанализировав и обсудив ситуацию, мы решили оставить всё как есть. Неверный муж лучше, чем предатель.

«О, Боже, как же больно. Внутренности словно раздирает на части. Мало того, что я влипла в этот кошмар, так еще потащила за собой Ксавье и всю остальную команду».

— Ты давал присягу…

— Да, присягу на верность Конституции, присягу защищать страну от врагов, как внутренних, так и внешних. В данном случае противник был внутренним.

Их собственный президент.

— А я стала слабым звеном.

«Теперь понятно, почему мне стерли память и перекроили лицо. Чтобы люди при взгляде на меня не вспоминали Натали Торндайк, а заодно и ту неприглядную историю».

— Как и остальные члены команды. Все без исключения. Но ты буквально рассыпалась на части, никак не могла пережить…

— Правда? — парировала Лиззи, затем покачала головой на злость в своем голосе. — Извини. Я невероятно всё усложнила, да?

— Лично я не сомневался, что ты справишься. Да, ты была в шоке — как и все мы, кстати, — но ты всегда держалась крепким орешком, просто тебе требовалось чуть больше времени, чтобы переосмыслить факты. Но остальные испугались, что победит твое чувство долга и в результате мы все предстанем перед расстрельной командой.

— Так что… мне решили промыть мозги.

— Да.

— А как насчет агента, который работал на китайцев и передал свой пистолет миссис Торндайк? Вот уж действительно хвостик увяз — всем птичкам каюк.

— Он был вторым, которому промыли мозги.

— Он еще жив?

— А ты как думаешь? — ледяным отчужденным тоном спросил Ксавье.

Глава 26

Фелис беспокойно бродила по дому, держась подальше от окон, хотя все шторы были плотно задернуты. Казалось, будто темнота давит на стекла, скрывая живых призраков, невидимо скользящих во мраке. Не хотелось стать мишенью, позволив углядеть, пусть даже мимолетно, силуэт на фоне занавесей.

По словам исполнителя, вызванный им специалист уже где-то там наблюдает за окрестностями. Но независимо от квалификации, он ведь всего один, стало быть, не в состоянии видеть дом со всех четырех сторон одновременно. Связник назвал имя — Эван Кларк, на тот случай, если по каким-то причинам ей придется контактировать непосредственно с ним, но Фелис не могла себе представить, с какой стати может встретиться с наемником лицом к лицу. Имя фальшивое, разумеется, но ни при каких обстоятельствах Макгоуэн не желала знать настоящее.

События пятилетней давности покатились как снежный ком с горы, неудержимо и неодолимо, словно лавина. Фелис терзали скверные предчувствия. К подобному повороту они не готовились, никто не ожидал, что члены команды окажутся вынуждены устранять друг друга ради сохранения тайны. Но в случае огласки разразится национальная катастрофа. Пусть лучше останется единственный носитель взрывоопасной информации.

Ксавье и Лиззи должны умереть. Дэнкинс, Хейес, Эл Фордж — все должны умереть. Если в живых должен остаться кто-то один — то это она сама. Потому что у нее есть дочь. У Дэнкинса и Хейса тоже имелись семьи, но ей-то что до этого? Фелис волновала исключительно собственная девочка. Разве не на заботе о своих потомках держится человеческая раса?

Когда-то все они были очень близки, объединены в единое целое важностью миссии. Никогда ни одну команду Фелис не ценила так высоко. Дураков среди них не водилось, но даже в нынешних обстоятельствах никто кроме нее не осознал, какую непомерную цену им придется заплатить при окончательном расчете. Как всё дошло до такого?

Выживают самые приспособленные. Вот что они не приняли во внимание — основной инстинкт, первоочередную потребность во что бы то ни стало защитить себя и своих близких.

Оглядываясь назад, Фелис понимала, что должна была покончить со всеми сразу после завершения миссии, когда никто ничего подобного не ожидал. С другой стороны, множество трупов привлекло бы чрезмерное внимание… и вот во что теперь вылилось давнее половинчатое решение. Она вынуждена зачистить всех оставшихся, причем заняться этим лично, иначе все пропало.

Ксавье — первая и главная цель. Он был самым опасным еще до покушения на его жизнь. Фордж тоже не подарок, но хотя бы неохотно согласился, что устранить Ксавье — насущная задача, так что Фелис купила себе некоторое время. Сейчас главное — действовать, пока Эл не привлек своих людей.

Специалист обязан уничтожить Ксавье. Тут ей не справиться, надо быть сумасшедшей, чтобы даже рассматривать подобную идею. Эл абсолютно прав: Ксавье непременно явится по ее душу, и лучшее место для нападения — ее собственный дом. На работе она в полной безопасности, да и по дороге в офис и обратно ее тоже нелегко подстеречь. Разумеется, можно где-то спрятаться, но нельзя же скрываться всю жизнь, и Ксавье это прекрасно понимает. Возможно, он понадеется, что самоуверенность закроет ей глаза на уязвимые места, внушив иллюзию, будто всё предусмотрено.