Линда Джейвин – Наикратчайшая история Китая. От древних династий к современной супердержаве (страница 31)
«Служи народу» почерком Мао. В риторике КПК
Поначалу коммунисты столкнулись с теми же проблемами, которые стояли перед большинством династий, начиная с эпохи Цинь. Одной из таких проблем была перестройка разрушенной войной экономики. Не имея опыта индустриализации, они обратились за помощью к Советскому Союзу. Во время визита в Москву в 1949 году Мао договорился со Сталиным о предоставлении кредита, эквивалентного 300 миллионам долларов; Сталин также пообещал помочь китайцам с развитием промышленности и укреплением флота.
Закон об аграрной реформе 1950 года расширил политику земельной реформы на всю страну: все пахотные земли были переданы во владение государства и разделены между теми, кто их возделывал. Для борьбы с укоренившейся коррупцией КПК призвала граждан сообщать о таких преступлениях, как растрачивание государственных ресурсов, кража государственной собственности и экономический шпионаж.
Затем встал вопрос о восстановлении мира на границах.
Во время гражданской войны уйгурские сепаратисты провозгласили создание Восточно-Туркестанской республики в северной части Синьцзяна. СССР поддерживал синьцзянских сепаратистов, но после победы КПК в гражданской войне это потеряло смысл. Советский Союз сыграл роль в переговорах между КПК и Восточно-Туркестанской Республикой о мирном вхождении последней в состав КНР.
Тибет уже около пятидесяти лет находился под непостоянной и переходящей из рук в руки властью полуколониальных британских руководителей, собственных теократических правителей, военачальников и Гоминьдана. События, происходившие между 1949 и 1951 годами, КНР окрестила «мирным освобождением»; сторонники тибетской независимости считают их вторжением, а некоторые независимые ученые называют аннексией. Тибетское правительство, вынужденное сесть за стол переговоров, подписало с Пекином Соглашение по мирному освобождению Тибета из 17 пунктов, обещавшее тибетцам свободу вероисповедания и самоуправление в качестве еще одного «автономного региона» в пределах КНР.
НОАК также отбила остров Хайнань у остатков войск Гоминьдана. В 1950-х годах НОАК будет участвовать в более или менее серьезных столкновениях с Националистской армией, в том числе и во взаимной бомбардировке между прибрежной провинцией Фуцзянь и находившимися в руках националистов островами Цзиньмэнь и Мацзу, расположенными недалеко от побережья.
Словно бы для того, чтобы подчеркнуть важность национального единства, коммунисты упразднили часовые пояса, установленные в республиканскую эпоху. Все часы, от восточного побережья до города Урумчи почти в 3000 км от Синьцзяна, были переведены на пекинское время.
В конце Второй мировой войны США произвольно разделили Корейский полуостров вдоль 38-й параллели и разместили свои войска в южной части. В 1950 году северокорейский лидер Ким Ир Сен сообщил Мао, что он планирует вновь объединить Корею. Он хотел заручиться поддержкой КНР в случае, если американцы вступят в борьбу. Мао осторожно пообещал помощь, если они пересекут параллель [1]. Как он сказал Сталину, Китаю требовалось 3–5 лет мира, чтобы вернуть экономику на довоенный уровень и «стабилизировать страну в целом».
Ким атаковал южную часть полуострова 25 июня 1950 года, ООН и американские войска отбросили его обратно за параллель. Конфликт мог бы на этом и закончиться, но Трумэн желал смены режима. В книге «Корея: где начался американский век» (Korea: Where the American Century Began) Майкл Пемброк пишет: «Идеологический и военный энтузиазм Вашингтона обеспечил более масштабный и глубокий конфликт, и подобное часто происходило с тех пор» [2].
После того как американцы пересекли 38-ю параллель, Мао отправил в Корею около трех миллионов «добровольцев» – их назвали так, чтобы избежать необходимости объявлять США войну. В Корейской войне (официально объявленной сопротивлением американской агрессии и помощью Корее) китайцы и корейцы вытеснили потрясенных американцев обратно за параллель. Представители ООН, КНР и Северокорейской армии подписали соглашение о прекращении огня в 1953 году.
Население Кореи понесло серьезные потери в этом конфликте. Старший сын Мао от Ян Кайхуэй, Мао Аньин (1922–1950), был одним из примерно 400 000 китайцев, которые лишились жизни в Корее. Еще сотни тысяч были ранены [3].
Смерть Сталина в 1953 г. потрясла Мао; он оплакивал его как «величайшего гения эпохи». После этого отношения между КНР и СССР стали портиться
Эта война подогрела американские страхи по поводу «красной угрозы», которые и без того муссировались благодаря Маккарти и его антикоммунистической «охоте на ведьм». Война также способствовала созданию замкнутой и параноидальной Северной Кореи, которая по сей день продолжает подбрасывать Китаю многочисленные дипломатические и практические проблемы. Поссорившись с постсталинским руководством Советского Союза в конце десятилетия, Мао избрал изоляционизм, назвав его благом («самодостаточностью»).
Коммунисты создали новую систему правительства, вдохновившись примером СССР. Они основали параллельные бюрократические аппараты, один из которых принадлежал КПК, другой – государству. Эта система существует и поныне.
Генеральный секретарь возглавляет КПК, которая определяет политику. Всекитайское собрание народных представителей (ВСНП) принимает эту политику в виде закона. Глава собрания и глава страны – председатель собрания, иногда называемый по-английски президентом. КПК также осуществляет руководство военными силами страны и контроль за армией.
Государственный совет следит за осуществлением политического курса и исполнением закона. Отдел пропаганды КПК распространяет информацию о политике и законах и осуществляет кампании по внедрению идей и убеждению населения. На всех уровнях правительства существует двойное управление: например, в каждом городе есть мэр и секретарь КПК. КПК руководит курсом страны и выбирает своих членов на высшие посты в правительстве – таким образом получается, пусть и не идеальное, условное «партийное государство».
Тех, кто работает на партию или государство на любом уровне, можно назвать «кадрами»,
Государственная партия, избирательные и совещательные органы, а также национальные федерации – например, писателей или женщин – имеют эквиваленты на региональном уровне. Центр диктует, регионы следуют указаниям – по крайней мере, теоретически. Как говорят в народе, «наверху есть политика, а внизу – способы ее обойти». (Традиционная версия этого высказывания звучит так: «Небеса высоко, император далеко».)
После целого столетия вторжений, войны и политической нестабильности китайское общество находилось в смятении. Болезни случались часто, а здравоохранения практически не существовало. Даже в столице санитария находилась в зачаточном состоянии. Восемь из десяти человек были функционально безграмотны.
В течение трех первых лет у власти партийное государство построило новые общеобразовательные школы, начало упрощение письменности и увеличило количество медпунктов в континентальной части страны с 800 до почти 30 000; число больничных коек за это же время удвоилось и достигло 160 300 [5]. Были запущены кампании по искоренению оспы, чумы, холеры и заболеваний, передающихся половым путем. Наркоманов отправляли на реабилитацию, а наркодилеров на казнь. Проституток отлавливали и заставляли проходить переобучение, в некоторых случаях на медсестер; сутенеров же расстреливали.
Используя в качестве ориентира речь Мао 1942 года о функции литературы и искусства, КПК мобилизовала художников, писателей, актеров и режиссеров на распространение ее политики. Кино и театр считались ключевыми способами донести послание КПК до полуграмотного населения. Позже будут организованы системы надзора и цензуры в области культуры, но в 1951 году недостаток ясности касательно того, что именно желала видеть КПК, привел к запрету десятка новых фильмов сразу после окончания съемок [6].
До 1949 года кинозрителей было мало, и они существовали только в городах. Теперь мобильные команды с кинопроекторами привезли кино даже в самые маленькие деревни. Актерские труппы и антрепренеры несли идеи КПК за пределы городов. Среди популярных работ была пьеса драматурга Лао Шэ «Драконья Борода» о социалистической трансформации бедного района в Пекине, которая принесла автору почетное звание народного художника.
КПК присвоила всем гражданам «классовый статус» на основании их рода деятельности, политической истории и происхождения. Классификация в качестве «бедного крестьянина», «революционного кадра» или «члена семьи революционера-мученика» давала привилегии, в том числе присвоение статуса политически надежного человека. Худшими категориями были «землевладелец», «капиталист» и «исторический контрреволюционер». С 1950 по 1953 год государство казнило почти два миллиона обвиненных «контрреволюционеров», в том числе остатки сторонников Гоминьдана [7].