Лина Янтарова – Охота на ведьм (страница 8)
Но в глубине души Катрин знала, что почерк принадлежит не матери. И все же… «
– Ты всерьез думаешь, что это Джек? – спросила она, когда Фрэнк свернул на дорогу, ведущую к дому Мелиссы. Его красная кровля, увитая лозами, уже виднелась впереди.
– Пока не знаю. Поговорим – увидим. Ради Бога, только не лезь на рожон и не строй из себя детектива, – Фрэнк остановился возле калитки, ведущей в сад особняка. – Ничего, если я припаркуюсь здесь? Дальше пешком.
– Ничего, – кивнула Катрин, вылезая наружу.
Дом Мелиссы стоял на отшибе – за ним начинался густой и прохладный лес, окрашенный в темные хвойные оттенки: изредка здесь встречались всполохи рыжего и россыпь алого в виде ягод, многие из которых были ядовитыми.
Катрин не шутила, когда в разговоре с Рейганом упомянула о возможности заблудиться – если не знать, куда идти, лес вполне мог стать смертельной ловушкой. Под подошвой ее белых кед захрустели сухие ветки, когда она отыскала малозаметную тропинку и решительно направилась по ней в царство высоких массивных стволов, стоявших как солдаты на страже особняка Вентвортов.
– Эй, – Фрэнк догнал ее и схватил за локоть. – Я же просил: никуда не лезть! Иди позади меня.
Катрин с возмущением выдернула руку и уставилась на друга.
– Ты что, думаешь, что Джек может напасть на меня из-за куста?
– Мы не знаем, на что он способен, – тон Фрэнка изменился, став сухим, как те ветви под ее ногами. – Он стал другим.
– Что значит – другим? – не поняла она.
Эббот молча двинулся по тропинке впереди Катрин. Она уже решила, что он не ответит на вопрос, как в тихую трель птиц вплелся напряженный голос друга.
– Джек стал больше пить и рассказывать небылицы. Его здоровье сильно пошатнулось.
Катрин нахмурилась. Джек, которого она знала, работал строителем и никогда не пропускал ежевечернюю кружку пива в баре Мари, однако даже в состоянии подпития он был безобиден.
– Тихо, – Фрэнк остановился и вытянул руку, подавая ей знак остановиться. Катрин послушно замерла. – Слышишь?
Странные звуки, похожие на плач, были почти незаметны на фоне трещащих птиц и шума листьев. Но все же Катрин смогла различить их: тихие, невнятные, перемежающиеся с всхлипами и бормотанием.
– Это Джек? Он что, плачет? – ошеломленно проговорила она и бросилась вперед, туда, где за рядами черных стволов, одетых в зеленые мантии, высился особняк Вентвортов.
Сложенный из темно-серого камня, дом имел два этажа, узкие высокие окна, пропускающие мало света, широкое крыльцо, от роскоши которого ничего не осталось, и две статуи львов перед входом. Забора здесь никогда не было; вокруг особняк окружал только лес, которые со временем сплелся с домом воедино: корни разрушили основание, растения обвили стены, ветви распростерлись над крышей.
В юности особняк казался Катрин страшным. Сейчас она видела перед собой просто заброшенный старый дом, в разрушении которого было некоторое очарование: наплевав на осторожность, она взбежала по крошившимся под ногами ступенькам и вошла через распахнутую дверь.
Внутри пахло сыростью, влажной землей, мхом и пылью. В некоторых местах пол прогнил, и сквозь потемневшие доски пробивались лесные цветы, стекла давно стали мутными, не пропуская скупые солнечные лучи. Катрин растерянно огляделась, ища глазами Джека, но видела только дряхлые остатки мебели, которую в свое время не успели разворовать.
– Я все же тебя арестую, – выпалил Фрэнк, вбегая в дом следом и тут же осматриваясь. – Где он?
– Тише, – шикнула Катрин, поднимая глаза к потолку.
На втором этаже кто-то ходил: шаркал ногами, как столетний старик, и причитал. Катрин без труда узнала голос Джека – необычайно плаксивый и высокий. Вскоре шаги направились в сторону лестницы: Катрин и Фрэнк, как по команде, повернулись в ту сторону. Увидев гнилые ступеньки, Эббот поморщился, однако тут же дружелюбно улыбнулся, стоило ему увидеть мужчину, спускающегося по шаткой лестнице вниз.
– Джек! Дружище, ты чего там делал? Так и упасть недолго, – озабоченно воскликнул Фрэнк.
Катрин же молчала – просто не могла сказать ни слова. Джек, которого она помнила, был мускулистым красавцем с нахальным взглядом, загаром из-за постоянного пребывания на солнце и широкой кривой ухмылкой, которая сражала наповал всех местных девушек.
Мужчина, который предстал перед ее глазами сейчас, выглядел как тень от прежнего Джека: худой, со спутанными грязными волосами до плеч, в несвежей футболке. От ухмылки не осталось и следа – только загар был на месте, однако положение это не спасало: осунувшийся, с кругами под глазами и безумным лицом, Джек выглядел… Ужасно.
– Эббот? – он остановился на половине пути и прищурился. – А ты здесь зачем? А-а, приехал меня арестовывать…
Джек пьяно хохотнул и погрозил Фрэнку пальцем.
– Думаешь, я не понял? Хрен тебе!
– Джек, – прошептала Катрин.
Услышав ее шепот, Джек повернул голову и прищурился. Выражение его лица изменилось, став более мягким, в глазах вспыхнуло удивление.
– Катрин? Малышка Катрин?
– Да, Джек, это я, – улыбнулась Катрин. – Спускайся, только будь осторожен.
– Чтобы он, – Джек мотнул подбородком в сторону Фрэнка, – меня арестовал? Хрен.
– Джек, – Катрин раскинула руки, – ты разве не хочешь меня обнять? И потом, если Эббот захочет, он в любом случае тебя арестует, так что нет смысла стоять на этой лестнице, которая вот-вот рухнет к чертям собачьим!
Джек снова расхохотался.
– Узнаю малышку Райт, – с одобрением кивнул он. – Ладно, я спускаюсь.
Фрэнк бросил в сторону подруги гневный взгляд, но та лишь пожала плечами. Стоило Джеку ступить ногами на пол первого этажа, как он обнял Катрин – та мужественно вытерпела эту минуту, морща нос от запаха пота и чего-то кислого.
– Ну? – Джек повернулся к Фрэнку, который наблюдал за их объятиями с недовольным лицом. – Пришел меня арестовать?
– А есть за что? – вскинул бровь Эббот.
– Ой, да ладно тебе, – Джек разразился нервным лающим смехом. – А то я не в курсе, что ты решил повесить на меня убийство Ребекки.
– Если бы ты явился в участок, то знал бы, что я хочу просто поговорить.
– Ну-ну, – не поверил Джек, а затем повернулся к Катрин. – Я ее и пальцем не трогал.
– Я тебе верю, – быстро ответила она.
Слишком быстро, чтобы это было правдой. Пьяный тон Джека, его странное поведение, расфокусированный взгляд с остатками слез – все это наталкивало на одну простую мысль: что-то не так.
И Джек услышал фальшь в ее голосе. Выпрямившись, он оскорбленно заявил:
– Я не лгу. Я никогда не трогал Ребекку даже пальцем, хотя видит Бог, хорошая затрещина ей бы не помешала – хоть мозги бы на место встали. Она же совсем чокнутая.
Катрин и сама не считала Ребекку приятным человеком, но данное высказывание ее покоробило. Фрэнка, очевидно, тоже – он вполголоса заметил:
– Не надо так о покойной.
– Ты знаешь, что я прав, – огрызнулся Джек. – Ведьма – она и есть ведьма! Сумасшедшая баба. Вспомни, какие истерики она мне закатывала. Слава Богу, я убрался от нее раньше, чем она меня покалечила. А ведь могла.
– Что ты имеешь в виду? – насторожилась Катрин.
– Я же говорю, – Джек снова повернулся к ней и его глаза загорелись страхом. – Она – ведьма.
– Ну, хватит, – велел Фрэнк.
– Да ты сам… Расскажи ей!
Джек бестолково замахал руками. Катрин благоразумно отступила на шаг. Сомнений в том, что он чертовски пьян, больше не было: Ребекка Уолш – ведьма?
Если бы не напряженная обстановка и мрачный особняк Вентвортов, она бы рассмеялась: неужели все жители Спрингса помешались на детских сказках про колдуний и прочей чепухе?
– Вспомни, как она мне пожелала, чтобы я сквозь землю провалился! И в тот же день, – Джек скрипнул зубами. – Я по ровной дороге шел, откуда там яма взялась? Ладно, ты мимо проезжал.
– Джек, ты напился и ни черта не видел, – решительно заявил Фрэнк. – Идем. Мы вторглись в частные владения и не имеем права тут находиться.
– Владения? – Джек расхохотался. – Да сюда все ведьмы и колдуны бегают… Небось, по ночам собрания проводят. Даже тетка твоя, Мелисса…
Он пьяно икнул.
– Что моя тетка? – переспросила Катрин. Сердце взволнованно забилось.
Тетушка Мелисса ходила сюда, в особняк Вентвортов? Зачем? Ведь она никогда не занималась магией. Катрин бы знала – она бы поняла это, найдя книги и другие вещи, которые люди обычно используют для колдовства.
– Шастала сюда, вот что, – ответил Джек. – Много раз видел, как она вечером в темное оденется – и в лес.
– Мелисса собирала травы, – железным голосом пресек его россказни Фрэнк. – Хватит уже, ты расстраиваешь Катрин. Имей уважение хотя бы к ней, Джек.
Джек обиженно поджал губы, точно ребенок.