Лина Вентура – Звонят? Не открывай! (страница 3)

Мысль поехать на семинар все больше и больше нравилась подругам, а Лариса Анатольевна, воздав должное пирогу, рассказала, какая шикарная ждет программа на мероприятии. Оно начнется 9 октября по адресу: Истринский район, поселок Михайловка, 12. Специалисты все расскажут и покажут, потом будет спа, массажи, фильмы…

Гостья достала из сумочки яркую брошюру и положила на стол.

– Изучите на досуге. Когда вам позвонить?

Девушки переглянулись. Юля отреагировала первой:

– Да мы согласны. Сразу запишите нас.

– Тогда так. 9 октября к 15 часам подходите к станции метро Люблино. Там будет ждать автобус с надписью «Михайловка, 12», а у самого метро, выход к магазину «Виктория», гостей будет направлять к автобусу человек с плакатом «Михайловка, 12». Мимо точно не пройдете. Пишу – Софья Романовна Витковская и Юлия Андреевна Локотко.

Когда Лариса Анатольевна ушла, девушки воодушевленно принялись обсуждать будущие перспективы, если они сами станут спецами.

– Да картинки я давно генерирую, – заметила Юля. – Там все зависит от того, какую задачу поставишь. Это можно и самому изучить. А вот то, что они расскажут о разных лайфхаках и к тому же трудоустраивают – это ж вообще красотень! Не говоря уж об отдыхе в Подмосковье на полном обеспечении. Ты хоть представляешь, сколько это стоит?

– Да вот это и смущало меня. Кому охота деньги платить за каких-то ноунеймов? Не знаю, кто такой мой сосед, а нас они знать не знают и мы им до фени. Так с какого перепугу им за нас платить?

– Так это ж реклама! Считай, что мы с тобой просто отправились в рекламный тур! У нас тоже такое бывает. Не волнуйся, рекламодатели копейки лишней не затратят – у них все рассчитано, поэтому окупится. Не переживай за них.

– Ладно. Пошли тогда гулять, мне дома не сидится, когда такое возбуждение в душе.

Подруги быстро собрались и поехали в Сокольники. Гуляя по дорожкам парка, где встречалось немало любителей осенних прогулок, они по-прежнему не могли никак уйти от темы истринского семинара. Идеи появлялись и так же быстро исчезали в калейдоскопе девичьих мыслей. Им казалось, что перед ними открылся зеленый свет к новой жизни и значит к счастью.

…А в трех кварталах от них шел Макс. У него было стойкое ощущение, что за ним следят. Он не мог ни о чем другом думать. Перебрав в памяти все свои недавние статьи и контакты, он решил, что следить за ним ровным счетом некому и незачем. И тем не менее. Журналист опять оглянулся – на осенней улице в погожий выходной день было не так много прохожих. Та полная тетка с одышкой явно не может ни за кем следить, ей бы за своим здоровьем смотреть только. Пацана лет шестнадцати смело можно вычеркивать из конспирологов. Семья с детской коляской? Тоже вряд ли – оба родителя глаз оторвать от ребенка не могут, куда им до слежки.

Однако ж затылок у Макса словно горел, как будто в него целился снайпер. Он свернул во двор, опять обернулся – никого. Машина тоже за ним не въехала, и из окон вряд ли кто высматривает, ведь он в последний момент свернул именно сюда, чего никто не мог знать, даже он сам.

Выйдя на соседнюю улицу, журналист решил прыгнуть в трамвай, а уж потом добираться до дома. Слежку он обнаружил, когда вышел с работы – забежал в редакцию на пару часов, чтобы скинуть срочный текст, дома не удавалось сосредоточиться, потому что он затеял ремонт. Объяснив бригаде, что от них требуется на сегодня, Макс с чистой совестью поехал в редакцию, все сделал, и вот уже битый час пытается оторваться от хвоста, которого не видел, но чувствовал.

«Может, у меня паранойя? Надо в отпуск», – эта мысль принесла спокойствие. Точно, у него неделя отгулов есть, кстати. Надо куда-нибудь к морю. Но вспомнил суету аэропортов, чемоданы… Пожалуй, можно и поближе. Лишь бы никого и ничего. Или взять с собой кого-нибудь? Может, на дачу к матери? А что? Там красиво, тихо, сосны, цветы. Наверно, птицы поют. Или уже не поют? Ему остро захотелось на дачу, чтобы печка горела, а на столе дымилась чашка с чаем или кофе… Чтобы вкусно, сыто, красиво и тихо.

Журналист вышел через две остановки, спустился в метро и поехал домой, решив вечером позвонить матери. В вагоне почти никого не было и вдруг Макс опять почувствовал на себе чужой взгляд. «Да что ж это такое!» – взбесился он, оглядывая пассажиров. На него не то что никто не смотрел, а чувствовалось, что им вообще было плевать на него и друг на друга – поглощенные своими проблемами, люди двигались словно на автомате. Поднимаясь на эскалаторе к выходу из метро, парень несколько раз обернулся, но опять ничего подозрительного не увидел. Он заспешил к дому.

В квартире маляры уже переоделись, готовясь уходить. Макс был рад, что застал их. Вместе с ними осмотрел квартиру, потолок оштукатурили и побелили, подготовили стены. Завтра придут обои клеить. Оставшись один, журналист подошел к окну. Начало темнеть. Во дворе никто не стоял, уставившись на его окна. Да и был ли, так сказать, мальчик?

Поняв, что сильно проголодался, он пошарил в холодильнике, нашел сыр, хлеб и яйца, сделал яичницу и сварил кофе. После еды, как обычно, наступило умиротворение. «Наверно, с голодухи показалось», – решил он. Включил ноутбук, полазил по Сети.

Когда он ложился спать, мысль о слежке даже не пришла ему в голову. А ночью приснилось, что он сидит в незнакомой комнате и неизвестное зло открывает дверь, готовясь вот-вот войти в его жизнь…

Глава четвертая

9 октября Юля сначала заехала к подруге, чтобы вместе добираться до места встречи. Девчонки практично уложили вещи и были в Люблино за полчаса до назначенного времени. Это, конечно, заслуга Сони, которая терпеть не могла ни сюрпризов, ни опозданий, а Юля славилась привычкой оставлять все на последний момент.

Однако их уже встречали. Похожий на студента паренек прохаживался вдоль выхода из метро, а на груди его висела яркая табличка «Михайловка, 12». Но мало того, каждые пару минут он еще и выкрикивал: «Кому в Михайловку?» Уж точно мимо не пройдешь.

Переглянувшись, подруги направились к нему, и молодой проводник тут же указал на ожидающий неподалеку от остановки общественного транспорта автобус. Это был комфортабельный Yutong 6128 с затемненными окнами, на 51 пассажира.

Дверь тут же открылась, и подруг встретила Лариса Анатольевна. Приветливо поманив девушек, она предложила им занять удобные кресла ближе к началу салона, пообещав, что отсюда обзор будет наилучшим. Заглянув внутрь, девушки увидели, что автобус практически полон, свободных мест оставалось всего ничего, в основном впереди.

– Ого, сколько народу участвует! – воскликнула Юля под впечатлением.

– Конечно, организовано солидно, – подтвердила Лариса Анатольевна с гордостью в голосе. – Здесь немало интересных персон собрано.

Подошли еще двое – женщина среднего возраста с сыном. Лариса Анатольевна нахмурилась при виде паренька и о чем-то его спросила. Подруги услышали, как пацан гордо ответил, что он уже совершеннолетний. Эти двое тоже сели впереди.

В последний момент, когда уже решили отправляться, в салон влетел запыхавшийся пассажир. Юля толкнула в бок подругу: «Симпатичный». Соня равнодушно скользнула по незнакомцу взглядом и пожала плечами: вечно Юлька романтику ищет. Опоздавший, облегченно выдохнув, шумно плюхнулся позади них.

Лариса Анатольевна, сообщив в микрофон, что все в сборе, пожелала им приятной дороги, время в пути примерно час-полтора, в зависимости от пробок. В салоне есть вода и туалет, так что в любом случае задержки не страшны, по всем вопросам обращаться к водителю Степану. И вышла.

Автобус плавно катил, выезжая из столицы, пробки не особенно затрудняли путь, пассажиры смотрели в окно и тихо переговаривались.

– Девчонки, давайте знакомиться, – окликнул подруг парень, пришедший последним. – Я Макс, журналист, буду освещать работу семинара. Эх, в кои-то веки лафа досталась на целых три дня, не считая сегодняшнего вечера. – Макс счастливо рассмеялся.

– Соня, Юля, – представились девушки.

Макс давно избавился от привычки оценивать людей по внешнему виду, но помнил, что первое впечатление тем не менее очень важно. Девчонки были симпатичными: одна, темненькая, явно вещь в себе, худенькая черноокая брюнетка словно с иконы, другая посветлее, с кудряшками и серыми глазами, полноватая, смешливая, более открытая.

Вначале обе не особо охотно включились в разговор, но журналист, видимо, свое дело хорошо знал. Через полчаса они уже перешли на ты и смеялись шуткам нового знакомого, который удивительным образом располагал к себе. Высокий, крепкий, светлые волосы имел того оттенка, что еще чуть-чуть, и парня можно было бы назвать рыжим. Веснушки придавали лицу добродушие, а голубые глаза бесхитростно отражали настроение владельца. Если он смеялся, то этот смех отражался и в его глазах. Что сейчас нечасто встретишь, отметила Соня. Чаще она видела другое: человек шутит, скалит зубы – а глаза остаются холодными и равнодушными. Наверно, Макс непосредственный, открытый человек, решила девушка.

Журналист старался вовлечь новых знакомых в беседу, расспрашивая об их жизни и планах на предстоящий семинар. Безусловно, это ему пригодится для статьи, но чувствовалось, что парню искренне интересны другие люди. Постепенно все расслабились и почувствовали себя непринужденно друг с другом.