Лина Солея – Ветер носит сталь (страница 7)
– Она вообще часто ошибается?
– Только в людях. Иногда.
Проход вывел их к пустырю за кварталом. Здесь город обрывался резко – как недописанная строка. Рельсы старой грузовой ветки уходили в темноту. За ними – ангары, склады, редкие огни.
Ветер принёс запах металла, пыли и озона.
– Он здесь, – сказал Марк.
– Ты чувствуешь?
– Я помню.
– Обнадёживает.
Они шли вдоль ржавого забора, пока не дошли до строения, больше похожего на разобранный контейнерный склад, чем на мастерскую. Окна заколочены, крыша в заплатках, но из щелей пробивался свет – холодный, голубоватый.
– Если это ловушка, – тихо сказала Элина, – то очень креативная.
– Если ловушка – бежим в разные стороны, – ответил Марк.
– Отличный план.
– Проверенный.
Он постучал в металлическую дверь особым ритмом: коротко – длинно – два коротких – пауза – ещё один.
Тишина.
Потом голос из динамика над дверью:
– Если вы продавцы, мы уже купили всё ненужное.
– А если покупатели? – сказал Марк.
– Тогда вы ошиблись районом.
– А если друзья?
Пауза стала длиннее.
– Тогда назовите деталь, которая ломается первой.
Марк не задумался:
– То, что перегружают.
Замок щёлкнул.
– Заходите быстро.
Внутри было тесно и неожиданно аккуратно. Стеллажи, инструменты, разобранные приборы, платы, провода. На стене – экраны с графиками и картами сигналов. В воздухе пахло припоем и горячим пластиком.
Посреди всего этого – парень лет шестнадцати, в защитных очках, с отвёрткой в руке.
– Ты опоздал на три месяца, – сказал он Марку. – Я уже решил, что ты умер.
– Я был занят, – ответил Марк.
– Все так говорят. Потом оказываются правы.
Парень снял очки и посмотрел на Элину – быстро, цепко. Взгляд инженера, не романтика: оценка, сопоставление, гипотеза.
– А вот это интересно, – сказал он. – Она фонит.
– Я не лампа, – сказала Элина.
– Лучше. Ты – антенна.
– Лёша, – предупредил Марк.
– Что? Я сделал комплимент.
Он протянул руку.
– Алексей. Но только если полностью. «Лёша» – когда мы под обстрелом или я спас вам жизнь.
– Элина.
Он коснулся её пальцев – и крошечная искра перескочила между кожей и его браслетом. Не больно – как статический разряд.
– О, отлично, – оживился он. – Резонансный тип. Я угадал.
– Ты всегда так здороваешься? – спросила она.
– Только когда человек – ходячее атмосферное явление.
Марк прошёл к столу с мониторами.
– Нас уже сканировали, – сказал он. – Район Агафьи.
Лёша сразу посерьёзнел. Развернул один экран.
– Вижу. Импульсная сетка. Новая версия. Они подняли чувствительность.
– Насколько? – спросил Марк.
– Если ты чихнёшь в режиме стали – тебя заметят в радиусе километра.
– Прекрасно.
– Я стараюсь.
Элина подошла ближе. На карте двигались точки – одни мерцали ровно, другие – рывками.
– Это люди? – спросила она.
– Нет. Это сигнатуры искажений. Люди – шумные. Усиленные – слишком ровные. А вот вы двое – редкая кривая.
– Спасибо, – сухо сказал Марк.
– Не за что. Я коллекционирую странности.
Он щёлкнул переключателем – и на столе загорелся небольшой прибор, похожий на наруч без ремня.
– Прототип, – сказал Лёша. – Локальный стабилизатор поля. Сглаживает всплески.
– Глушилка? – спросила Элина.
– Наоборот. Анти-глушилка. Маленькая. Капризная. Иногда дымится.
– Обнадёживает, – сказал Марк.
– На тебе проверим.
– Нет.
– Жадина.