Лина Шир – Развод или Открытый брак (страница 11)

— Все, ладно... я перезвоню! — сбрасываю вызов, умываю лицо и направляюсь в спальню, чтобы прилечь, но сна нет.

Долгие годы счастья разрушились, как только Рустему предложили переехать. Зачем? Почему? Больше возможностей, развитие собственной компании. Больше денег, но кому нужны эти деньги, если семьи больше не будет? Кому это все нужно?

Слышу, как Рустем ходит из гостиной в кухню и обратно. Наверняка, перенервничал и пил успокоительное, чтобы успокоиться. А может быть и меня было слышно. Конечно же, может быть и это. Стоит поговорить. Сесть и поговорить, как раньше. И плевать, что уже за полночь, но поговорить нужно.

Поднимаюсь с постели и иду в гостиную. Рус сидит на диване, обхватив голову руками.

— Голова болит? — тихо спрашиваю я, чтобы не напугать, но он все равно вздрагивает, поднимает голову и смотрит на меня.

— М? Нет... сейчас пройдет. Я разбудил? Думал, что тихо буду, а получилось... как всегда.

— Нет, я не спала... Никак не могу уснуть. — Подхожу ближе, сажусь рядом с ним и глажу по плечу. — Прости, я не должна была кричать.

— Прости за то, что предложил... просто думал...

— Рус, нужно об этом поговорить. Наш брак рушится, я заметила это... Чувствую, что все, что бы мы не делали получается таким... слишком обычным. Мы знаем друг о друге все и... Таська сказала, что это и правда может помочь, вот только... — Тяжело выдыхаю, смотрю на мужа и не знаю, как и что дальше говорить. Слова застряли в горле, как кость от рыбы.

— Аль, я тоже боюсь, что может получиться все наоборот.

Киваю. Мы оба боимся, но вдруг это и правда поможет нам убедиться в том, что только мы друг другу и нужны.

— Рус... давай попробуем, хорошо? Если это нам поможет, то... Господи, мы сознательно идём на измену! — провожу руками по лицу, но понимаю, что это нужно.

У нас в браке кризис, и чтобы его преодолеть нужно попробовать что-то новое. Мы проходили это, но оно не касалось брака.

— Аль, послушай, — он поворачивается ко мне, гладит по щеке, после чего обнимает, и я выдыхаю, прильнув к его груди. — Это не измена. Это осознанный поступок с обеих сторон. А вдруг у нас получится вернуть все то, что было двадцать лет назад? Вдруг мы снова обретем ту лёгкость и... желание.

— Рус, мне уже давно не двадцать, я не могу порхать, не могу быть другой... почему ты этого не хочешь понять?

— Аль, ты можешь! Буквально десять лет назад...

— Мне было тридцать! Я была молода и полна сил, я думала, что забеременею и буду ходить с коляской, дышать свежим воздухом и вообще... я была уверена, что все будет лучше. И вот эта вся история, которая сейчас с нами происходит – все из-за того, что у нас нет детей! Рустем, я прошу тебя... если вдруг после того, что мы натворим, ты решишь уйти от меня, помоги мне с оформлением ребенка из детдома. Прошу! Пообещай, что ты мне поможешь! А если все будет хорошо, то... то мы все равно возьмем ребенка. Пожалуйста... мне нужно почувствовать себя матерью! Для меня это важно!

Рустем тяжело выдыхает. Кажется, он совсем не хочет детей, но их хочу я. Я хочу быть нужной хоть для кого-то...

— Я тебе обещаю! — выдыхает он, после чего кивает, будто бы соглашается сам с собой и повторяет. — Обещаю!

Этого я ждала больше всего на свете, потому что Рустем хотел только своих детей, а раз у нас не получалось, то... решил, что без них будет лучше. Сам решил. Без меня.

— Значит...

— Аль, давай только обсудим кое-что.

— Что? — вновь напрягаюсь, потому что становится не по себе.

— Откроем брак на месяц. На тридцать дней... И если вдруг что-то пойдет не так, то вовремя это все...

— Прекратим?

— Да. Мы будем квиты.

На что я вообще согласилась? Для чего? Для спасения брака? Как можно спасти брак, подтолкнув себя и мужа к измене? Как? В голове не укладывается, но понимаю, что нужно попробовать, иначе развод, и правда, ждет через год...

— Хорошо. Только у меня одно условие...

— Какое?

— Ты не спишь с Гладышевой! — хмурюсь, понимая, что возможно, это с ее подачи Рустем решил попробовать открытый брак.

— А ты не спишь с Димкой.

— И не собиралась. Но главное, чтобы ночью ты был в нашей постели!

— Это уже второе условие.

— Рустем!

Муж смеется. Мне эта шутка не понравилась, но я не хочу спорить или продолжать ругаться. Пусть все будет, как будет.

15

Дни после принятия открытого статуса пролетели слишком быстро. Все было, как обычно, но в то же время я боялась почувствовать от Рустема чужой запах или найти у него в карманах презервативы, или хоть какой-то намек на то, что наш брак стал открытым. У него не было второго телефона, свой он оставлял в комнате, пароля не было. Посторонних приложений и сообщений от женщин тоже. Так может быть ничего не было и вовсе? Я даже не пыталась найти себе нового партнера, зато Таська – любительница влезть во все, что ее не касается, каждый день звонит и спрашивает о том, как проходит «ОБ». Сокращение не так режет слух, поэтому мы договорились завуалировать, чтобы не проболтаться кому-нибудь.

Вечер пятницы.

Рустем приехал пораньше с работы, я собрала вещи, чтобы на выходные забыть о шумном городе и вообще обо всем. Он быстро принимает душ, что настораживает, и мне сразу же хочется перенюхать его вещи, брошенные в стиралку, чтобы уловить чужой запах. Но я держу себя в руках. ОБ – строится на доверии партнеров. Остаётся потерпеть всего лишь три недели и все встанет на свои места.

— Так, ну что? Готова? — улыбается Рус, выйдя ко мне в спортивных серых штанах и футболке.

В руке кофта от костюма, и мне кажется, что мой муж – мечта всех девушек. Кому-то повезет в этот месяц. Но после... мы вновь все закроем, и будем жить только вдвоем. Без посторонних лиц.

— Я? Да! — туже затягиваю высокий хвост, поправляю оливковую толстовку, к которой, признаться прикипела и смотрю на ноги, которые смотрятся даже стройнее в черных скинни. — Да, кажется, готова. Рус, только обещай, что ты не будешь практиковать ОБ там. Не хочу, чтобы кто-то узнал, что мы с тобой... свихнулись под старость лет.

— ОБ? — он чуть задумывается, после чего улыбается и надевает кофту. — Не удивлюсь, если...

— Рус, просто пообещай! Без шуток и споров.

— Окей. Я и не собирался.

— Спасибо.

Киваю на сумку в коридоре, надеваю кроссовки, хватаю куртку и смотрю в зеркало. Разве я заслуживаю того, чтобы мне изменяли? Нет. И Рустем тоже не заслуживает, но ОБ в нашей жизни не просто существует.

Снова поправляю хвост и перевожу взгляд на Рустема. Он смотрит на меня, как завороженный. Знаю, муж всегда любил блондинок с длинными волосами. От того я вот уже двадцать и являюсь таковой. Ни разу не пробовала ничего нового, да и не хотелось. Блонд меня молодит, а длинна, кажется, придает некую изюминку.

— Ты у меня такая красивая, Аль... — тихо говорит, Рус, и я слегка улыбаюсь, кажется, впервые за последни три-четыре дня, после того, как мы собственноручно подтолкнули себя к обрыву.

Как только садимся в машину, я устраивают поудобнее, кидаю свою куртку на заднее сиденье и включаю негромко музыку, чтобы не ехать в тишине. Рустем садится за руль, проверяет телефон и кладет на панель, чтобы не отвлекаться, после смотрит на наручные часы, и мы покидаем наше уютное гнездышко.

Сообщения от Насти, жены Димы, не прекращаются. Она сообщает о том, что опаздывает, позже пишет о том, как тяжело ей выбрать нужные вещи, потому что все нужные не вместятся даже в огромный чемодан, следом летят ругательства на Диму, а позже приходит селфи из машины с подписью «Мы в пути». Приходится, чтобы не отставать от «коллектива» сделать то же самое. Рустем шутит, говорит о том, что я подружилась с Настей, а позже мы молча едем загород.

Несколько часов в пути, десятки прослушанных песен и сотни сообщений от Насти. Затишье было лишь, когда связь пропала. Мы приехали практически одновременно. Настя, не изменяя себе, в розовом спортивном костюме и белой курточке. Одета, как с иголочки в брендовые вещи, а я в глупой оливковой толстовке, которую отхватила на распродаже за несколько евро, да и джинсы по-моему с той же распродажи. Мы же приехали отдыхать, а не бояться испачкать хорошую вещь.

— Алюш, привет! Наконец-то встретились! Неделя была вообще адовая! Так, Инга сказала, что они задержатся, а вот Оля с Аркашей... Дим, ну что ты машину поставил, как... ну сейчас еще же подтянутся люди, освободи место! — Настя воодушевлена всем тем, что происходит. — Тысячу лет не была на природе! Отличный план, чтобы выбраться. Димка вчера с вечера мясо замариновал, сегодня пальчики будем облизывать!

— И не только пальчики, — смеется Дима, проходя мимо нас с сумкой, и Настя успевает ударить его по плечу.

— Не обращай внимания, он не всегда такой.

Судя по тому, что я с ним виделась пару раз, и мы с ним не приходили к общему чему-то, а потому... он всегда такой.

Мы с Настей направляемся в дом. Большой двухэтажный коттедж с просторной террасой. Внутри уютно. В гостиной много места, хватит нам всем. Большой стол у окна, диван, телевизор во всю стену, камин и стол для бильярда с другой стороны.

— Неплохо! Ой, вон Олька с Аркашей приехали! Пойду их встречу! — Настя бросает меня и бежит на улицу, а я ищу взглядом Рустема.

Он на втором этаже, занял нам дальнюю спальню и теперь собирался идти к мужчинам.